– Нет.
– Извини меня, но…
– …но собственные неприятности прежде всего, – закончила за него фразу Алекса. – Я тебя понимаю. – Ей показалось, что он хотел что-то сказать, но промолчал. Видимо, передумал. – Стефан, я тебя не оставлю. Пройдет какое-то время, и я привыкну к новому образу жизни. Лучше расскажи о доме, который ты только что купил. Ты никогда не говорил, что собираешься приобрести собственный дом.
– Все откладывал, откладывал, а тут позвонил в агентство по недвижимости и попросил подыскать что-нибудь рядом со школой.
– И ты купил дом. Даже не взглянув на него?! – воскликнула она, подняв на него круглые от изумления глаза.
– Фактически да. Они прислали мне фотографии.
– Нельзя покупать дом по фотографиям!
– Уже купил, – сказал он, как отрезал. – Но въезжать туда пока нельзя – там идет ремонт. Придется немного подождать, самое меньшее – неделю. А пока поживем в гостинице. Алекса, я дал Джессике честное слово – обещал ей, что мы с тобой будем ее новой семьей, – добавил он тихо. – Назад пути нет.
– Разумеется. Принести суп в гостиную? – спросила Алекса.
Он посмотрел на нее долгим, изучающим взглядом, кивнул, повернулся и вышел.
Глубоко вздохнув, она налила суп в тарелку, нарезала остатки черствого хлеба, минуту постояла, собираясь с духом, поставила еду на поднос и направилась в гостиную вслед за ним.
Он сидел в кресле, голова свесилась на грудь, глаза закрыты.
– Стефан! – позвала она его.
Молчание.
– Стефан! – позвала она его во весь голос.
Устало вздохнув, Алекса поставила поднос на скамеечку у камина и потрясла Стефана за плечо.
Он тихо вздохнул и устроился поудобнее.
Прекрасно! Алекса отнесла поднос на кухню и вернулась в гостиную. Глядя на его строгое волевое лицо, ставшее во сне несколько мягче, она снова спросила себя, найдется ли на свете еще такая дура, как она. Что толкнуло ее на эту глупость? Его настойчивость? Да, он очень привлекательный. Что и говорить, он потрясающий мужчина: высокие славянские скулы, вероятно доставшиеся ему от матери, брови вразлет, густые темные ресницы, красиво очерченный рот и решительный, волевой подбородок. Но она о нем совершенно ничего не знает.
Как жить с человеком, которого совсем не знаешь? О чем с ним говорить? Алекса не расспрашивала его о работе и представить себе не могла, чем он занимается. Свадьбу, необходимую для получения опекунства над племянницей, сыграли в невероятной спешке. Невеста выглядела ужасно. Жених был мрачен, как грозовая туча. Смягчился, только когда надевал ей обручальное кольцо. Поцеловав ее в щеку, он улыбнулся, и улыбка получилась какой-то печальной. Потом он ее обнял, но тут же разомкнул свои объятия… В гостинице они жили в разных номерах. На этот раз суд удовлетворил просьбу Стефана передать опеку над племянницей ему, и он тут же улетел в Америку…
Машинально вращая обручальное кольцо на безымянном пальце, Алекса задумчиво смотрела на мужа. Умный, с поразительной точностью излагающий свои мысли, что никогда не удавалось ей, Алексе… Стефан открыл на ее имя счет в банке, но она еще ни разу им не воспользовалась. Выходит, ее купили… Официально Стефан – ее муж, а на деле – обыкновенный работодатель. Их брак не что иное, как деловое соглашение. А она мечтала о большем! «О чем я думала полтора месяца назад, соглашаясь, по сути, на фиктивный брак?» – с горечью подумала Алекса.
Она пристально всмотрелась в его лицо и вдруг тихонько рассмеялась: то же самое лицо, тот же нос, те же губы – почему она решила, что совсем не знает его?
Алекса не могла себе этого объяснить, но ощущала всем своим существом, что теперь воспринимает Стефана совсем по-другому. Хотела прикоснуться к нему. Оказаться в его объятиях, прильнуть к его губам.
Ее охватила нервная дрожь, она крепко зажмурилась и сжала руки, стараясь подавить в себе внезапное желание прикоснуться к нему. Если я поглажу его по щеке, он проснется, подумала она.
Интересно, был ли Стефан когда-нибудь влюблен? Испытывал ли он к кому-нибудь те же чувства, что Дэвид – к ней? Эти двое были полной противоположностью Дэвид небольшого роста, светловолосый, очень обаятельный, одним словом, душа компании. Правда, поверхностный, необязательный. Если разобраться, тот еще тип… А Стефан, напротив, большой, темноволосый, загадочный… Как он самоотверженно любит свою племянницу! Готов на любые жертвы, лишь бы ей было хорошо. Любой ценой. Бедная, бедная Алекса! Неужели ты до сих пор увлечена им? Помнишь, как тебе было хорошо с ним и в Румынии, и здесь, в твоем ресторане? Так почему же теперь, стоит ему только появиться, ты теряешь самообладание, напряжена и взвинчена? Боже мой! Почему все изменилось?
Ты слишком многого хочешь, Алекса. Ты потому и уединилась в этом крошечном домике, больше похожем на келью. Чтобы никто не мешал тебе остаться наедине со своими мыслями. Не с кем поговорить, не с кем посмеяться. Вот ты и изголодалась по людям, как простодушная провинциалка. Ты одинока, Алекса. В этом все дело!
Он устал, выбит из колеи сменой часовых поясов, ему смертельно хочется спать, а я пристаю к нему со своими сомнениями и жалобами… Завтра все встанет на свои места. Завтра он будет бодрый, отдохнувший, она постарается успокоиться, взять себя в руки – и все наладится… Какой же он большой! Занял почти всю комнату! Широкие плечи, длинные руки, мощный торс…и эти зеленоватые глаза, от которых ничего не ускользает…
Мистер Джонс вылез из-под стула, робко посмотрел на хозяйку и приветливо завилял хвостом.
– Ты, видно, решил поиграть со мной в прятки? – строго спросила она у собаки.
Пес склонил голову набок, и Алекса улыбнулась. Неспроста умный пес спрятался под стул, видно, что-то почувствовал. Раньше с ним никогда такого не было… Но что же делать? Стефан спит так крепко, что его не разбудить… У нее нет ни одной простыни в запасе… Вздохнув, Алекса взяла пальто Стефана и осторожно укрыла его им. Вдруг она вздрогнула – кто-то отпирал входную дверь своим ключом.
Сердце Алексы бешено забилось от недоброго предчувствия. Замирая от страха, она подошла к входной двери. На пороге стоял Майк.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
– Нет, только не это! – в ужасе прошептала она.
– Что ты хочешь этим сказать? – недоуменно спросил Майк.
– Входи скорей, в доме маленькая девочка, не устраивай сквозняк! – торопила его Алекса.
Он быстро вошел, снял рюкзак и увидел через открытую дверь гостиной спящего Стефана и Мистера Джонса.
– Алекса! Я сдавал коттедж лично тебе! И просил тебя – никаких гостей! А зачем здесь эта собака?
– Шшш, – зашикала на него Алекса. – Тише! Ты разбудишь Джессику!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
