Геон кивнул.
— Да, что-то в этом роде. И?
— И еще я думаю... я не вижу магические каналы в полной темноте, хотя они кажутся мне «светящимися», если по ним течет магия. Я уже задумывалась, почему так. Вроде бы, раз светятся, значит, я должна видеть их всегда. И они должны освещать для меня комнату в отсутствии светильника. Но не освещают. Значит, можно предположить, что на самом деле это свечение — квазиэффект, воспринимаемый, а не настоящий. Допустим, я вижу какие-то признаки магических каналов обычным зрением, не магическим. Может быть, какой-то слабый отблеск в воздухе, какое-нибудь дрожание. Или там десятки едва уловимых признаков. Но мой мозг раньше не мог их интепретировать, а после отравления ядом черноплюйки почему-то смог. А мозг той девушки интерпретирует те же признаки иначе, в виде полей, и способен на это только под мухой. У остальных же вообще эта информация никак не обрабатывается — мало ли, почему. Насколько я знаю, наши лекари так и не смогли построить внятную модель человеческого мозга, и даже о принципах его работы только догадываются.
— Браво, Даари! — Геон чуть поклонился, сидя. — Мне не соврали, вы и правду крайне сообразительны, умеете думать.
— Угу, давайте поменьше лести и побольше дела, — вздохнула Даари. — Исходя из этого я делаю вывод, что массовое производство недомагов по моей модели пока откладывается. Так?
— Так, — кивнул Геон.
— А Владыка просил мне это сообщить, потому что... — Дари задумалась. — Нет, вот тут мое хваленое умение думать буксует. Даже не знаю, зачем ему, чтобы я это знала.
— Он хочет, чтобы вы как следует подумали и сказали ему, как так получилось, что вы смогли зачать дитя, — мягко произнес Геон. — Мне кажется, он сам в растерянности. Он не ожидал этого от вас.
— Я тоже не ожидала! — воскликнула Даари; ее рука сама легла на живот. Не там, конечно, где надо: плод еще в паховой области. Но не класть же руку туда! — Он знал больше меня, раз велел меня проверить! Или всех военнослужащих-женщин проверяют на беременность в лазарете?.. Но... там зачатие только-только произошло, они реально должны были непрерывно брать эти анализы, чтобы заметить...
— Все было немного не так, — поправил Геон. — Когда вы поступили на попечение гарнизонных лекарей, Владыка направил по официальным каналам им сообщение, что он находился с вами в Серегене инкогнито и оказал вам соответствующую честь. Следовательно, запустилась процедура признания вас младшей женой — не старшей, прошу отметить. А всех младших жен первые две недели после разделения ложа с Владыкой ежедневно проверяют на тягость. Таковы правила. Даже если не ожидают, что оная жена в силу магической неопытности и юного возраста может понести.
— М-да, — сказала Даари. — А ведь мне ни слова не сказали!
— Официальное объявление делают евнухи, это тоже правила, а они спешили к вам на поезде из ближайшей резиденции в Точчиконе, — пожал плечами Геон. — И поспели, неожиданно для себя, к известию о вашей беременности. Поэтому, кстати, все вокруг вас делается в такой спешке. Так что тут ничего неожиданного нет. Неожиданное — это сама беременность. Вы ведь не умеете манипулировать магическими каналами внутри своего тела?
— Владыка манипулировал ими сам, чтобы вылечить меня... Я сильно пострадала там, в пещерах... — Даари запнулась, не зная, насколько Геон в курсе ситуации и не желая нечаянно сообщить ему ничего секретного.
Ведь о том, что Владыка изображал Лаора, никто так и не узнал — кроме самого Лаора, Элата и, может быть, еще каких-нибудь доверенных лиц, с которыми Даари даже не встречалась. Входит ли Геон в их число?
— Насколько я знаю теорию, Владыка не может добиться, чтобы женщина забеременела, если сама она не в курсе, что делает, — покачал головой Геон. — Во всяком случае, сам он так говорит, и весьма аргументированно объясняет, почему. Если же он не счел нужным открыть нам правду, то интересно, почему он вдруг решил нарушить с вами свое собственное правило — впервые за восемь сотен лет!
