— Боже, — вздохнул он, чувствуя тяжесть в груди. — Сегодня у них годовщина свадьбы. Ну и подарочек!
Колб сочувственно кивнула.
Гаррет заставил себя продолжать. Серебряный брелок длиной два дюйма в форме рыбы с греческим словом «рыба» на нем.
— Неужели из-за этого серебра можно украсть?
Колб накачивала чай из термоса.
— Если вашего человека убили из какого-нибудь культа, им мог не понравиться христианский символ.
Гаррет поиграл телексом.
— Очень странно. — Может, кто-то убил Моссмана, но придал этому убийству как можно более странный вид, чтобы сбить всех с толку. В телексе также сообщалось, что жена не знала никаких серьезных врагов своего мужа, но это, конечно, нужно проверить. А пока он передал описание драгоценностей для размножения и рассылки по ломбардам и закончил свой отчет.
2
— Достаточно. Бу яо, — сказал Гаррет официантке, которая протянула кофейник к его опустевшей чашке.
Он не был уверен в правильности своего китайского произношения, но, по-видимому, официантка его поняла. Кивнула, улыбнулась и отошла.
Он допил кофе, встал и протянул одну руку за счетом, другую в карман за чаевыми. Он оставил девушке щедрые чаевые: она так старалась преодолеть языковой барьер между ними. У кассы Гаррет заплатил выцветшей старой маленькой женщине, почти скрывавшейся за машиной.
— Замечательно, как всегда, миссис Хуонг.
Она улыбнулась в ответ, наклонила голову.
— Приходите еще, инспектор.
— Можете на это рассчитывать.
Выйдя, он прошел полквартала к Гран Авеню и остановился на тротуаре, окруженный вечерними толпами туристов и ярким калейдоскопом магазинных витрин и неоновых надписей с их китайскими пиктограммами, думая, куда бы пойти, чтобы не возвращаться домой. Может, пора перевернуть камни в районе Винка О'Хара. В это время дня скорее всего маленький паразит высовывает голову из норы. С другой стороны, всего в нескольких кварталах отсюда Гран Авеню пересекается с Коламбус Авеню и Бродвеем в начале ярко освещенного Северного Берега, и где-то там, в одном из баров или клубов, поет рыжеволосая женщина, которая может быть замешана в убийстве. А может и не быть замешана.
Он смотрел вверх по улице, взвешивая шансы. Конечно, поимка Винка должна стоять на первом месте: у того по-прежнему пистолет, из которого был застрелен владелец магазина. Но вечер на Северном Берегу откровенно привлекал Гаррета гораздо больше, чем ужасная нищета района Винка. Там у него есть глаза и уши, а сейчас время нерабочее, следовательно…
Он пошел вверх.
Чайнатаун сменился кварталами сверкающих кричащих вывесок, провозглашающих прелести бесчисленных клубов. По тротуарам сновали зазывалы, окликая прохожих хриплым хором… они манили, льстили, соблазняли, каждый обещал высшие эротические наслаждения в клубе. Проходя в толпе, Гаррет впитывал это все: цвета и звуки, но в то же время был настороже, уклоняясь от внезапных столкновений и пальцев, трогающих его карманы. Он приметил несколько знакомых лиц… и они тут же узнали его и быстро исчезли в толпе.
Он окликнул зазывалу, которого знал по предыдущему случаю.
— Как дела, Сэмми?
— Все в рамках закона, инспектор, — быстро ответил Сэмми. — Друзья, заходите взглянуть на представление! Самые великолепные девушки в Сан-Франциско!
— Есть рыжие, Сэмми?
Сэмми изучал его.
— Конечно. Все, что захотите.
— Очень высокая рыжая, примерно пять десять, с зелеными глазами?
Глаза зазывалы сузились.
— У этой рыжей есть имя? Эй, мистер, — обратился он к проходящей паре. — Вы пришли вовремя. Представление сейчас начнется. Приводите с собой свою леди и развлекитесь вместе. А что вам от нее нужно, Микаэлян?
— Свидание, Сэмми. Что еще? Знаешь кого-нибудь, кто подходит под описание? Она поет в этом районе.
Сэмми рассмеялся.
— Шутите? У нас больше рыжих девиц, чем в магазинах кукол Барби. Приятели, заходите посмотреть представление! У наших девушек округлости в таких местах, где у других совсем нет мест, и они все вам покажут!
— Мне нужны имена, Сэмми, — терпеливо сказал Гаррет.
Сэмми вздохнул, отнюдь не терпеливо.
— Имена. Кто знает их имена? Загляните в «Тупичок», через улицу. Я там видел рыжую певицу. Может, еще в «Пассивиллоу». Не уйдете ли вы теперь? Вы меня сбиваете с ритма.
Улыбаясь, Гаррет направился через улицу в «Тупичок». Да, сказала барменша, у которой он заказал ром и коку, у них есть рыжая певица. Ее выступление после танцовщицы.
Он сидел у бара, расположенного вокруг сцены. Блондинка вытащила на сцену огромную подушку и, почти нагая, принялась изображать на ней эротический оргазм. Посредине своих мучений она увидела, что Гаррет смотрит на нее, улыбаясь, и сказала скучным голосом:
— Привет, милый. Как прошел день?
— К несчастью, почти как у тебя: много часов подряд зря вертелся в воздухе, — ответил он.
На лице блондинки появилась беглая улыбка.
Вскоре вышла певица. Гаррет ушел. Волосы у нее светло-медные, и выглядела она такой старой, что могла бы петь на Варварском берегу.
Гаррет поговорил с зазывалами на улице, записал в блокнот множество имен, но, проверяя их, обнаруживал женщин с другим цветом волос, неподходящего роста и возраста. За два часа он без всякого успеха обошел больше десяти клубов и стоял на тротуаре у последнего, ощущая, как болят ноги. Осмотрелся в поисках вдохновения.
— Привет, бэби. Ты один? — послышался за ним хриплый голос.
Гаррет повернулся. Женщина лет тридцати с тщательно завитыми темными волосами смотрела на него, высоко подняв нарисованные дуги бровей.
— Привет, Бархат, — ответил он. Он задерживал ее, работая в полиции нравов, и знал настоящее имя: Кэтрин Букато, но на улице и с клиентами она всегда была Бархат. — Как твоя дочь?
Бархат улыбнулась.
— Ей скоро двенадцать, и с каждым днем она все красивей. Мама постоянно посылает мне ее снимки. Может, зимой даже съезжу домой и повидаюсь с ней. Ты здесь работаешь или свободен вечером?
— Ищу женщину.
Бархат коснулась рукой бретельки бюстгальтера.
— Чего же тебе еще надо, бэби?
— Мне нужна женщина рыжая, молодая и очень высокая. Выше меня. Она поет где-то здесь. Не знаешь никого похожего?
Глаза Бархат проницательно сузились.
— Вот что я тебе скажу. Ноги болят. Сыграй клиента, которому для храбрости нужно разогреться. Угости меня, посидим немного, и я подумаю.
Гаррет улыбнулся.
— Выбирай, куда хочешь.
Она выбрала ближайший бар, и они нашли места в глубине. Она сделала заказ, сбросила туфли и вытянула ноги. Закрыла глаза.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
