пешочком.
– Ну, и что ты можешь добавить? – невольно заинтересовалась Марта.
– Уродствам подвержены все. И аборигены и животные. В основном это лишние конечности. По две пары, а то и по три. Мы в лесу один скелетик нашли, – закачаешься! Прям пришелец из далёкой галактики!
– Эй! Пилот летающего блюдца! – возмущённо перебил Алекс выступающего. – Это моя область! Кто из нас биолог, – я или ты!
– Ты! И я, – тихо ответил Виктор, и виновато опустив глаза, уставился в пол.
Все находившиеся в кают-компании недоумённо переглянулись.
Марте показалось, что пол под её ногами зашатался. Давно она так не злилась. Да за кого они там её держат? Мало того, что набрали команду, не посоветовавшись с ней. Так ещё и в личном деле нет практически никаких сведений о смежных специальностях членов команды. Сегодня же во время связи с Куполом она им всё выскажет! Так, а пока держать лицо!
– Прекратить спор! Что ещё можете добавить? Панорамная съёмка есть?
– Есть! Конечно, есть! – поспешила ответить психолог – Людмила. Встав из-за стола, она сомкнула руки в «замок», так, что костяшки пальцев побелели, а веснушки на лице загорелись ещё ярче.
– Мы снимали всё, что видели сами, – хотите посмотреть?
– А для чего мы здесь собрались? – вопросом на вопрос ответила Марта.
Людмила вытащила видео капсулу из кармана поясной сумки, и, подойдя к трёхмерному проектору, включила просмотр отснятого материала.
Глава 5.
Вопреки опасениям Варма, зелье Кассандры действовало хорошо, и Шестиног спал, не чувствовав боли. Женщина быстро и ловко, с минимальной потерей крови, вытащила стрелы. Затем, обработав раны всё тем же травяным отваром, оставила Шестинога в покое.
Варм подошёл к открытому окну. Уже стемнело. От сильного ветра, подувшего прямо в лицо, стало трудно дышать.
– Неплохо бы закрыть окно ставнями, – произнёс он.
– А ты, что, боишься грозы? – спросила Кассандра, помешивая что-то в котле.
– Просто, какой смысл в доме, если и в ураган в нём от дождя и ветра не спрятаться, – резонно возразил Варм.
– Ну, что ж, закрой, – хмыкнула женщина, не поворачивая головы.
Варм вышел из дома и осмотрелся. Ветер сбивал с ног, свинцовые тучи висели совсем низко, и в них, словно пробуя свою силу, пересекались и вспыхивали стрелы молний. Он решил проверить, как там устроились тропы, и пошёл к группе вековых сосен. Там, забравшись в вырытое ими укрытие, удобно улеглись оба животных. Большой вал тяжёлого, сырого песка, хорошо защищал их от сильного ветра и моросящего дождя.
– Сейчас хлынет, – подумал Варм.
Он вернулся к дому, и закрыл окно крепкими, сделанными из поперечных срезов старого дерева ставнями. Прежде чем вернуться в дом, мужчина отошёл в сторонку, по малой нужде. Когда процесс был завершён, Варм вдруг остро почувствовал, что он здесь не один. Охотник пристально всмотрелся в моросящую темноту. Чуть левее от себя, он увидел силуэт человека. Тот сделал шаг вперёд.
– Ты кто? – спросил охотник. – И чего прячешься?
Человек подошёл ближе, и Варм смог рассмотреть его получше.
Незнакомец был небольшого роста, едва доставал ему до плеча. Возможно, он был молод, но наверняка нельзя было сказать из-за скрывающего лицо капюшона.
– Я бы пригласил тебя в дом, – продолжал охотник, но я сам здесь на правах гостя, – хотя, хозяйка добрая, не выгонит же она тебя, на ночь глядя в такую погоду, – пойдём в дом.
Незнакомец, молча, последовал за мужчиной.
– О, где это вы встретились? – воскликнула Кассандра, едва они переступили порог.
Варм не успел удивиться странной реплике хозяйки, как Голый Глот, словно подброшенный вверх неизвестной силой, вскочил, и бросился под ноги незнакомца.
– Стой! – крикнул охотник, и уже в следующее мгновение лежал на спине у хищника, обхватив её ногами, а руками сжимая его горло, как щитом, покрытое костяными пластинами.
Варм будто со стороны увидел свой глупый и бессмысленный поступок и мысленно приготовился к смерти. Глот, досадливо рявкнул и встряхнулся. В следующее мгновение мужчина уже летел, и ещё чуть позже гремел сбиваемыми попавшими в его траекторию полёта пеньками – стульями.
А вместо злобного рычания и предсмертных хрипов незнакомца, Варм услышал звонкий, заливистый женский смех. К нему присоединился грудной смех Кассандры. Охотник сел, и потряс головой. Когда мелькание белых мух перед глазами прекратилось, прямо перед собой, он увидел видение.
Прямо у порога, где он мгновение назад видел одинокого, промокшего путника, стояла девушка необыкновенной красоты. Перед ним стояла мечта. Полустёртое изображение подобной девушки, находилось в кожаном мешочке, висевшем у него на шее. В своё время, Копатель, запросил за него дорогую цену, – шкуру Голого Глота. Редкому охотнику удавалось остаться живым после встречи с этим хищником, добыть же его шкуру, – было настоящей удачей. Непробиваемая шкура Глота, была незаменимой защитой от песчаной бури, дождя, града, и многих других возможных неприятностей, а также от зубов такого же хищника.
Кстати, чтобы выкупить Агайю у её отца, потребовалось убить трёх Глотов, на что у Варма ушёл почти год.
Так вот, его мечта стояла сейчас перед ним и над ним же и смеялась. Да, не так он представлял их первую встречу. А ещё он вспомнил, за каким занятием она его застала несколько минут назад, и почувствовал, что уши загорелись от стыда.
Девушка повесила на крюк, вбитый в стену, плащ, и … поплыла к Варму. Да, именно так ему и показалось, настолько плавной была её походка. Девушка была одета в удобную, облегающую одежду, сшитую из выделанных шкур животных, которую обычно носят охотники. Поэтому этот костюм отнюдь не скрывал достоинства её фигуры, а наоборот, – подчёркивал их. Две стройные ножки, крутые бёдра и тонкая талия, высокая грудь и две изящные руки, нежная шея и… а потом, Варм увидел её глаза, и понял что пропал. Два бездонных озера, с водой потемневшей перед бурей. Какое-то время, мужчина видел только их. Вот раскрылись нежно очерченные губы и начали что-то говорить. Но Варм ничего не понимал, лишь видел белоснежные, ровные зубы и мелькающий между ними розовый язычок.
– Где это я, и почему у меня горит зад? – басом произнесли губки.
Видение рассыпалось. Но тут, тот, же голос снова послышался со стороны камина, где на двух тюфяках возлежал раненый дикобразом Шестиног.
– Дружище! – обрадовано воскликнул Варм, – наконец-то ты пришёл в себя! – Тебе лучше? Не очень болит? – засыпал он вопросами пострадавшего.
– Папа! Что с тобой? – взволнованно вскрикнула Агайя, и бросилась к отцу.
И мужчина, и девушка, одновременно наклонились к постели больного, и чуть не столкнулись лбами. Оба смутились и замолчали. Шестиног