— Мне тоже интересно, — буркнула Даари. — Если Владыка все-таки «счел нужным открыть нам правду», как вы изящно выражаетесь, то бишь не соврал, как положено беспринципному деспоту миллиардов...
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— О нет, — перебил Геон, широко улыбаясь, — Владыка очень принципиален, сами еще увидите! Простите.
— Только принципы его простым смертным не понять, — стояла на своем Даари. Она вдруг начала понимать, почему госпожа Лайет говорила о Драконе так бесцеременно: ей стало совершенно ясно, что даже если Геон на нее донесет, Владыка только посмеется. — Так вот... если он не соврал, то, значит, это зачатие — вообще полнейшая загадка. И провести повторный эксперимент не на ком, поскольку ни одна из девиц этой спецпрограммы не оправдала ожиданий. Так?
— В общих чертах — так, — кивнул Геон.
— Значит, будем разбираться, — подвела итог Даари. — Геон, Гешвири говорила, что в архиве вашего клана немало книг по магии, к которым не допускаются посторонние. Можете дать мне почитать хотя бы некоторые?
Геон и глазом не моргнул.
— Все, что может вам помочь и к чему я сам имею доступ — к вашим услугам. Я рад, что моя племянница сумела заключить такой прочный союз и буду всячески способствовать исполнению ваших планов... Только мой вам совет: прежде чем искать тайные знания кланов — поговорите с Владыкой. Обычно он сам учит магии старших жен и тех из своих детей, что оправдали его ожидания.
Да, подумала Даари, время беременности обещает быть насыщенным и непростым. Ну, собственно, весь прошедший год учиться она и не прекращала — почему дальше должно быть легче?
Глава 5. Таальская резиденция (без правок)
Даари разрешили гулять по коридору, примыкающему к ее «камере» — или больничной палате? Правда, чтобы обрести даже такую толику недосвободы, ей пришлось устроить скандал и завопить, что она свихнется тут в четырех стенах, и вообще, беременной нужен моцион — а не то угробите не только ее душевное здоровье, но и здоровье младенцев.
Стратегического результата от этого было чуть: примыкающий к ее палате коридор оказался тупиком, лишенным дверей даже в другие «палаты» или «камеры». Единственный выход кончался здоровенной, тяжелой даже на вид шлюзовой дверью (на шлюзовый характер веско намекал штурвал в самой середине). Подергав то тут, то там магические каналы, утопленные в отделочные панели (так, чтобы наблюдателям не было понятно, чем это пленница занимается: ведет себе рукой по стеночке и ведет) Даари убедилась, что там и правда не было других помещений: плотная скала. Если шлюзовая дверь еще оставляла некоторую возможность для сомнений — а вдруг под водой, а не под землей? — то нехитрая магическая разведка позволяла убедиться точно.
Даари решила, что ее, должно быть, не увозили далеко от Таалы. Таала — исторически шахтерский город; вот уже лет сто как тут ничего не добывают, но под городом до сих пор прорыты километры ходов. И за городом. Недаром же народная молва поселила секретные лаборатории Сиары Салагон в соседнем Сар-Горооне!
В любом случае, за сутки или около того, что Даари провалялась без сознания, далеко отвезти не успели бы: не тащили же беременную на магопланере! Да и поезд сложно себе представить: едва Даари пропала, в Таале наверняка перекрыли все вокзалы и начали досматривать любой багаж крупнее кошачьей переноски! Просто так бесчувственное тело в большом бауле или «спящую» женщину не вывезешь.
Однако после некоторых размышлений Даари решила, что противоположный от шлюза конец коридора все-таки таит в себе некий потенциал. Потому что на самом деле конца никакого не было: коридор просто перегородили панелью «теплого льда», и все. За преградой, судя по вибрации магических каналов, коридор продолжался. Куда?.. И зачем?
Скорее всего, этим тупиком неведомые обустроители подземелья отсекли подземную систему ходов и каверн, вроде той, в которой Даари приключалась под Аттоной. Что логично: если Даари рассудила верно, то километры бывших шахт нафиг никому под боком не нужны, проще от них отгородиться.
