— Конечно, — отвечал Че, — и ты его видел тоже. Это Вай Тхон, и ты спас его от Господина Тигра.
Кинг уставился на Че, раскрыв рот.
— А у тебя тоже бывают приступы лихорадки?
— Нет, — возразил Че. — Я человек сильный и никогда не болею.
— Да, — с гордостью подтвердила Кенгри, — Че очень сильный. Сколько лет я его знаю, он ни разу не болел.
— Кенгри, а ты видала этого старика в желтом с красным зонтиком? — скептически осведомился Гордон.
— Конечно. А почему ты спрашиваешь? — заинтересовалась она.
— И ты видела, как я убил тигра? — продолжал американец.
— Я не видела, как ты его убивал, но я слышала сильный шум, и я видела его после того, как он умер. У него за левым ухом была маленькая круглая дырочка, а когда Че освежевал его и разрезал, чтобы узнать, отчего он умер, он нашел кусочек металла, такого же металла, что покрывает стены дворца Лодивармана.
— Это свинец, — сказал Че с видом превосходства.
— Так вы хотите сказать, что и старик, и тигр были настоящие? — воскликнул Гордон.
— А ты что думаешь, кто они? — удивился Че.
— Я думал, что это такая же ерунда, что и сны, что я видел во время лихорадки, — ответил Кинг.
— Нет, — сказал Че, — это не сны. Они настоящие. Для тебя и для меня, и для Вай Тхона очень хорошо, что ты убил тигра, хотя ни я, ни Вай Тхон не поняли, как ты это сделал.
— Да, — для Вай Тхона это действительно хорошо, — согласился Кинг.
— И для тебя, и для меня, — настойчиво повторил Че.
— А почему?
— Вай Тхон — верховный жрец Шивы в Лодидхапуре. Он очень могуществен. Только Лодиварман, король, имеет больше власти. Вай Тхон, погрузившись в раздумья, ушел далеко от города. Он не знал, где он. Он не знал как вернуться в Лодидхапуру. Кенгри и я — беглые рабы из Лодидхапуры. Если бы нас обнаружили до того, как это все случилось, нас бы убили, но Вай Тхон обещал нам свободу, если я доведу его до города. В благодарность за то, что ты спас ему жизнь, он велел нам с Кенгри вылечить тебя и позаботиться о тебе. Так что для всех нас хорошо, что ты убил тигра, который мог убить Вай Тхона.
— А если бы Вай Тхон не взял с вас слова, что бы вы сделали, Че?
— Мы беглые рабы, — отвечал Че. — Мы боимся всех, или точнее, пока Вай Тхон не обещал нам свободу, мы боялись всех. И для нас безопаснее было бы оставить тебя умирать, потому что мы тебя не знали, а ты мог бы сказать солдатам Лодивармана и привести их в наше убежище.
Некоторое время Кинг лежал, раздумывая об услышанном и пытаясь установить грань между галлюцинацией и реальностью.
— Может быть тогда, — улыбнулся он, — и плачущая королева на туманном слоне, и множество воинов в медных полированных кирасах тоже были на самом деле.
— А ты их видел? — спросил Че.
— Да.
— Когда и где? — заволновался охотник.
— Это было явно незадолго до того, как я встретил верховного жреца и тигра.
— Они подходят все ближе, — нервничая обратился Че к Кенгри. — Нам надо искать другое убежище.
— Ты забыл об обещании Вай Тхона, — напомнила Кенгри. — Мы теперь свободны, мы больше не рабы.
— Я забыл, — согласился Че. — Я еще не привык к свободе, а потом я все думаю, не забудет ли об этом Вай Тхон.
— Не думаю, — сказала женщина. — Лодиварман может забыть, а Вай Тхон — нет. В Лодидхапуре все так говорили.
— А вы и вправду верите, что я видел слона и королеву, и солдат? — еще раз спросил Гордон Кинг.
— А почему бы и нет?
— Неужели в джунглях есть и такое? — продолжал расспрашивать Гордон.
— Конечно.
— А город Лодидхапура близко от джунглей? Я никогда о нем не слышал.
— А он в джунглях, — сказал Че.
Кинг покачал головой. — Странно, — проговорил он, — я бродил по джунглям несколько дней и нигде не видел ни людей, ни человеческих жилищ.
— В джунглях много такого, что человек может и не увидеть, — возразил Че. — Например, наги и йики. Можешь радоваться, что не видел их.
— А что это — наги и йики? — удивился Гордон,
— Наги — это люди-кобры, — отвечал Че. — Они живут в огромном дворце на вершине горы и очень могущественны. У них по семь голов, и они могут превратиться в любое создание, какое пожелают. Они маги. Говорят, что главная жена Лодивармана — королева нагов, и что она превратилась в красивую женщину и может править смертными, как правят боги. Но я в это не верю, потому что никто, даже нага, не захотела бы стать королевой прокаженного короля. Йики гораздо страшнее, потому что живут не на вершине горы, а повсюду в джунглях.
— А на что они похожи? — спросил Кинг.
— Они ужасные великаны-людоеды, — сказал Че.
— А ты их видел?
— Конечно, нет. Их видят только те, кого они сжирают.
Гордон Кинг вежливо выслушал легенды Че и Кенгри, в том числе и рассказы о сказочном городе Лодидхапуре и его прокаженном короле Лодивармане. Что касается верховного жреца Вай Тхона, то относительно него Гордон был несколько в растерянности, но затем решил, что старик — просто эксцентричный отшельник, живущий в джунглях, и что о нем просто ходят всякие сказки, что так многословно ему пересказали Че и Кенгри. Кинг сомневался и в том, что его друзья были беглыми рабами из сказочной Лодидхапуры, и решил, что просто они внесли романтическую нотку в свое монотонное существование, выдумав еще одну небылицу.
Силы Кинга стремительно восстанавливались, и он настойчиво требовал, чтобы ему разрешили больше времени проводить на открытом воздухе. Он собирался сопровождать Че на охоту, но тот отговаривался, объясняя, что Кинг недостаточно окреп. Так что американцу пришлось довольствоваться компанией Кенгри и Уды. Он принялся тренироваться, овладевая оружием, которое Че ему изготовил: луком со стрелами и коротким, тяжелым, похожим на дротик копьем. Благодаря занятиям легкой атлетикой во время учебы в колледже, Кинг умело с ним управлялся, а стрельбой из лука он занялся так прилежно, что вскоре его мастерство вызвало восхищенные аплодисменты Кенгри, считавшей Че лучшим стрелком из лука на свете.
Жилище Че и Кенгри находилось в развалинах древнего кхмерского храма и представляло собой маленькую комнату, устоявшую в отличие от всего здания, в борьбе со временем. В комнате, приютившей маленькую лесную семью, был только один вход — небольшое отверстие, которое на ночь легко можно было блокировать плоским камнем, неприступным для любых хищных разбойников.
Существование их было таким же простым и примитивным как была, должно быть, и жизнь первобытных людей, но даже Кинг смог почувствовать в нем необъяснимое очарование, несмотря на однообразие и желание поскорее выбраться из джунглей.
Че не знал ничего, кроме джунглей и сказочной Лодидхапуры. Нам трудно осознать бесконечность Вселенной, но Че был в состоянии вообразить бесконечные джунгли. Вопрос границ не интересовал, а потому и не пугал его. Миром для него были джунгли. Осознав это, Кинг понял, что бессмысленно рассчитывать на то, что Че выведет его из джунглей, не имевших для него конца.
