Начнём с очевидной особенности, которую часто ставят в упрек нашей цивилизации, - ключевое значение Первого Лица и особое к нему отношение (порой переходящее в культ, обожание, неоправданные надежды)4. В силу этой особенности вновь и вновь у нас "прокатывает" незамысловатая схема - хороший царь и плохие бояре (в целом разрушительная и для госаппарата, и для массового сознания, и для самих первых лиц). Социологические данные это убедительно подтверждают. В европейских странах нормой считается наличие шести-восьми социальных институтов, которым доверяет большинство населения. В новой России с её больным недееспособным Ельциным, за которого "голосовали сердцем", до 2000 года не было ни одного такого института. С двухтысячного всё вернулось на круги своя - огромный кредит доверия получил президент. Минуло два путинских срока, однако ни одного социального института, пользующегося доверием граждан, как не было, так и нет... Почему же столь живуча эта традиция отношения к руководству: "Вот приедет барин, барин нас рассудит"?5
Выдающийся русский мыслитель Н.Я.Данилевский, рассуждая о судьбах стран и народов, ввел понятие культурно-исторических типов. Не так давно профессора С.Г.Кирдина и С.Ю.Малков на основе социологического анализа и математического моделирования внесли в эту концепцию общественно-экономическое обоснование. Они выделили два типа общественных систем: X и Y-системы.
В X-системах приоритетом является безопасность и выживание: слабые группируются вокруг сильного; естественным образом возникают иерархические социальные структуры, командно-административные управленческие системы и экономика с большим весом распределительных, патерналистских элементов (выжить-то должны все) и коллективизм.
В Y-системах, наоборот, акцент делается на развитии, экспансии: слабые объединяются против сильного, возникают демократические институты, конкуренция и индивидуализм.
Почему же одни страны и общества тяготеют к Х-системам, а другие - к Y-системам? Здесь тоже многое стало понятно. Дело в том, какие и в каком количестве ресурсы доступны. Конечно, Россия - это типичная Х-система. И огромные просторы, и рискованность земледелия, и экстремальные природные условия, и отсутствие на нашем историческом пути колоний, ограбление которых обеспечило бы ресурсами технологический рывок (вспомним становление капитализма в Западной Европе), или народов, истребление которых открыло бы территории для развития.
В безнадёжной попытке превратить российскую Х-систему в Y-систему (что несовместимо с нашими географическими, экономическими и технологическими реалиями) было развалено многое. Почти всё. И руководителей пытаются готовить для Y-системы, а реальность-то у нас другая. Конечно, можно готовить пловцов-спринтеров, но при этом надо иметь в виду, что в жизни, на практике им придется не плавать, а бегать - причем на стайерские дистанции - или уезжать в другие страны, где пловцы как раз и нужны.
Хрестоматийный пример - Высшая школа экономики (ВШЭ), потреблявшая немалую долю всех средств на развитие науки и обильно поддержанная западными грантами. Именно здесь был сочинен план административной реформы (парализовавший на пару лет большую часть госаппарата) и прожект проводимой сейчас образовательной реформы. Именно её (ВШЭ) ректор Ярослав Кузьминов рассказывал о том, как чудесно набирать студентов по результатам единого госэкзамена (ЕГЭ), и не одобрял военные кафедры в вузах. Вузы, школьники и родители уже почувствовали эту чудесность на своей шкуре, а сама ВШЭ... счастливо избежала и приема по ЕГЭ (попав в особый список), и ликвидации военной кафедры. Очень часто знакомые мне управленцы и преподаватели ВШЭ недоуменно пожимали плечами: не та, мол, страна досталась в кормление, не тот народ, да и с эпохой не повезло... Впрочем, для работы в западных банках и управляющих компаниях многие выпускники подготовлены отлично!
Перед Россией стоит исторический вызов - освоить и обустроить огромные евразийские просторы, воспользоваться огромными возможностями, которые предоставляет XXI век. Характерно название книги, посвящённой развитию российского Севера, на презентацию которой меня недавно приглашали в Институт географии РАН: "И последние станут первыми". Как воздух нужны руководители, нацеленные на решение именно этой задачи.
