Кэлен не знала, к какому виду относились белые змеи, но у всех них были широкие головы и гадючьи морды. Красные раздвоенные языки пробовали на вкус воздух, а тела, извиваясь, двигались вперед. Кэлен видела, что зрачки у них не круглые, а вертикальные.
Кэлен замерла с мечом в руке. Она боялась, что если двинется, то змеи, скользившие по ее лодыжкам, нападут на нее. Она боялась и ненавидела змей, но эти совсем ею не интересовались. Сотни гадюк направлялись к Гли.
Шейла не двигалась. Она стояла с поднятыми руками, и ее пальцы медленно извивались, словно она делала что-то неимоверно сложное. Глаза ведьмы стали темно-желтыми, и Кэлен могла поклясться, что зрачки у нее вертикальные. Но прежде чем она смогла разглядеть глаза ведьмы в тусклом свете, ей пришлось повернуться к воющему хищнику.
Высокая темная фигура рванула к ней, и Кэлен, описав мечом размашистую дугу, отрубила противнику голову. Ей пришлось повернуться и сместить таз в сторону, чтобы ее не сшибло падавшее обезглавленное тело. Отрубленная голова покатилась по массе змей, и те молниеносно впились в нее зубами. Вскоре голова превратилась в клубок змей.
Шейла неподвижно стояла с поднятыми руками. Шевелились лишь ее пальцы. Кэлен быстро взглянула на Морд-Сит, но все они были без сознания. Вика казалась мертвой, словно больше не могла заставлять себя бороться за жизнь.
Хуже того, беглого взгляда на Ричарда хватило, чтобы понять: он не дышит. Сперва она подумала, что он задержал дыхание, чтобы сконцентрироваться, но тогда он должен был откликнуться на ее крики или отреагировать на атаку Гли.
Группа высоких покрытых слизью существ замедлилась, встревоженная ползущими к ним змеями. Первые несколько Гли, а потом и все остальные, остановились. Кажется, они не боялись змей, но количество и поведение пресмыкающихся их озадачило.
Когда Гли остановились, первые змеи оказались достаточно близко, чтобы напасть. Они поднялись, подавшись телом вперед, и откинули головы с широко раскрытыми челюстями, а потом стремительно атаковали. Все больше змей приближались к Гли и бросались на хищников; клыки погружались в мягкую темную плоть. Гадюки кусали врагов за лодыжки, за ноги, а те, кто был крупнее, дотягивались до рук и стройных мускулистых торсов.
Когда гадюки впивались клыками в Гли, то не отпускали, чтобы ударить снова, а продолжали сжимать челюсти, изливая в жертву свой яд. Гли, которые сперва растерялись, а потом насторожились, теперь впали в ужас. На каждом из них висело по дюжине змей, и их число все увеличивалось. В считанные мгновения все они оказались опутаны извивающимися змеями. Руки Гли опустились под тяжестью впившихся в них гадюк. Хищники пытались отбиваться, но змеи не отпускали. Атакованные Гли тащили на себе вес змей, и все новые пресмыкающиеся бросались на них.
Длинные толстые змеи с пестрыми узорами коричневого, черного и рыжего цветов действовали иначе: они обвивали ноги жертвы и постепенно обматывали ее тело, пока не добирались до груди и шеи. Обхватив темное склизкое тело, змея начинала ритмично сжиматься. Когда жертва делала вдох, змея усиливала хватку. Кэлен видела панику в больших блестящих глазах Гли. Третье веко моргало, пока хищники пытались дышать. С каждым выдохом Гли змея сжималась сильнее, не давая им вдохнуть полной грудью. Мощные змеи медленно душили свою добычу.
Некоторые Гли с вцепившимися в них змеями, начали исчезать, отступая в свой мир. Змеи, которые промахнулись мимо растворившейся в воздухе цели, падали на пол и тут же переключались на других хищников. Когда Гли уходили в свой мир, то забирали и висевших на себе змей.
Другие были настолько напуганы атакующими гадюками, что не сообразили убежать. Они падали под весом змей и становились еще более легкой добычей. Гли вопили от боли и ужаса, колотя по гадюкам, стремившимся добраться до их лиц. Никто из вторгшихся Гли не остался невредимым. Змеи продолжали нападать, вонзая клыки в жертву, как только та оказывалась рядом.
