Читаем без скачивания Денис Котик и Ржавые Заклинания - Александр Зорич

Мало-помалу Денис стал различать тихий плеск воды. Это текла река, и здесь она была совсем неторопливая по сравнению с ее прочими горными подругами и собратьями. Даже не верилось, что это она когда-то разбросала по берегам большие укатанные камни и белеющие как кости стволы плавника.

Казалось, что время здесь остановилось, опустилось на дно ущелья и лишь изредка колыхалось над медленно текущими водами. Впечатление вязкости и дремоты усиливал и туман, застилающий поверхность реки молочной дымкой. Кругом было сыро, промозгло, и Денис шагал, то и дело поеживаясь. Вдобавок и куртка почему-то совсем перестала греть. Сунув руку в карман, он сразу понял причину, отчего похолодел уже внутренне.

Его левый карман, в котором был магический песок для заклинаний из узелка Маленького Мальчика, сейчас был холоден как снег. Песок почему-то сильно тянул карман книзу, и Денис решил, что это верный знак. А значит – пора.

Он подошел к самой кромке воды и присел на корточки. Речная вода была просто как лед. У Дениса даже заломило пальцы, когда он зачерпнул со дна бурый песок вперемешку с мелкими камешками. В соответствии с инструкциями Маленького Мальчика он выложил речной песок на камень. После чего, морщась, ополоснул покрасневшие от холода пальцы, вытер их о полу куртки и высыпал на влажную лепешку щепоть сухого песка из Закрытки.

Теперь следовало смочить образовавшуюся смесь водой. Этот новый песок должен был помнить и Змеиное Ущелье с рекой – место, куда Денис должен вернуться завтрашней ночью уже самостоятельно, и тот двор в Закрытом мире, откуда они с Маленьким Мальчиком сегодня отважно шагнули в объятия Песчаного заклинания. Наш герой обернулся к реке, уже заранее содрогаясь при мысли о ледяной воде, и замер от неожиданности.

На другом берегу, ощерившись и медленно покачивая хвостом, стоял здоровущий волк. Его прямой как палка хвост медленно покачивался из стороны в сторону. Внешность хищника была приметная: у него было разорвано одно ухо, и оттого он имел особенно бывалый, разбойничий вид опытного бойца.

Волк злобно смотрел на Дениса, и в горле зверя тихо клокотала сдерживаемая ярость.

"Если он из шайки Зуба, у меня еще есть какая-то надежда" – отчего-то подумалось мальчику. Точно кто-то другой на миг вторгся в его мысли и теперь размышлял – холодно, отстраненно, логично. А от этой логики Денису стало страшнее вдвойне.

"Если только он из числа друзей Маленького Мальчика, я пропал. Он ведь даже не захочет говорить со мной" – решил Денис. И не смог унять во всем теле предательскую дрожь.

"В Архипелаге пакостит кто-то – вылитый ты..." – вихрем пронеслись в его мозгу слова озорного волшебника. А это сейчас не предвещало для него, Дениса, ничего хорошего. Для всех он – враг, коварный и жестокий, который во имя своих целей не остановился даже перед двойным убийством.

Волк тем временем весь подобрался, его шерсть на загривке поднялась дыбом. По всему было видно, что вода его не остановит.

"Он знает, что случилось в пограничной избушке", – понял Денис. – "Иначе, спрашивается, зачем ему нападать на меня? Выходит, он знает, и кто убил того волка вместе с хрулем?!"

Но времени для рассуждений у Дениса уже не оставалось. Матерый волк глухо заворчал и ступил в воду. Теперь зверя от мальчика отделяли сего каких-нибудь семь-восемь метров. А речка вдобавок, как назло, была слишком мелководной, чтобы остановить разъяренного хищника.

Денис попытался закричать, позвать на помощь. Может быть, Маленький Мальчик еще способен услышать?! Но горло перехватило, и из него выдавило только невнятный сип. Глаза Дениса расширились от страха, и он вновь попытался закричать. Вновь повторился сип. Денис закашлялся. А потом из его рта вырвалось громкое низкое шипение!

Волк мгновенно остановился на полушаге, приподняв переднюю лапу. Течение доходило ему до брюха, и Денису показалось, что он слышит запах мокрой звериной шерсти. Волчьи глаза светились желтыми огоньками, и он тихо рычал, высоко и хищно задирая уголки губ. Зверь не двигался, но при этом он не спускал с мальчика злобных глаз.

Денис вновь набрал побольше воздуха, но вместо крика у него опять вырвалось продолжительное шипение!

Зверь заскулил, припал к воде и попятился. А Денис, повинуясь безотчетному желанию, встал во весь рост и с угрожающим видом двинулся к воде. Мгновение, другое – и волк сорвался с места и с глухим, протяжным воплем уже мчался обратно, на берег, к спасительным валунам. Он с плеском выскочил из воды и в несколько скачков исчез в глубине ущелья.

