Шэклболт тут же вскочил на ноги.
- Что происходит? Что вы делаете в моем кабинете?!
Невысокий мужчина с длинной серой бородой, потирая руки, выступил вперед. Гермиона узнала его. Это был Каспар Крауч, старший брат Бартемиуса Крауча-старшего, этот человек начал свою карьеру сразу после того, как умер его известный брат. Насколько она знала, Каспар Крауч работал в Департаменте Магических Аварий и Катастроф, а еще он значимый член Визенгамота. Крауч посмотрел на девушку и брезгливо поморщился, словно учуял что-то дурно пахнущее, но потом его водянистые глаза остановились на крепкой фигуре Министра, вставшего из-за своего стола.
- Министр Кингсли Шэклболт, как заместитель верховного инспектора Визенгамота, я должен проинформировать вас, что вы временно освобождаетесь от должности Министра в связи с расследованием вашей возможной нелегальной деятельности. Вот письмо, - он повозился пару секунд, доставая из кармана официальный конверт. Министр молча взял его, взломал печать и углубился в чтение.
Гермиона почувствовала, как от страха по коже забегали ледяные мурашки. Что-то не так. Она заметила, что Рон выглядит таким же отчаянным, как и она сама. Ее глаза осматривали присутствующих. Некоторые были ей знакомы, некоторые нет, а других она вообще раньше не видела. Девушка снова пристально посмотрела на фигуру в плаще и стоявших возле него Амбридж и Нарциссу Малфой, которая старалась затеряться в толпе. В углу кабинета стояла Рита Скитер, и её Прытко Пишущее Перо было единственным, что нарушало тишину.
Когда Кингсли дочитал письмо, он положил его обратно в конверт и поднял взгляд.
- Если уважаемые члены Визенгамота требуют моей отставки, что ж, я пойду им навстречу, - тихо произнес Шэклболт.
- Министр… - прошептала Гермиона и сразу же пожалела об этом, потому что все присутствующие начали прожигать ее спину взглядами.
Кингсли покачал головой и подошел к ней.
- Все в порядке, Гермиона, - тихо ответил он.
Но выражение его лица говорило об обратном.
7. Ловушка
Гарри понятия не имел, сколько он проспал. Честно говоря, он спал бы и дальше, но физические потребности заставили его подняться и отойти в дальний угол пещеры. После этого он вымыл руки, лицо и шею под той небольшой струйкой воды, что стекала с потолка, и сделал несколько глотков горькой жидкости. Его желудок протестующе зарычал.
- Бекон и яйцо были бы сейчас очень кстати, - вздохнул Гарри, массируя занемевшие конечности. Он совсем замерз, хотя и был тепло одет. Он потер руки, разгоняя застоявшуюся кровь, и осмотрел темное пространство. Здесь было слишком мало света даже для кого-то с хорошим зрением - Гарри же едва мог рассмотреть собственные пальцы, даже поднеся их совсем близко к лицу. На обратном пути к «рабочей щели», как он её называл, Поттер дважды споткнулся о камни и один раз упал на колени. Он молча бесился. А все из-за этого ублюдка.
После того, как Поттер избил его, свет резко потускнел. На краткий миг Гарри даже подумал, что Волдеморт умер.
Сейчас нельзя было точно сказать, обрадовала или огорчила бы Гарри смерть его Немезиды.
Поттер не чувствовал себя в безопасности. Хотя он, помня о душащей его веревке, связал бессознательное тело своего врага и решил не обращать на него никакого внимания. Гарри больше не собирался рисковать, а со связанным Темным Лордом у него было больше шансов на мирный отдых. Но стоило Поттеру себя успокоить, как вдруг он подумал о том, что Волдеморту не составит труда освободиться. Что для этого дьявола пара кусков ткани?
Гарри перестал вглядываться в темную щель пещеры и оглянулся через плечо. Его очень волновал тот факт, что в этой пещере он должен работать с незащищенным тылом. Темнота, голод и стресс во сто крат усилили его органы чувств. И очень скоро Гарри осознал, что все это время его враг оставался неестественно тихим, словно пребывал в коматозном состоянии от тяжелых повреждений. Мысль о том, что нанес эти повреждения он, пусть даже этому монстру, заставила Поттера вздрогнуть. У него была масса причин, оправдывающих его безразличие к Волдеморту; но оставаться в этом склепе наедине с трупом очень не хотелось. Возможно, Дамблдор и не согласился бы с ним; сказал бы, что нет ничего страшного в темноте и трупах. Но Гарри это не устраивало. Эти мысли напомнили ему об их последнем с директором путешествии, а потом он несколько минут потратил на то, чтобы избавиться от видений об инфери.
Тяжело вздохнув, Гарри помассировал лоб. Он, безусловно, сойдет с ума, если останется здесь узником вместе с Волдемортом, но если это будет еще и труп Волдеморта, то процесс схождения с ума, без сомнения, ускорится. Поттера потрясло понимание того, что такой перспективе он предпочтет разговоры с живым Риддлом, пусть даже и отвратительные разговоры.
Гарри устал от всех этих размышлений и попытался сосредоточиться на раскапывании прохода. Правда, это не очень помогло. Когда Поттер в третий раз ударил камнем, который использовал вместо бура, по скале, а не глинистому осадку, он, тихо выругавшись, признал, наконец, всю безрезультатность своих усилий. Ему нужен был свет, который он не мог получить без Волдеморта. Выбора не было - нужно привести пленника в сознание. Он не мог держать Темного Лорда на расстоянии, иначе ничего не выйдет.
- Ладно, я справлюсь, - подбадривал себя Гарри, поворачиваясь к противоположной стороне пещеры. Он пробирался вдоль стены, с удивлением отмечая, что тьма вокруг все сгущается. Гарри понятия не имел, в какую сторону идет, и ему очень не хотелось споткнуться о тело Волдеморта, поэтому он опустился на четвереньки и продолжил путь. Бесплотное блуждание в полной темноте угнетало, заставляя Гарри нервничать все сильнее.
- Где ты, Безносый Лорд?
Он очень надеялся хоть на какую-нибудь ответную реакцию. Пусть даже на гневный отклик; но ответом была лишь тишина. Разочарованный Гарри в очередной раз протянул руку, ожидая ощутить под ладонью холодный камень, но когда его пальцы коснулись чего-то мягкого, он резко отдернул руку, словно дотронулся до кучи слизней.
Он замер, ожидая реакции Волдеморта. Когда по прошествии минуты он не увидел, не услышал и не ощутил отклика, то глубоко вздохнул и снова медленно протянул руку, ощутив под пальцами шелковую ткань мантии.
- Волдеморт?
Тишина.
Гарри нервно сглотнул и начал осторожно ощупывать мантию Темного Лорда, слепо ища руки. Он с удивлением понял, что его враг до сих пор связан. Не было никаких признаков того, что из пут пытались выбраться, и это навело Гарри лишь на одно логическое объяснение. Волдеморт так и не пришел в себя, и это было очень серьезной проблемой. Поттер быстро нашел запястье Риддла в попытке прощупать пульс, но его окоченевшие, холодные пальцы ничего не уловили.
