не сбила сама себя с ног.
— Садись! — прошипела я; щеки горели и покалывали, пока он запрыгивал на водительское сиденье и забрасывал спортивную сумку назад. Затем он просто замер на месте, уставившись на меня так, будто у меня из задницы выросли две головы. Он не сделал ни единого движения, чтобы увезти нас подальше от спортзала.
— Что ты делаешь? Почему ты не заводишь машину? — в отчаянии заныла я.
— Заведу, как только ты скажешь мне, какого черта происходит. Почему нам пришлось уйти? — Он скрестил руки на груди и упрямо уставился на меня.
— Просто потому что, — пробормотала я, оглядываясь на спортзал, чтобы убедиться, что за нами никто не пошел.
— Потому что что?
— Потому что кое-что случилось.
— Это и так понятно, дурочка. Так что именно за «кое-что»?
Я смущенно втянула голову в плечи. — Возможно, я… села кому-то на лицо, а возможно, и нет, — пробормотала я тихо и быстро.
— Что? Повтори-ка, — сказал он, изогнув бровь.
— Я села кому-то на лицо, — повторила я громче, наблюдая, как у него отвисает челюсть.
— Ты сделала что? — Он с недоверием посмотрел на меня, и на его лице расплылась ухмылка, прежде чем он, наконец, вставил ключ в замок зажигания и завел двигатель.
— Я СЕЛА ПАРНЮ НА ЛИЦО! — с досадой закричала я, и он взорвался хохотом. Медленно он начал выезжать с парковки на главную дорогу.
— Ты села какому-то чуваку на лицо. — Он засмеялся еще сильнее; на глазах выступили слезы, и он широко ухмылялся, глядя на меня, пока я зажмурилась и закрыла пылающие щеки руками.
— Не просто какому-то чуваку. Это был тот парень, который спас меня в антикварном магазине.
Услышав это, он чуть не съехал с дороги.
— О, это просто восхитительно! — выдавил он сквозь приступы безудержного хохота.
— Ты прекратишь? Теперь мы никогда не сможем туда вернуться! — в ужасе воскликнула я, отчего он лишь громче фыркнул.
— Как ты вообще умудрилась это сделать? — спросил он, когда его смех перешел в простое хихиканье.
— Ты же знаешь, я не люблю качаться лицом к зеркалам, и я думала, что скамья пуста… — пробормотала я и прислонилась головой к окну.
— А в наушниках ты, наверное, не слышала, как он лег на скамью.
Я покачала головой. — На нем тоже были наушники, так что он, скорее всего, меня тоже не слышал и не видел. Так что теперь нам придется искать новый зал.
— С чего бы? Если бы в зале мне на лицо села какая-нибудь цыпочка, я бы точно не жаловался, — поддразнил он, покрасневший и похрюкивающий от смеха, за что я снова ударила его в плечо.
— НОЙ! — вскрикнула я, пока он смеялся. — Я же не специально, ясно?
— Он хоть красавчик?
— Серьезно!? — ошарашенно ответила я.
Он откинул голову назад и рассмеялся. — Мы не можем пойти в новый спортзал, — тут же констатировал он.
— Это почему же? — ахнула я.
— Это единственный тренажерный зал в городе. А до моего колледжа ехать сорок пять минут в одну сторону, так что этот вариант тоже отпадает. Во всяком случае, для тебя. Я-то мог бы оставаться после занятий и…
— Не смей, — рявкнула я, когда он свернул на нашу подъездную дорожку.
— Ну, я не собираюсь отказываться от тренировок просто потому, что тебе стыдно, — возразил он, когда мы выскочили из машины и поплелись к входной двери. Повернув ручку, мы зашли внутрь, и я скинула кроссовки.
— Я не вернусь туда, рискуя быть замеченной. К тому же, гарантирую, что другие, скорее всего, тоже это видели! — При этих словах мой желудок сжался в тугой узел. Этого просто не могло быть на самом деле.
Ной резко вдохнул и остановился. — Ладно. Тогда как насчет того, чтобы ходить в другое время.
— Спасибо! — с облегчением выдохнула я. — Мы могли бы ходить...
— Что это вы двое вернулись домой так рано? — перебила нас мама, обернувшись от духовки и нахмурившись, увидев выражения наших лиц.
— Джейн села чуваку на лицо, — заявил Ной, небрежно ткнув в меня большим пальцем.
— НОЙ! — в ужасе вскрикнула я, а у мамы отвисла челюсть.
Она держала горячее блюдо двумя прихватками, во все глаза глядя на меня. — Ты сделала что?
— Я же не специально! — заныла я и от смущения запрокинула голову.
— Он хоть симпатичный? — спросила она.
— Что? — Я в шоке уставилась на нее.
Ной пожал плечами. — Я не знаю. Я не видел, как это произошло.
— Черт возьми, — выругалась мать и поставила стеклянную форму для запекания на подставку под горячее.
— Серьезно? Вы слышите, что я села парню на лицо, и всё, что вы хотите знать — был ли он горяч? — Мой взгляд метал молнии от брата к матери и обратно.
— Ну, возможно, это мой единственный шанс на внуков, учитывая, что ни один из вас, похоже, не горит желанием связывать себя узами брака в ближайшее время, — непринужденно ответила она.
— Мне всего двадцать, мам. Дай мне время! — быстро ответил Ной.
Я закатила глаза и с возмущением покачала головой. — Ну, завтра мы не пойдем в спортзал в то же время, так что мне не придется с ним видеться.
— Облом, — пробормотала мама. — А теперь идите мойте руки и садитесь есть. — Она достала из шкафчика несколько тарелок.
— Мы можем пойти завтра после ужина. Этого должно хватить, чтобы в зале сменился народ, — сказала я широкой спине брата, плетясь за ним.
— Как скажешь. Я всё еще думаю, что он был бы рад тебя увидеть после того, что случилось. Но это лишь мое мнение. — Он пожал плечами, в ожидании напрягая мышцы, и я не заставила себя просить дважды, в очередной раз ударив его кулаком прямо в спину.
Глава 5
После еще одного относительно спокойного дня в школе я снова ждала, уже переодетая для спортзала. На ужин были остатки лазаньи, и я была готова пустить энергию от вкусной еды на интенсивную тренировку с железом. Ной взлетел вверх по лестнице, готовый к выходу.
Поездка до спортзала прошла в тишине; я смотрела в окно, изо всех сил стараясь не вспоминать наш прошлый визит, но всё равно прокручивала его в голове, надеясь, что сегодня всё пройдет лучше. Но это было не единственное, о чем я думала; на самом деле я отчаянно пыталась отвлечься на что-нибудь другое. Вчера я сказала каждому классу, что в День ветеранов мне бы хотелось пригласить несколько военнослужащих, действующих или вышедших в отставку, чтобы они пришли и поделились своим опытом. Если у кого-то из учеников есть
