– Алекса! Я сдавал коттедж лично тебе! И просил тебя – никаких гостей! А зачем здесь эта собака?
– Шшш, – зашикала на него Алекса. – Тише! Ты разбудишь Джессику!
– Джессику? – переспросил Майк сердито. – Какая еще Джессика? Сколько же народу сюда набежало за мое отсутствие?
– Говори потише. Если бы ты дал мне знать, когда вернешься, ничего подобного не случилось бы. Что ты предлагаешь? Я что. Должна бегать по спящему городу и искать место в гостинице? Ты в своем уме?
– В своем ли я уме? Да это мой дом! – возмутился Майк.
– Ты сдал его мне, и распоряжаюсь здесь я!
Майк помрачнел и сердито посмотрел на спящего Стефана и собаку.
– Надеюсь, он знает, как вести себя в доме? – проворчал Майк.
– Кто – Стефан или пес?
– Не ехидничай. Я с ног валюсь, Алекса. – Коренастый, с копной светлых волос, он был похож на рассерженного школьника.
– Ну, и что же мне делать? – спросила Алекса.
– ничего. Я сказал, не подумав. – Поставив рюкзак на пол, Майк заявил, зло сверкая глазами. – Но из своего дома я не уйду!
– Тогда будешь спать в кресле, – отрезала Алекса.
Чертыхнувшись, Майк буркнул с нескрываемой злобой:
– Быстро же ты забыла своего Дэвида, а?
Алексу захлестнула волна такого гнева, что она с трудом сдержалась, чтобы не влепить Майку полновесную пощечину.
– Замолчи! Сейчас же замолчи, Майк! Позаботишься о себе сам, а я пошла спать. – Позвав собаку, Алекса вошла в спальню и закрыла за собой дверь. Прислонившись спиной к стене, она на минуту закрыла глаза. Водевиль, да и только! Может быть, пройдет время, и все случившееся покажется ей смешным и забавным, но не теперь. Не сегодня. Каков наглец этот Майк! Самовлюбленный нахал! Она ему сделала одолжение, а он, вместо благодарности, позволяет себе такое! Это он уговорил ее пожить у него в доме, пока будет путешествовать по Австралии!
Алекса дрожала от гнева и запуталась в рукавах, переодеваясь в пижаму. Повесив платье на спинку, она осторожно открыла дверь и, даже не заглянув в гостиную, проскользнула в ванную, чтобы почистить зубы. Вернувшись к себе, она заперла дверь спальни на ключ.
– Так будет спокойнее, – решила она. – И Стефан, и Майк мне мало знакомы.
Осторожно откинув одеяло, Алекса легла рядом с Джессикой. Глядя в потолок, она вспомнила наставления доктора: «Не расстраивайтесь, не переутомляйтесь. Легче смотрите на жизнь, живите одним днем».
Доктору легко говорить! Его не бросал любимый человек, и он не женился на незнакомке, и ему не пришлось внезапно почувствовать, что вопреки всему его влечет у ней, ему не надо присматривать за маленькой девочкой, которая нуждается в особой заботе и любви. И доктор не живет во временно снятом доме, куда к тому же как снег на голову, является настоящий владелец! Если ты, Алекса, сосредоточишься и призовешь на помощь весь свой ум, то немедленно помчишься в гостиницу и забронируешь там номер! И сделать это надо так же решительно и быстро, как ты забрала Джессику из школы!
А тут еще, кА назло, увлечение Стефаном – ну до этого ли ей?
Осторожно перевернувшись на бок, Алекса уткнулась лицом в затылок девочки.
Джессика – вот кто главный персонаж этой истории, подумала Алекса. Ни она сама, ни Стефан, ни Майк. Джессика, только Джессика.
И раз уж тык вышло, она будет ее любить и защищать. Любовь и чувство защищенности – что может быть важнее для ребенка? Алекса знала это лучше кого бы то ни было. Она понимала, как нелегка эта задача, но не собиралась отступать.
Алекса закрыла глаза, не надеясь заснуть. Но тут Мистер Джонс заскребся в дверь, требуя, чтобы его выпустили из спальни, и она сообразила, что уже утро.
Перевернувшись на другой бок, Алекса открыла воспаленные от переутомления глаза и увидела, что Джессика уже проснулась и наблюдает за ней.
Зевнув во весь рот и поправив съехавшую с плеча пижаму, Алекса улыбнулась и проговорила:
– Доброе утро! Как спала? Хорошо?
Джессика кивнула, глядя прямо на Алексу, потом перевела взгляд на дверь.
– Правильно, – сказала Алекса. Схватив одежду, она выскользнула из-под одеяла и быстро оделась. – Пойдем посмотрим, проснулся ли твой дядя! – Но тут же вспомнила о Майке и сразу помрачнела.
Собравшись с силами, она улыбнулась.
– Твой дядя в гостиной. Надень что-нибудь, а то замерзнешь. – Надев на девочку свой джемпер, Алекса не могла сдержать улыбку: девочка в нем утонула – он был ей до пят, рукава свисали чуть ли не до полу. Закатав рукава джемпера, Алекса пошла отпирать дверь спальни.
Первым вылетел Мистер Джонс, за ним – Джессика, замыкала шествие Алекса. Она застала Стефана на кухне, он уже освоился и пил чай. Небритый, черные волосы торчат в разные стороны. В нем было что-то по-пиратски опасное, и у Алексы сжалось сердце.
Стефан улыбнулся, встретившись взглядом с Джессикой. А Алекса хотела. Чтобы он улыбался ей и только ей.
Поставив чашку на стол, он подхватил племянницу на руки, поцеловал в лоб и, опустив на пол, обернулся к Алекса.
– У тебя в гостиной какой-то мужчина, – сообщил он тоном заговорщика.
– Знаю, – смущенно призналась она. – Это Майк.
– Кто?
– Брат Хелен. Владелец этого коттеджа. Он путешествовал по Австралии пешком, с рюкзаком за плечами.
– А! А кто такая Хелен?
– Моя подруга. – Очень хорошая подруга, подумала Алекса.
– Ты всегда утром не в духе? – спросил Стефан.
– Нет, не всегда, – ответила она, избегая его взгляда, и проскользнула мимо него к черному ходу. Открыла дверь и выпустила Мистера Джонса в маленький дворик, быстро захлопнув дверь, чтобы не выстудить кухню, Алекса нечаянно задела метлу, стоявшую в углу. Она упала и ударила Стефана по руке. – Извини, – пробормотала Алекса, поднимая метлу и ставя ее на место.
Он что-то проворчал в ответ.
Чувствуя себя скованно и неловко, она не выдержала пристальный взгляд его зеленоватых глаз и, зябко поежившись, стала рассматривать замысловатый морозный узор на окне.
– Какое холодное утро!
– Да.
Чувствуя, что вот-вот расплачется, она кивнула на его чашку с чаем и спросила:
– Горячего чайку не найдется?
– Ну конечно. Я приготовил тебе чай, но не смог открыть дверь спальни.
– Не смог? – Алекса удивленно пожала плечами, недоумевая, но вдруг вспомнила… – Ой! – воскликнула она испуганно, – я же заперла ее!
– Вполне благоразумно. Я затопил камин – специально для тебя.
– Спасибо!
Стефан улыбнулся, но не той улыбкой, которой улыбался, едва завидев прежнюю Алексу. Тогда улыбка была искренней, идущей от сердца, она вызывала ответную улыбку. Теперь же он улыбался неестественно, как-то заученно. Просто дань вежливости.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
