ветрено. Действительно непроницаемая белая мгла случается не часто. Я могу вспомнить все или почти все такие дни. И потому, что они врезаются в память. И потому, что их в целом не так уж и много. Больше одолевают дожди и сырость. Но человек, видимо, ко всему может привыкнуть. Привыкаешь постепенно и к английской погоде.
Зима пришла - весна не за горами - говорят англичане. А весна в Британии - чудное время. Она вся цветет. Цветет в городах, цветет в пригородах, а вряд ли еще в какой стране так дорожат зелеными клочками земли и деревьями, как здесь. В Лондоне, подсчитано, на каждого из более чем 9 миллионов жителей приходится по семнадцати деревьев, не считая кустарников. Весной их видишь и чувствуешь, как нигде. Нежно-розовые кипы вишен в садиках и вдоль дорог. Белый цвет яблонь. Улицы-спальни однообразны и скучны только с фасада. За их «спинами» - дворики-сады. Весной там поют соловьи. Ветер разносит облетающие лепестки цветов вишен и яблонь, и ты идешь по иной улице, будто по широкому коридору, покрытому легким, эфемерным, живым от дуновений ковром бело-розовых чешуек. И, конечно, чтобы по-настоящему встретить весну в Англии, надо побывать в яблоневых садах графства Кент. Заботливые люди устанавливают тогда вдоль шоссе синие указатели «дорог в цвету», и вы можете катить по ним, этим провинциальным, узким и петляющим между частными участками, но хорошо асфальтированным дорогам милю за милей и упиваться белыми и чуть розоватыми в цвету деревьями, их нежностью и свежестью.
Англия прекрасна в эти весенние недели. И дождь щадит ее красоту. И солнце делает чистыми и сочными ее краски.
Нет, думаешь про себя, гуляя по усеянным крупными белыми и желтыми нарциссами лужайкам лондонских парков, англичане все-таки знают, где надо жить…
А потом распускаются всех цветов тюльпаны, и уличные лотки ломятся от них, и газеты печатают объявления-советы ассоциации цветоводов, обращенные к читателям: «Выбирайте еще не совсем распустившиеся бутоны - они будут дольше стоять в вазе и дольше украшать ваш дом». И впереди еще все лето, еще выбросят свои белые свечи каштаны, и зацветут розы, и наполнятся самым тонким, ненавязчивым, лишь едва уловимым ароматом липовые аллеи.
Но дождь к тому времени уже потеряет терпение и, чем ближе к поре отпусков, тем чаще будет напоминать, что это в конце концов Британские острова, а не Сахара. Дождь будет прохладить эту страну, и даже в июле здесь на жару не пожалуешься. Но от этого только сильнее буйствует английская зелень.
Что и говорить, не повезло англичанам с летом. Море, окружившее их со всех сторон, широкие, выходящие на Атлантику мягкие песчаные пляжи Корнуэлла только дразнят. Даже в самом теплом на островах месте у Торки, где, к слову, последние годы жил и умер писатель Шон О'Кейси, даже на самом южном из Британских островов - Уайте - купаться не разбежишься: море и летом остается прохладным, неуютным, и только привыкшие к нему решаются поплескаться неподалеку от берега. Большинство же удовлетворяются тем, что смотрят на купальщиков, постаравшись открыться солнцу, но одновременно укрыться от ветра, в иные дни шерстяными пледами.
Впрочем, не спешите сочувствовать. Не для отдыхающих, так для флоры здесь тепла хватает. Тепла мягкого, влажного, от которого густятся, но не высыхают, как у нас к августу, травяные газоны. В знаменитом лондонском ботаническом саду Кыо-гар-денс под открытым небом цветут магнолии. В южных усадьбах - рододендроны. (У покойного теперь главы английского дома Ротшильдов под ними были заняты акры.) На даче нашего посольства, у Хокхерста, превращаемого на лето в нормальный пионерский лагерь - с линейками, торжественным подъемом флага, традиционным костром и родительским днем лишь раз в две недели, - мальчишки играют в войну среди зарослей… бамбука. Да и солнца здесь в общей сложности достаточно, чтобы получать по 40 центнеров пшеницы и овса с гектара в среднем, хотя, конечно, столь высокие по всем стандартам урожаи объясняются в значительной мере щедрым внесением химических удобрений в почву.
Осень в Англии замечаешь несправедливо меньше. Для корреспондента она начало почти всех сезонов, сразу, и прежде всего политического. Кончаются летние каникулы. Парламентарии съезжаются в Лондон. В Вестминстерском дворце открывается очередная сессия. В кинотеатрах - новые картины, припасенные за лето. Новые постановки в театрах. И выставки. Выставки одна за другой: «Мотор-шоу» - международная автомобильная выставка в Эрлс-корт в Лондоне. Международная авиационная выставка в Фарнборо (теперь она устраивается лишь раз в два года). «Сделай сам» - в огромных выставочных залах «Олимпия». И все это на фоне разгорающегося футбольного сезона!
А между тем сентябрь и октябрь в Англии превосходны. «Бабье лето» здесь долгое, солнечное, теплое. Деревья лишь едва тронуты желтизной. Трава стала лишь немного спокойнее в своей яркости. Собирать тогда грибы в лесу Эшер-коммон - в пятнадцати милях от Лондона по дороге № 3 - одно удовольствие. (Сами англичане, кроме шампиньонов, ни белых, ни подосиновиков, ни каких-либо других грибов не признают.)
Мысль о зиме после такой осени заставляет зябко поежиться. Как правило, бесснежная в этих краях, она неприятна своими дождями, ветрами и туманами. На лыжах катаются только в Шотландии, да и то в горах повыше. Крытых катков в Лондоне всего два. А многочисленные пруды замерзают только раз лет в двадцать. О подледном лове понятия не имеют.
Есть, однако, в таком климате свое преимущество. Он дешев. Можно обойтись без шубы, без шапки-ушанки. Нет здесь вторых оконных рам, в девятнадцати из каждых двадцати домов нет центрального отопления. Нет особой нужды прятать различные коммуникации глубоко под землю или скрывать их в стенах домов. Не надо держать тысячи машин на расчистке шоссейных и железных дорог. Не надо разогревать застывшие на лютом морозе моторы горелками. Даже антифриз заливают здесь больше, так сказать, «на всякий случай», чем из действительной необходимости. Не надо ежегодно латать вздувшиеся после зимы асфальтовые магистрали, как это приходится делать нам в России. Здесь не прекращают навигацию на реках и каналах с октября по апрель. И не закрывают морские порты, как у нас архангельский.
Впрочем, я застал одну «исключительно суровую» зиму в Англии. В январе 1963 года снег в Лондоне лежал три недели. Температура падала до минус 5 по Цельсию. Англия не знала ничего подобного последние… 150 лет или около того (мнения экспертов разошлись, но ближе чем во второй половине прошлого века никто прецедента не нашел). У нас такой морозец не назвали бы даже бодрящим. В Англии он вызвал хаос на транспорте:
