Когда Сэсс заглянула в окошки кухни, там в огромном камине запылал огонь, и над ним медленно завертелась целая свиная туша, из угла в угол задвигались фигурки поваров, застучали ножи, и поварята затянули веселую песенку. Ее неудержимо тянуло заглянуть сразу в зал, но она, как опытная лакомка, приберегала напоследок самый желанный кусочек. И вот, наконец, до него дошла очередь.
Высокие, от пола до потолка, окна распахнулись, загорелись малюсенькие восковые свечки в золотых жирандолях, заиграла медленная благозвучная «господская» музыка, и из маленькой дверцы в дальнем конце зала появились пары: дамы с высокими напудренными прическами, в пышных кружевных платьях, и кавалеры в завитых париках, узеньких кафтанах «в талию» и туфлях с красными каблуками — все не больше мизинца. Подчиняясь причудливым фигурам менуэта, танцоры изящно кланялись друг другу, меняли партнеров, переходили с места на место… В музыке возник мягкий, повторяющийся, убаюкивающий мотив. Глаза Сэсс стали слипаться, она несколько раз не слишком настойчиво сморгнула дремоту, но та оказалась сильнее, Королева опустилась на ковер и, сладко вздохнув, крепко заснула. Приютившиеся на балдахине кровати светлячки спланировали вниз и забрались в ее волосы, усыпав их крошечными разноцветными огоньками.
Как только сон Королевы стал несомненным, ворота домика распахнулись. Из подвала выбрались несколько молодцов зловещего вида с банданами на лицах, они вывели из конюшни игрушечных коней, а из каретного сарая — черный закрытый экипаж. Один из них прошептал несколько слов у самого уха спящей Королевы, и она стремительно начала уменьшаться. Минута — ее подхватили на руки, внесли в карету и заперли за нею дверь. Молодцы заняли места на козлах, кучер свистнул, ожег кнутом конские спины, и карета скрылась в мышиной норе. Музыка стихла, пары удалились в ту же дверь, откуда перед тем появились. Часы над камином в бальной зале пробили полночь. Все окна затворились, свет погас, опустились шторы. Домик постоял еще некоторое время, а потом растворился, будто его и не было.
Так была похищена Королева эльфов.
— Приготовьте для нее комнату, — распорядился Райан, глядя на лежащую у его ног, увеличенную до прежнего размера, крепко спящую девушку.
— Да, сэр! — хором откликнулись гоблины, расставлявшие по местам игрушки. — В черном колере, сэр?
Райан задумался. В своем воздушном дезабилье Королева эльфов выглядела прелестно.
— Черное ей пойдет, — решил он, — но, боюсь, будет для нее довольно непривычно. Добавьте несколько белых… хотя нет, терпеть не могу этот цвет… лучше зеленых пятен. И побольше золота. Когда будет просыпаться, позовите меня. Ваши рожи могут ее напугать. Пугать ее я пока не хочу.
Сэсс потянулась, вся еще в истоме и во власти сна, где она танцевала менуэт в ледовом бальном зале Снежной Королевы, и потерла кулачками закрытые глаза. Потом она открыла глаза и изумленно огляделась. Она уже привыкла к разного рода чудесам, но проснуться в незнакомом месте — это было, пожалуй, слишком. Она твердо помнила свой кукольный домик и то, как заснула прямо на пушистом ковре в небольшой уютной комнатке, где все было сделано из покрытого резьбой дерева, а проснулась в огромном чуть ли не зале со сводчатым потолком, терявшимся в высоте, с обилием драгоценных металлов в причудливого вида дверных ручках, лампах, вазах. Каждый шнурок бахромы черного бархатного балдахина заканчивался маленьким золотым шариком, и Сэсс подумала, что если эта штука со всеми ее вензелями и кистями, не дай бог, рухнет на голову, то может и убить. Шторы высоченных окон были выдержаны в стиле балдахина. Все было очень богато и пышно, но немного пугало ее. Простыни на постели были из черного шелка, пол устилали меха чернобурых лисиц. Сквозь полузанавешенные окна пробивался золотой утренний лучик. Самое время появиться какому-нибудь чудовищу.
— Где я? — громко спросила она.
Одна из портьер шевельнулась. Уловив это движение, взгляд ее расширившихся глаз метнулся туда. Там, в тени портьеры, почти незаметный среди всего этого варварского великолепия, стоял одетый в черное мужчина. Он смотрел в окно, ожидая ее пробуждения, и Сэсс, натягивая к подбородку легкое одеяло, вполне оценила его деликатность, не догадываясь, однако, что оконное стекло, если смотреть на него под определенным углом, прекрасно отражает все, что находится за спиной зрителя. Он повернулся к Сэсс, и та вздохнула чуть ли не с облегчением. Он вовсе не был чудовищем. Более того, в первую секунду ей показалось, будто это Брик, каким-то образом последовавший за ними в Волшебную Страну. В следующее мгновение она поняла, что это не Брик. Этот был старше… и какой-то другой. Как будто менее беззаботный и более уверенный в себе. Она догадалась, что за плечами у него власть.
— Кто вы? — задала она свой второй вопрос.
— Мое имя Райан, — сказал он. — Я позволил себе пригласить вас в гости, Королева.
— Райан? — глаза ее еще расширились. Это был, как утверждал Амальрик, ее первейший враг. Она в плену?
— Я вижу, — улыбнулся хозяин, — в ваших глазах мое имя очернено. Иного не следовало ожидать от врагов, не так ли? Да, я успел перессориться со Светлым Советом, но лично к вам, Королева, я не питаю никакой вражды. Вы никогда не согласились бы посетить мои владения и встретиться со мной лично, отправь я приглашение официальным способом. Я же рискнул вызвать ваше неудовольствие, желая, чтобы вы составили обо мне собственное мнение. Никогда не следует судить с чужих слов. Прошу вас чувствовать себя желанной гостьей, Королева. Мой дворец, моя челядь, я сам — к вашим услугам.
Странно, страха не было. Только лишь от утонченной учтивости его Сэсс почувствовала себя провинциалкой.
— Могу я одеться?
— Разумеется, — улыбка, мелькнувшая в уголке его рта была того свойства, что вызывает смущение от невысказанного комплимента, но отнюдь не вгоняет в краску. — Какой цвет вы предпочитаете?
У Сэсс хватило ума не назвать белый.
— Зеленый, — сказала она. — Если это никого не затруднит. У вас тут все так…
— Хоть красное! Рад услужить вам и вашему вкусу, леди. Прошу вас не пугаться горничных. Мой народ не так красив, как ваш, но он тоже нуждается в покровительстве. До встречи за завтраком.
Райан вышел и прикрыл за собой двери.
— Она желает зеленое платье, — сообщил он прислуге. — Позаботьтесь об этом.
— Какой степени откровенности?
— Не смущайте девочку. Эй, — крикнул он вдогонку, — но и по уши ее не закутывайте. У нее очаровательные ушки… Как, впрочем, и все остальное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
