– В этих городах поклоняются Орури?
– У Орури там много разных имен.
– И у вас есть боги-императоры?
– Да, есть, но они тоже называются по-другому.
– Я слышал, – улыбаясь, сказал Шах Шан, – что Энка Нэ позволил вам сохранить все ваши вещи. Бог-император счел эти предметы интересными, но лишенными всякой пользы. Может быть, какой-нибудь из них сможет подтвердить существование чудес, о которых ты рассказывал?
Поул Мер Ло заколебался. В его распоряжении была миниатюрная рация на изотопном питании, но что здесь можно услышать, кроме шума? Электронные часы – красивая вещь, но вряд ли они произведут большое впечатление на Шах Шана. Чтобы доказать истинность его слов, требовалось нечто драматическое.
Было еще фотонное ружье. Козырной туз, который он поклялся использовать только в самом крайнем случае.
Можно ли рисковать? Поул Мер Ло посмотрел на Шах Шана – мальчика, сгорающего от любопытства, захваченного круговоротом новых мыслей и идей – и принял решение.
– Подожди меня здесь, – сказал он. – Я покажу тебе нечто удивительное и одновременно страшное.
Он вошел в дом и вынул из специально сделанной ниши фотонное ружье. Затем вернулся на веранду.
– Это, – объяснил он, – оружие, и если им умело воспользоваться, то можно убить половину вашего народа.
Шах Шан непонимающе глядел на небольшой предмет из металла и пластика.
– Смотри, – сказал Поул Мер Ло.
Он поднял ружье, снял его с предохранителя и прицелился в ствол большого дерева, росшего метрах в двухстах от веранды. Он нажал на спуск.
Раздался тихий вой. Ружье заметно завибрировало. От дерева пошел густой дым, и через мгновение оно рухнуло.
– Смотри, – снова сказал Поул Мер Ло.
Он навел ружье на канал. Нажал на спуск. Вода забурлила, повалил пар. На только что гладкой поверхности воды забушевал водоворот.
– Смотри, – опять сказал он.
Он навел ружье на землю около веранды. Он уже опустил ружье, а горячая лава еще долго кипела на дне небольшого кратера.
Шах Шан протянул руку и осторожно дотронулся до грозного оружия.
– Поистине это оружие богов, – помолчав, промолвил он. – Скольким оно стоило жизни?
– Никому, – улыбнулся Поул Мер Ло. – Для этого не было повода.
– Это надо запомнить, – улыбнулся в ответ Шах Шан. – Но оно не спасло вас от стрел охотников, не так ли?
– Нет, оно не спасло нас от стрел охотников.
– И это тоже следует запомнить, – сказал Шах Шан, вставая. – Мой господин, вы предложили мне каппу, вы дали пищу моему духу, вы показали мне, что. возможно, мой друг не так безумен, как я полагал. Орури – свидетель… А сейчас мне надо идти. Время течет быстрее, чем вода, и многим будет о чем поразмышлять. Живи в мире, друг моего друга… Я надеюсь, что пальцы… это было не слишком больно?
– Все прошло, – кратко ответил Поул Мер Ло. – Это не очень дорогая цена.
Шах Шан почтительно коснулся пальцами своих губ и глаз, повернулся и, спустившись по лестнице, быстро пошел прочь.
Поул Мер Ло стоял и смотрел, как он идет в сторону Священного города.
Не говоря ни слова, Мюлай Туи, взяв пустую чашу из-под каппы и фотонное ружье, унесла их в дом.
9
Вопрос о возможности существования жизни на других планетах постоянно обсуждался на борту «Глории Мунди». В первые три месяца полета, пока анабиозные камеры пустовали, все разговоры происходили или в кают-компании сразу после ужина, или вечерами в библиотеке. В последние три месяца – в обсерватории. В течение девятнадцати лет полета, когда одна пара несла вахту, а остальные лежали в холодных объятиях искусственного сна, излюбленным местом дискуссий стала штурманская. Именно здесь хранился и ежедневно заполнялся корабельный журнал. Именно здесь вели личные дневники и оставляли письма тем, кто находился в анабиозе; письма, скрашивающие долгие, монотонные дни вахты длиною в месяц.
Именно здесь на семнадцатый год полета Анна и Пол Мэрлоу устроили праздничный ужин – цыпленок табака и шампанское – в честь успешной ликвидации первой за весь полет пробоины. Небольшой, чуть меньше дюйма в диаметре метеорит прошил «Глорию Мунди» насквозь, оставив два аккуратных, как от крупнокалиберной пули, отверстия в корпусе корабля.
Начало падать давление, и тут же сработал сигнал тревоги. Пол и Анна (как они неоднократно делали на тренировках) бросились к скафандрам и облачились в них задолго до того, как им могла бы угрожать взрывная декомпрессия. Уже через пять минут они обнаружили пробоины, а еще через пятнадцать заделали их самозастывающей мастикой. Через несколько минут Пол наложил на временные заплаты полудюймовые титановые пластины, и проблема была решена. И хотя все это можно было назвать «чрезвычайным происшествием» только с большой натяжкой, оно послужило отличным поводом для того, чтобы открыть бутылку драгоценного шампанского. Сделав о случившемся краткую запись в бортовом журнале, Пол оставил французской паре, сменяющей их на вахте, записку:
– Благодаря нам вы избежали участи более страшной, нежели оказаться заживо замороженными. Поэтому мы сочли возможным раздавить бутылочку «Мэт э Шандон’ 11». По-моему, совсем неплохой год… Можете нам не завидовать. Мы ее заработали. Пол.
Вот так и вышло, что они с Анной оказались за столом в штурманской с бутылкой «Мэт э Шандон» в импровизированном ведерке со льдом, и Альтаиром за толстым параплексовым окном.
– Предположим, – сказал Пол после второго бокала, – что мы прилетим на планету, где нет ничего, кроме воды. Ни клочка суши. Нигде. И что мы тогда будем делать?
– Ну, это совсем просто, – захихикала Анна, качая головой, украшенной, словно короной, густыми черными волосами. Она очень редко пила вино, и, похоже, шампанское ударило ей в голову. – Мы спустимся пониже и направим аквалангистов на поиски разумных губок.
Наступило молчание.
– Странное дело, – наконец нерешительно произнес Пол, – но я всю жизнь не знал, верю я в Бога, или нет.
– Что есть Бог? – не удержалась от риторического вопроса Анна. – Это всего лишь продолжение человеческого «эго»… так сказать мегаломания, по определению…
– Ну, на поприще психологического жаргона, – засмеялся Пол, – ты со мной лучше не тягайся! Ты всего-навсего талантливый любитель, а я – матерый профессионал.
– Ну и что же общего имеет Господь Бог с разумными губками? – воинственно спросила Анна.
– Ровным счетом ничего… Кроме того, что, возможно, Бог все-таки существует, и, возможно, (нельзя исключить такую вероятность), обладает чувством юмора. И он просто так, смеха ради, мог взять да и создать и разумных губок, и дебильных суперменов, и пигмеев – любителей партеногенеза, или, скажем, свихнувшихся на сексе сороконожек. Вдруг его, например, интересует, как, встретившись с ними, поведут себя другие сумасшедшие существа – люди.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
