— Послушай, дорогая, может, ты хоть что-то скажешь?! «До свидания», например? — кинула я ей в спину. Киркина сутулая спина не прореагировала, и она продолжала медленно уходить.
Я вскочила. Резкое движение было неловким — сильно качнулся стол, и на пол с грохотом полетела бутылка. Я тут же пнула ее, и она неслабо ударила по Киркиной лодыжке. От неожиданности Кирка остановилась, а я уже была рядом, пытаясь зачем-то схватить ее за плечо.
— Издеваешься?! Ты издеваешься?! — Шипела я в беспамятстве.
Кирка испуганно пыталась вырваться, но мои пальцы намертво вцепились в толстый драп. Кирка сильно дернулась и выскользнула из рукава. Почему-то это взбесило меня еще больше.
— Дерьмо! Ну, какое же ты — дерьмо!! — Вопила я, чувствуя, как на глаза лезут слезы, и хватала отчаянно вырывающуюся Кирку за ворот, капюшон и что там еще попадалось под руки. И тут услышала внезапный удар в челюсть. От неожиданной резкой боли я выпустила Киркино многострадальное пальто и, потеряв равновесие, ушла в невесомый полет, который затормозил книжный стеллаж, в довершение припорошивший меня растрепанными книгами.
На несвойственный нашей сонной конторе шум из соседней комнаты, где задержались для халтуры пара архитекторов и конструктор, выскочила Ленка.
— Что здесь такое?
Кирка растерянно стояла и молчала. Ко мне, медленно обретавшей чувство гравитации, стало приходить осознание, что меня только что ударили по лицу. Впервые в жизни. Ненавидя и изумляясь одновременно, я медленно приближалась к Кирке.
— Пре-е-екрасно! Может, попробуешь еще раз? — Я снова начала зажигаться. — Ну? Давай!
Кирка испуганно отступила.
— Давай! Еще раз! Бей!
— Ира! — вмешалась Ленка, — перестань, ты что?
— Ну, бей!! — Не обращая внимания на третьего, я продолжала наступать на Кирку.
— Ира! — Ленка попыталась схватить меня за руку. — Не надо, остановись!
Оставшиеся в комнате сослуживцы испуганно притихли.
— Да бей же! — Кричала я.
— Ира! — Все пыталась остановить меня Ленка. — Тебе же потом будет стыдно!
Кирка, сжавшись, уже стояла у самой стены.
— Ну, что же ты?! Бей! Давай! Бей!!! — Мне вдруг стало себя жалко — я захлебнулась на очередном выкрике и резко повернула в свою комнату.
Хлопнув дверью, я вытряхнула в себя остатки пива из Киркиной бутылки и упала на стул. Челюсть неслабо ныла. Я потрогала ее и подошла к зеркалу. Ну, синяка не видать. Не дай бог завтра проявится!.. Черт! И как она посмела?! Ну что же — даже отлично! Теперь у меня есть бесспорный повод порвать с ней. ЭТОГО я ей никогда не прощу! Бля! И это благодарность за все… Ничтожество!.. Кстати, и где оно сейчас? Съездило меня по лицу и удовлетворенно утопало?!
Я вышла в коридор. В соседней комнате оживленно шелестел встревоженный улей коллег. Я открыла дверь и без малейшего смущения вошла в комнату. Кирка была там. Увидев меня, Ленка загородила ее своей узкой спинкой, возмущенно округлив на меня глаза. Все замолчали. Мне стало смешно.
— Нда… и что же тут делаешь? Спасаешься у добрых людей? От меня, ужасной?
— Да как тебе не стыдно! — Ленка продолжала стоять между мной и затихшей Киркой. — Оставь человека в покое!
— Идем! — не обращая внимания на геройскую оборону и едва сдерживая нервную злую дрожь, сказала я Кирке.
— Никуда она не пойдет!
Кирка не двигалась, но она явно растерялась. — Ну?!
— Не трогай ее! Она останется здесь! Мне снова стало смешно,
— Да ну? — Я впервые обратила свое внимание на троицу «спасителей». И вновь повернувшись к Кирке:
— Ты пойдешь со мной. Кирка заметно заколебалась.
— Долго мне тут стоять? Идем! — Я решительно подошла и потянула Кирку за рукав. Ленка попыталась помешать мне, но тут Кирка послушно поддалась моей руке и вылезла из-за Ленкиной спины. Ленка недоуменно остановилась, а Кирка уже покорно и совершенно спокойно потянулась за мной из комнаты.
Мы молча вернулись ко мне, я собралась, и в таком же непрерывном молчании мы вышли из конторы. Я остановила такси, Кирка молча загрузилась вслед за мной. Я тормознула тачку там, где нужно было выйти Кирке, она вылезла из машины и только тут, задержав дверку, наклонившись, тихо сказала:
— Пока…
— Давай! — Махнула я ей и, перехватив дверцу, сама ее захлопнула.
Приехав домой, я долго была под душем, а потом сразу завалилась спать.
Кирка позвонила мне на следующий же день. — Да?
— Это я…
— Я слышу.
Молчание.
— Что ты хочешь?
— Ничего… — через паузу.
— Зачем звонишь? — Терпеливо выясняла я.
— Не знаю…
Теперь паузу выдержала я.
— Приезжай вечером, поговорим.
— На работу?
— Да.
— Я не хочу туда.
— Это почему?
— Не хочу, чтобы меня там видели.
— Ну надо же! Лупить меня по лицу смелости хватило, а теперь вдруг засмущалась?
— Может, ко мне поедем?..
— Я не хочу!
— Тогда давай в шашлычной.
— Кира, мне удобнее у меня на службе, после шести. Не хочешь — не приходи. А я никуда не поеду.
— Хорошо! Я приду. — Поспешила ответить она.
Кирка пришла раньше. Аля с Женькой еще не ушли — они пили чай и трепались. Я еще работала. Кирка несмело поздоровалась с присутствующими и затопталась у порога. Аля с Женькой с преувеличенным дружелюбием ответили на Киркино приветствие, с интересом уставившись на нее, — они были в курсе вчерашней разборки.
— Подожди, я закончу лист. Посиди пока. — Я кивнула ей на стул рядом с собой.
— Может, сходить — что-нибудь купить? — Не смело спросила она, приблизившись ко мне.
— Ну давай.
— А что?
— Да все равно. Есть я не хочу. Пить вот хочется.
— Пива?
— Можно.
Кирка послушно кивнула и спешно смылась из комнаты. Отсутствовала она довольно долго. Аля уже умотала домой, а Женька ушла в свою комнату, когда вновь нарисовалась Кирка и стала выгребать на стол продукты, как Дед Мороз — подарки. Кроме пива, она вытащила из сумки два хот-дога, бананы и кофе. Кофе я обрадовалась — быстро загрузила чайник водой, включила его и, прихватив пиво, направилась в курилку.
— Пойдем покурим.
В курилке мы уселись друг против друга и сна чала молчали. Я тронула челюсть.
— Болит, меж прочим. Боюсь, не сломала ли.
— Ну… сама виновата.
— Что?!
— Я же защищалась.
— Вот как?
— Я испугалась. Ты была в таком состоянии… Неизвестно, что от тебя можно было ожидать…
— И ты решила таким способом привести меня в чувство?!
— Да.
— Мило.
Кирка испуганно уронила взгляд в пол и не отвечала.
— Знаешь, — я прикурила следующую сигарету, — меня впервые ударили по лицу. Я тебя прощу — уже простила, но никогда не забуду этого. Понимаешь, о чем я?
