Мол, кто-то попытался высказать свою точку зрения, а тут появилось правительство и всех расстреляло. Тут ведь, в наши времена, достаточно искры, чтоб возгорелось пламя. Наверное, стоит предположить, что есть группы, которые хотят неприятностей, чтобы извлечь выгоду из хаоса, — предположил я, чувствуя, что нахожусь на верном пути.
— Я такое часто видел в Восточной Европе, — мрачно сказал Магнус, пытающийся выглядеть сердито. — Часто одна группа пыталась разозлить людей из другой группы, обычно, лояльных правительству, а потом, когда дела начинали идти хреново, исчезали из поля зрения. Торговля оружием, финансовые аферы, наркотики… все, что приносит деньги.
Далхаузи кивнула, а потом предложила:
— Можешь допросить этого ублюдка, Магнус? Я не стану держать зла, если позволишь ему понять, что он убил того парня. Знаешь, мол, попал всего лишь в руку. Но давай заставим его думать, что его ждет нечто ужасное после того, как выйдет из этой комнаты, если не станет сотрудничать.
— Можно было бы, мэм. Хотя я в таких делах обычно сидел на той стороне, — сказал Магнус и, увидев, как я удивленно поднял бровь, поспешно добавил: — Ничего не было, простое недоразумение.
Я не удержался, засмеялся, Мэри с упреком посмотрела на меня.
— Разве для этой игры нам не нужен добрый полицейский? — спросил я.
— Вызываешься добровольцем, Дин? — спросила президент.
Вообще-то нет, но как теперь выбраться из этой ситуации? Понятия не имею, что нужно говорить и что делать.
— Не уверен, что подхожу для этой работы. — Я уже чувствовал, как по спине стекают капли пота.
— Ты справишься, дружище. — Магнус хлопнул меня по спине. — Ничего сложного. Следуй моему примеру.
Вот так и отправился на свой первый допрос в качестве офицера обороны Земли. С утра еще даже кофе не выпимши. Как будто кто-то прочитал мои мысли, мне вручили бумажный стакан с кофе. Как раз вовремя.
Со стаканом с дымящимся кофе я последовал вслед за Магнусом в маленький кабинет рядом с залом заседаний. Стрелок сидел на стуле, руки скованы наручниками за спиной, голова опущена. Он был настолько неподвижным, что я даже забеспокоился, что он не дышит, но когда Магнус кхмыкнул, голова мужчины дернулась.
— Как тебя звать? — хрипло спросил Магнус. Мужчина поднял голову, но продолжал молчать, только из глаз молнии сверкали.
— Я тебя спросил, как твое имя, солдат? — снова спросил Магнус.
Глаз стрелка дернулся при слове «солдат», я понял, что Магнус задел его за живое. Подождав немного, не услышав ответа, Магнус продолжил:
— Армейский?
Снова без ответа, но я бы сказал, Магнус правильно догадался. Поза мужчины меньше чем за минуту превратилась из расслабленной в жесткую и гордую.
— С тем парнем, в которого ты стрелял, будет все в порядке. И еще, президент не считает тебя мозгом операции, так что подыграй ей, может, смилостивится. — Магнус склонился над маленьким столиком, почти накрыв его своим широким телом.
Сомневаюсь, что этот парень получит хоть какую-то милость, да и на счет того подстреленного мы не знаем пока, насколько там серьезно. Пуля попала в живот, так что черт его знает, как там оно.
Магнус начал понемногу выходить из себя, я увидел, как на его лбу начала пульсировать маленькая жилка.
— Кто. Тебя. Послал? — спросил он сквозь зубы.
Мужчина отвел взгляд, я понял, что пришло время переключить передачу. Уселся на пластиковый раскладной стул перед ним и тихо спросил:
— На каком номере летел?
Год назад каждый землянин попал на инопланетный корабль. Ужасы, через которые им пришлось пройти, боль потерь, все еще были свежи у каждого. Вопрос простой, на первый взгляд безобидный, но вызывал множество воспоминаний, что характерно, не хороших.
— Двадцать третий. Я был на двадцать третьем. — Наконец, парень поднял голову и посмотрел на меня.
Я порылся в памяти. Про все номера, само собой не знал, но про те кубы, что висели над Америкой, слышал разные истории.
— Извини, — сказал я и поставил кофе на столик. — Хочешь кофе?
Парень посмотрел на Магнуса, потом снова на меня. Потом взглядом показал на свои скованные руки и пожал плечами.
— Минуту подожди, — сказал я и вышел из комнаты.
Вернулся через минуту с еще одним стаканом с кофе и ключами от наручников. Народ немного расстроился по поводу моей тактики, но были рады, что парень хоть на что-то отреагировал, поэтому не решились сбивать настрой. Магнус встал в стороне, пока я отстегивал наручники, счастливый, что я взял инициативу на себя, но готовый действовать в любую секунду.
Мужчина растер запястья, точно так, как это показывают в полицейских сериалах, которые я когда-то смотрел. На секунду показалось, что я нахожусь перед камерой одного из тех девяностых шоу, где усатый лысый коп сначала ловит плохих парней, а потом спит с женщиной, которая ему не по статусу.
— Двадцать третий был самым сложным. Выжило только тридцать процентов, насколько помню, — тихо сказал я.
Дрожащая рука протянулась к дымящемуся черному кофе, мужчина сделал робкий глоток.
— Тридцать четыре, — поправил он. — Худший из всех.
— Не хочешь рассказать?
Он посмотрел на меня так, словно собирался послать далеко и надолго, но потом что-то изменилось, взгляд смягчился, плечи опустились. Мы все несли на себе огромный груз из-за События, но не у всех нашелся способ от него избавиться. Иногда все, что нужно для этого, просто поговорить, после чего спокойно жить дальше. Внезапно мне стало жаль парня.
— Я вернулся с Ближнего Востока за шесть месяцев до… ну, до того, как они пришли. Там было жарковато. Пытался устроиться на работу, но все, что получил, работу уборщика на дерьмовой стройке торгового центра. Жена хотела, чтобы я добивался большего, как будто ее работа парикмахером делала ее жизненный статус ближе к королеве. — Он замолчал, я увидел, что в глазах у него появились слезы. Похоже, жена не в числе тех кому посчастливилось вернуться на Землю. — В любом случае, когда они появились, между нами было не все хорошо. Я хотел, чтобы они положили этому конец. Взорвали нас. Сделали так, чтобы мои воспоминания больше никогда ничего не значили.
Он сделал еще один глоток кофе. Магнус приблизился, внимательно прислушиваясь к рассказу о событиях, участие в которых мы принимали.
— Только они не стали взрывать нас, вместо этого забрали. Оказавшись там, никто не знал, где мы, черт возьми, оказались и что нужно делать. Я оказался в одном из таких помещений. Некоторые были в каком-то подобии комы или чего-то в