А Денис остался один – напуганный, растерянный, изумленный. И только в горле мальчика медленно унималось возмущенное и гневное клокотание.

Потом вернулся и голос. Он тут же заполнил собой все сознание мальчика, все его существо.

"Заклинание, лежащее на шапке, действует и на того, чей образ она использует. И действует, я тебе скажу... совсем не лучшим образом".

Где-то неподалеку тревожно прошелестело среди камней. Денис вскинул голову на звук и закашлялся. Его мысли тут же пришли в движение, точно им тоже была нужна некая встряска.

Это же Змеиное Ущелье! Тут полно змей, и очевидно так здесь было всегда. И зашипел он на волка не просто так. Выходит, он каким-то образом настроился на змеиную магию! И в какой-то миг овладел ею. Вот это да!

Денис даже присвистнул от изумления. А волк-то ведь понял его. Потому и сбежал. Вот интересненько бы знать, что он этому волку сейчас сказал, по-змеиному-то...

Он наклонился и зачерпнул из реки. Холода воды он совсем не ощутил. Точно вместе с уходящей змеиной магией в нем еще жила свойственная этому скользкому народу нечувствительность к температуре и презрение к опасности.

Вода с тихим плеском впиталась в песок, подсыхавший на валуне. Денис опустился рядом и закрыл глаза. Сначала его губы беззвучно проговорили заученные слова. Потом повторили их для верности. Понемногу подкралась, накатила усталость, пришло безразличие ко всему. Хотелось лишь одного – чтобы эта ночь поскорее кончилась.

Плечи мальчика тихо вздрагивали, в глазах защипали едкие слезы, а во рту появился привкус какого-то кислого металла. Тут же налетел ветер, взъерошил волосы, поднял полы куртки. Черное небо надвинулось ниже, над головой закружили предутренние звезды, все быстрее и быстрее. А потом пришли безразличие и бесчувствие.

Как он очутился в соседнем дворе, на детской площадке, как пришел в себя и добрался до дома, Денис совсем не помнил.

В квартире все было тихо, даже когда он в прихожей нечаянно скинул ботинок, упавший на пол, как показалось Денису, с артиллерийским грохотом взорвавшегося снаряда.

Бабушка Любовь Николаевна по-прежнему спала в кресле, поджав под себя ноги в мягких домашних шлепанцах и сладко посапывая во сне. Денис поправил на ней плед, виновато вздохнул и прокрался в свою комнату. Больше всего ему сейчас хотелось лечь и вытянуть усталые, натруженные ноги. Кое-где на них вздулись мозоли, хотя весенняя обувь Дениса была отлично разношена еще с прошлого года.

Он осторожно перевел вперед время на хронометре Маленького Мальчика и вслед за тем услышал тихий щелчок. Это на будильнике выскочила кнопка звонка и встала в "боевую готовность" – на семь часов. Все циферблаты и часовые табло в квартире, словно сговорившись, показывали пять часов. Время точно сдвинулось с точки замерзания, оттаяло и потекло дальше, как ни в чем не бывало.

Потом Денис торопливо разделся и нырнул в постель, думая, что заснет еще на лету – такая на него навалилась усталость. Но еще минут десять он лежал с открытыми глазами. А перед ним кружились картинки минувшей ночи – горы, ущелье, река.

Они походили на мерцающие галактики, только плоские и совсем круглые, как старинные граммофонные пластинки. Их вращение баюкало, усыпляло, вымывало из памяти горечь и страх. Так вода вымывает песок и мусор из каменного русла горного ручья, делая его гладким, отполированным как желоб водосточной трубы. И по этому чистому, освобожденному руслу памяти Дениса прозрачной водой заструились тихие, медленные сны.

– Дениска, ну, я не знаю! Сколько можно говорить тебе, чтобы ты не разбрасывал обувь, где попало...

Укоризненный голос из прихожей был таким домашним и родным, что даже вставать не хотелось. К тому же два часа сна после такой ночи – этого было, конечно, маловато! Тем не менее, Денис с трудом, но все-таки вылез из кровати. Он выглядел сейчас как сонный медведь из берлоги по весне – очумелый, всклокоченный и жутко голодный.

Любовь Николаевна чутким, тренированным ухом образцовой бабушки сразу услыхала, что внук уже встал.

– Умывайся! Чисти зубы! Завтрак на столе.

Судя по шелесту веника и тихому бормотанию, бабушка прибиралась в прихожей. Денис сейчас и представить себе не мог, что там могло твориться после его тайных ночных уходов и приходов. Да и все события минувшей ночи казались ему сейчас такими далекими, совсем нереальными. Поэтому он первым делом заглянул за дверь пожелать бабушке доброго утра и заодно осмотреться в прихожей.