Я сгрузила очередной полуживой подарок из параллельного измерения и спросила большей частью риторически, собирая беспорядочные мысли в кучку:
— Как же тебя лечить? Платную «скорую» вызвать? Проблемы с полицией будут, к гадалке не ходи…
— Кровь, — выхаркал краткий и точный рецепт полудохлый гость.
— Ты вампир, что ли? — вяло уточнила я, подходя поближе к изголовью.
В затененной кухне (жалюзи я так и не подняла после отбытия дроу) отчетливо просверкнули красными угольками глаза умирающего.
— Да-а-кха, — прохрипел тот.
— Извини. Судя по тому, сколько ты потерял крови, для восполнения электролитического баланса тебе надо досуха кого-нибудь выпить. У меня на примете нет ни одного заслуживающего казни преступника в пределах транспортной доступности. А сама я еще жить хочу и больше стандартной дозы донора дать не в состоянии. Помру, так в нашем мире насовсем застрянешь. Есть предложения?
— Вино, красное, кровь туда, раны закрыть хватит. — Этот подыхающий, пропитавший все покрывало своей кровью тип нашел силы не только услышать сказанное, но и дать четкую инструкцию к исполнению.
— Вино есть, — согласилась я, прогулялась до кухонного бара и достала бутылку столового красного. Не ах, конечно, но пить можно. Того, что вампир бросится на меня со спины и перегрызет горло, я не боялась. Не то чтобы верила, скорее, совершенно четко знала: у него нет ни таких намерений, ни возможности. Гость из-за двери действительно готовился отбросить копыта.
Штопор — орудие мужчин, но в институте у нас на группу по списку приходилось всего три мальчика, два из которых только числились и являлись к экзаменам, а третий был гимном дистрофии, потому к пятому курсу открывать бутылки насобачились все девчата. Да что вино, мы даже шампанское без стрельбы по живым мишеням вскрывали! Дома у тетки агрегат хороший, с ним бы и Витька-дистрофик совладал. С пробкой я справилась за полторы минуты. Нашарила здоровенный, на полтора литра, пивной бокал — наследство одного из тетушкиных супругов. Выбросила из него коллекцию пыльных пробок и сполоснула под струей воды.
Остановившись у дивана с бутылкой и тарой наперевес, спросила дальнейших инструкций:
— Эй, граф Дракула, сколько лить в граммах?
Прикрытые длинными ресницами (почему у мужика-то такие выросли, любая девица обзавидуется!) красные очи снова полыхнули, и почти покойничек проскрипел:
— Все.
— О'кей, проще мерить.
Я поставила бокал на край стола и перевернула бутылку. Вина жаль не было, мне больше по вкусу сухое. А вот кровь… Нет, вида я ее совершенно не боюсь — если ты уже девушка, пугаться красных пятен как-то глупо. Но запросто расхватить себе руку, чтобы нацедить лекарство для подыхающего вампира? Блин! Где резать так, чтобы вылилось достаточно и зажило побыстрее? Я самострелом отродясь не занималась. Блин, блин, блин! А чем резать? Самые острые предметы в доме — хлебный волнистый нож-пила и тесак для сырого мяса. Последним как-то себе палец чуть ли не до кости расхватила, когда курицу кромсала, и рассчитать глубину необходимого для сцеживания крови пореза точно не смогу. Меня этому не учили. Может, дровский подарок обновить? Так ведь он с ядом. А ну как траванусь вопреки уверениям ЛСД? Обидно будет!
— Дай руку, — прохрипел вампир, и я почему-то подчинилась.
Подала конечность без всякой опаски. Не покорно, как теленок на заклание, скорее с любопытством. Почему-то была уверена, что этот полуживой представитель темных народов мне зла не причинит и ничего отгрызать не собирается. Наивной вампироманкой я сроду не была и от клыкастых иродов восторженно не пищала. Культовые «Сумерки» когда-то давно пролистнула, смотреть вовсе не смогла, первые книги гамильтоновской серии читала, но не более того. Ни о каких сладострастных мечтах об острых клыках, вонзающихся в шею, речи не шло. (Мне вообще-то больше всего из многочисленных описанных в книгах видов фэнтезийных рас нравились орки и гоблины. Забавные!) Однако ж этому распластанному на диване мужику я поверила безоговорочно.
Вампир чиркнул по моей ладони кончиком ногтя. Края кожи разошлись и окрасились алым, а потом и густо-красным. Я сжала руку над пивным бокалом. Тонкая струйка потекла вниз. На всякий случай решила присесть поудобнее, чтоб голова не закружилась, как рекомендуют врачи, когда кровь из вены берут. У меня, конечно, никогда от таких процедур слабости в ногах и обмороков не наблюдалось, но вдруг сейчас что-то подобное приключится. Будет ужасно обидно пролить лекарство для второго по счету иномирного гостя. Пока цедила, отметила странность: порез не болел, как болит обычная резанная ножом рана. Так, чувствовался и чуток потягивал, не более того. Живот при месячных ноет куда как сильнее.
— Хватит, — тяжело, на выдохе, скомандовал вампир, внимательно отслеживающий весь процесс донорства. — Руку!
Он поднес ладонь к губам и прошелся языком по ране, зализывая. Рану отчаянно защипало, словно я мазанула ее тампоном с йодом. Когда вампир отпустил, никакого пореза уже не было. Края сомкнулись, оставляя тонкую, нежно-розовую полосочку шрама.
Кажется, реабилитационные процедуры отняли у мужчины значительную часть оставшихся сил. Поить тяжелораненого коктейлем «Кровавая Гелена» мне пришлось лично, присев на край дивана, аккуратно придерживая голову и бокал у бледных губ. Осушив полуторалитровую емкость до дна, вампир прикрыл глаза и проинформировал:
— Раны закрылись. Теперь мне нужна очень горячая вода.
— Пить или ванна? — уточнила я, чтобы знать, куда бросаться: кипятить чайник или открывать кран.
— Второе.
— Хорошо. Сэкономим электроэнергию.
Счетчики на воду у меня, конечно, стоят, но горячая ванна всяко обойдется дешевле заготовки крутого кипятка. Электрический чайник наматывает почти киловатт, поэтому для себя я обычно подогреваю бокал в микроволновке. Двадцать секунд, и приятного чаепития.
Я поднялась с дивана и уверенно зашагала из кухни. Меня даже не пошатывало после донорства. А ведь сцедила я на благотворительные цели около стакана, может, вампирская слюна еще и какой-нибудь тоник содержит, кроме коагулянта и ранозаживителя? В любом случае надо чего-нибудь мясного попозже сгоношить и гранатового сока купить.
Воду в ванну я пустила, отвернув кран в сторону горячей до упора, самой руку сунуть было больно, но коль клиент просит, пусть варится живьем. Молодцем-красавцем, как у Ершова, вряд ли обернется, но если оклемается, и то хлеб. Вот только… Я прикинула примерную технологию помывки окровавленных вампиров и полезла под ванну за большой клеенкой. Обычно расстилала ее на полу, когда красила волосы, чтобы не пачкать кафель, теперь хоть тут от необходимости отмывать пол от крови перестрахуюсь. Желтенький ламинат в кровавых разводах на кухне еще ждал своего уборочного часа! К той поре, как я расправила бывшую скатерку в крупные ромашки, вода заполнила треть ванны и била мощной, тугой струей. Вечером бы такой напор был, когда голову мыть надо, а не в середине дня!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