И земства, и советы, которыми полтораста лет бредит Россия, собственно, и придуманы, чтобы помочь людям самим сделать свою жизнь лучше там, где они живут и работают. Но для этого нужны управленцы, руководители, энтузиасты, профессионалы. От одного из региональных руководителей мне довелось услышать горькую мудрость: "Не пьет мужик - это и есть женское счастье, не ворует руководитель - это и есть счастье для региона. Но где же их найдёшь таких?"
Что же касается изменчивости, то тут "точечными мутациями", политикой "малых дел" не обойдешься. По сведениям Генеральной прокуратуры, объём даваемых/принимаемых в российском админаппарате взяток сравним с национальным бюджетом. Таким образом, мы имеем дело с очень громоздкой (по сравнению с советскими временами), коррумпированной и неэффективной структурой. По-видимому, ключевые блоки госаппарата или аппарат в целом придется отстраивать заново. Эта задача сродни той, которую решал Пётр I, отодвигавший бояр и создававший дворянскую "элиту прорыва", или Сталин, выдвигавший профессионалов и технократов на ключевые посты в преддверии войны.
Возможно ли это в нынешней реальности? Опыт Южной Кореи и Китая, которые смогли это осуществить в своих государствах, смогли в течение десятилетий резко изменить место своей страны и её будущее в мире, показывает, что это возможно, хотя и очень трудно. Ключ один - триада: мечта (большой проект, план, состояние умов) - воля (люди, организация, аппарат, руководители, готовые к этому делу и уровню ответственности, поддержка народа) - действие (это главное). И к этому главному очень многое приложится. Люди, готовые многое вложить в будущее страны, найдутся. Было бы главное.
О наследственности и изменчивости немного поговорили. Теперь - отбор. Отбор имеет непосредственное отношение к другому сакраментальному вопросу: "С чего начать?" По-видимому, самый главный и тревожный момент здесь связан с отбором и продвижением в элите, в важнейших организационных структурах. В СССР декларировался, а во многих случаях и реализовывался отбор, исходя из способностей человека, его квалификации, достоинств (иначе бы у нас не было Курчатова, Королева, Келдыша, Косыгина, Жукова...). Формировалась своеобразная меритократия (merit - достоинство). К сожалению, сейчас мы переживаем период, когда госуправление в России начинает носить всё более клановый характер. При таком подходе дела, возможности и потенциал талантливых организаторов и управленцев обесцениваются. Главным становится, чтобы он был "свой" и "управляемый сверху". Но это - прямой путь к распаду важнейших социальных институтов и государственных систем. Это - прямой путь к имитации управленческой деятельности вместо собственно дела.
Помните милого добродушного Павла Андреевича Фамусова: "Как станешь представлять к крестишку ли, к местечку, ну как не порадеть родному человечку"? Чуть больше полувека такого отбора в XIX веке, и вот уже элита и аппарат не могут удержать великую империю на пороге самоубийственной войны и избежать великих потрясений. (При этом наличие талантливых, выдающихся, самоотверженных людей ничего не изменило. Самые дорогие ошибки - стратегические, обычно их невозможно исправить на более низких уровнях управления.)
Поэтому кадровая политика, позволяющая выдвигать и поддерживать тех, кто умеет и может, а не тех, кто удобен, становится одной из ключевых проблем национальной безопасности.
Впрочем, тут стоит напомнить максиму создателя социологии Макса Вебера: "За разницей в средствах нередко скрывается разница целей".
Голубятня: De Juventa
Автор: Сергей Голубицкий
Опубликовано 31 августа 2009 года
De Juventa1
- Ты знаешь, Голубицкий, что тебе п...ц!
- В смысле?!
- Когда человек начинает бурчать на молодежь, это значит, что ему п...ц!!!"
Из философских диалогов с Антонелло в молдавском саду
У меня сегодня такое забавное культур-повидло, что буквально не терпится затолкать поглубже в чулан памяти всяческие эксперименты с софтяшками-железячками и побыстрее поделиться с читателями неожиданным откровением, значение которого трудно переоценить. По крайней мере - трудно переоценить для меня лично. Но так нельзя. Так не положено. Посему придётся досказать сперва про альтернативные клиенты ICQ, а затем наверняка ещё и достругивать в подвал колонки каких-нибудь айтишных глупостей. Утешает лишь, что есть у меня и такое, и эдакое.