Когда исчезли последние Гли, которые были в состоянии уйти, Кэлен повернулась и рухнула на пол рядом с Ричардом. Она била кулаками по его груди:
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ричард! Ричард! Вернись! Ты должен вернуться!
Ричард не ответил. Он выглядел безжизненным. Кэлен думала, что он собирался ступить на порог мира мертвых вместе с Викой. Но он явно сделал другое. Должно быть, он допустил просчет и перешел границу мира мертвых.
Или сделал это намеренно, и теперь оказался в ловушке.
— Шейла, помоги ему!
Кэлен увидела, как Шейла, вместо того чтобы ответить на ее призыв, осела на пол. Ведьма почти теряла сознание от истощения. Кажется, она потратила все силы на заклинание призыва змей.
— Так-так, змеи, значит? — раздался грубый голос за спиной Кэлен. — Кажется, ведьмы и правда обожают змей.
Кэлен повернулась на знакомый жуткий голос.
Мичек протянул руку к извивающейся массе змей на полу. Большая белая гадюка обвилась вокруг его руки, скользнула вверх и улеглась на плечах. Он нежно погладил змею по голове. Та пробовала воздух языком и, казалось, была довольна новым хозяином.
Мичек небрежно махнул рукой, и сотни змей возле его ног начали исчезать. Он снял с плеч гадюку и опустил ее на пол. Та поползла, а потом тоже исчезла.
Глава 10
Кэлен крепче сжала рукоять меча, хотя прекрасно помнила, что оружие не помогло Ричарду. Если он не смог применить меч против ведьмака, то и ей не удастся добиться большего. И все же, она ощущала себя увереннее с оружием в руках. Ладонью она чувствовала слово «ИСТИНА», выложенное золотом на обмотанной серебряной проволокой рукояти. Это напоминало ей обо всем, через что они с Ричардом прошли с момента встречи в лесах Хартленда. И все из-за Даркена Рала. А теперь она столкнулась с одним из его приспешников. Словно сам Даркен тянулся к ним из могилы, продолжая преследовать.
Как и Даркен Рал, ведьмак обладал некими силами, которые противостояли мощи меча и позволяли ему захватить Ричарда. Она помнила, как Зедд говорил, что меч бесполезен против Даркена Рала. Она пришла к выводу, что та же защита от Меча Истины могла перейти и к Мичеку.
Но меч — все, что у нее было, если не считать прикосновения исповедницы. Мало того, что ведьмак держался на расстоянии, так еще и довольно рискованно пытаться воздействовать на того, с чьими способностями она еще не сталкивалась. Изредка попадались люди, на которых ее сила не действовала или же производила непредсказуемый эффект. Мичек мог быть одним из них. Но если придется, она попробует.
Она начала двигаться по кругу, подходя к Мичеку слева, чтобы отвлечь его внимание от Ричарда, Шейлы и Морд-Сит, которые без сознания лежали на полу. Шейла применила против Гли все свои способности, и это совершенно ее истощило. Кэлен прекрасно понимала состояние колдуньи. Когда она использовала силу исповедницы, ей тоже требовалось время восстановиться. Она не знала, что с Ричардом, и это крайне ее беспокоило.
Она осталась единственной защитой для остальных и оказалась один на один с этим безумцем. Судя по его взгляду, он явно наслаждался, что застал ее одну. Она медленно двигалась в сторону, высматривая возможность, чтобы обрушить на него свою силу.
Она беспокоилась, что Мичек мог как-то повлиять на состояние остальных. Слишком свежи были воспоминания о собственной беспомощности, когда он собирался заживо содрать с нее кожу. Сейчас она чувствовала себя одинокой и уязвимой.
— Снова с мечом? — Мичек, забавляясь, выгнул бровь. — Думаешь, ты обращаешься с клинком лучше, чем твой муж? Что ж, давай посмотрим. — Он топнул ногой ей навстречу, притворяясь, что собирается броситься на нее.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Кэлен ни на миллиметр не отступила, и сделала выпад мечом, надеясь застать ведьмака врасплох. Она не знала, сработает ли против него магия меча, но острый как бритва клинок был грозен сам по себе. Мичек легко уклонился. Осторожность не дала ей двинуться вперед и атаковать снова.
Он угрожающе улыбнулся:
