отбойника и был этим доволен. Но вот Вику это не очень нравилось – он, со своим MP-5, чувствовал себя слегка неполноценным – как пистолет-пулемет против армейского карабина.
Разочарованный, Вик разрядил свой ПП и убрал его в рюкзак вместе с запасными магазинами. Надо было найти денег на нормальную винтовку.
Вообще в жизни все шло не особо хорошо. Некогда любимая работа больше не приносила кайфа, да и денег не хватало. Постоянное моральное давление со стороны начальства, родителей и друзей доставало, а тут еще врачи запретили алкоголь употреблять. Обыденное раньше действие – пропустить перед сном стаканчик виски в пабе через дорогу – превратилось в несбыточную мечту. По крайней мере, на ближайшие пару месяцев.
Психотерапевт посоветовал заменить алкоголь антидепрессантами, но они не помогали. Все равно хотелось либо убить кого-то, либо убиться самому. Только выброс эмоций в виде страйкбола и стрельбы в тире хоть как-то помогал.
«Заведи детей, остепенись, женись» – твердили и друзья, и родители. «Давай, твой отдел должен быть лучшим» – говорило начальство, принимая на работу всяких дегенератов, не способных освоить даже калькулятор. Бесспорно, эти люди были хороши в чем-то другом, но Вику от них требовались математические способности. А тут еще и начальник призвал быть толерантнее и давать больше свободного времени в течение рабочего дня – все для самореализации сотрудников. Это, конечно, важно, но… Показатели работы упали, а ведь план остался прежним.
Все это давило на Вика так же, как он давил на спусковой крючок своего МП-5.
Собравшись, Вик вышел из тира и сел в старенький Сааб9000 и поглядел в центральное зеркало заднего вида. Оно послушно отразило серые глаза и открытый лоб над ними. Короткие волосы топорщились на затылке и не хотели лежать смирно.
Отвернувшись, Вик завел машину. Та уверенно загудела, и они покатили домой. Там его ждали телевизор и бургер, а машину – парковка на улице. Все как обычно.
На следующее утро Вик снова погрузился в машину и отправился на работу. Как всегда, в 8 утра он уже сидел за монитором и невидящего в него глядел. Мимо проходили сотрудники, кто-то здоровался, кто-то – нет. Рабочий день начинался.
Он тянулся и тянулся, как холодный мед. Тихо гудела муха где-у окна, раздавался шепот местных сплетниц… День тянулся дальше с перерывом на обед. А потом день закончился. Вздохнув, Вик поднялся. Мимо шли сотрудники, кто-то прощался, кто-то – нет.
Выйдя на улицу, Вик поднял голову, глядя на небо. Очередной день закончен. И по идее сегодня бы пойти в паб, но пить нельзя. В кино ничего хорошего не было. Можно пойти домой и завалиться спать, но потом полночи то что делать?
Щелкнув пальцами, Вик решил поехать в оружейный и прицениться. Винтовку помощнее хотелось, так что надо знать, сколько копить.
В оружейном тоже все было не очень-то радужно. Конечно, можно купить румынский АК-74 по дешевке, но хочется то не только силы, а еще и красоты. Steir – вот мечта Вика, но стоит почти три тысячи. Со своей зарплатой Вик о нем мог только мечтать.
Вздохнув, парень вышел из магазина и сел в машину. Какой-то упырь оставил листовку под дворником, пришлось вылезать и убирать ее. Заведя тачку, Вик покатил домой. Парковочных мест возле подъезда не было, пришлось кружить по кварталу, пока наконец не получилось воткнуть машину в освободившееся место. По пути к подъезду он увидел освободившееся место, удобнее и ближе того, что занял сам. Это лишь усилило его раздражение.
Дома Вик все-таки открыл бутылку виски и налил себе стаканчик. Однообразие дней мог скрасить только алкоголь. Допив, Вик достал свой автомат и разобрал, намереваясь почистить от нагара. Справившись с этим за полчаса, парень грустно поглядел на виски и на часы. До ночи оставалось еще слишком много времени. Включив телевизор, Вик пощелкал пультом и выключил. Время тянулось еще хуже замерзшего меда. Вик выбрал книжку, поглядел на ее обложку, отложил. Выбрал другую. Скучно. Посидел у окна, попялился на небо. Плюнул, оделся и пошел проветриться. Где-то визжала сирена, где-то раздавался громкий смех, переходящий в гогот. Прогулка не принесла облегчения, только усталость. Недовольный и усталый, он вернулся домой и лег спать.
Проворочавшись полночи, он уснул только под утро и не выспался. Хмурый и злой, Вик приполз на работу и хмуро глядел в монитор. Мимо проходили сотрудники, кто-то здоровался, кто-то – нет. День продолжал тянуться, как и предыдущий. И как день до него. И еще до него. Все дни тянулись долго и мучительно. Вик понимал, что просто агонизирует и понемногу умирает тут, в компании всех этих ленивых тварей, которые по недоразумению назывались людьми. Но не имел понятия, как вырваться из этой клетки с незримыми прутьями. Хотелось чего-то бОльшего, волшебного, радостного. А приходило только это.
– Мне надоело тут, – раздалось у Вика над ухом, и он недоуменно поднял голову от монитора.
– Что, Джонни? – спросил он у заявившего это парня.
– Мне тут на-до-е-ло! – ответил тот. – Никакого личного развития, просто сиди и работай, как проклятый!
– Тебе за это деньги платят, – резонно возразил Вик.
– Да в гробу я их видел! – распалялся тот. – Я увольняюсь!
– Ну хорошо, – пожал плечами Вик. – Но отработку в две недели никто не отменял. И давай заявление, подпишу его. Не хочешь работать – не надо.
Вспыхнув, парень отвернулся и быстро ушел к своему столу. Заявление до конца дня он так и не положил.
Рабочий день окончился. Снова мимо шли сотрудники, периодически прощаясь, а периодически проходя молча. Этот недоуволенный громко рыгнул возле стола Вика и быстро выбежал.
«Падаль», – подумалось Вику грустно. Он же не виноват, что деньги просто так никто не дает и ради них приходится работать. И вот с такими людьми приходится работать.
Вику тоже не хотелось просиживать жизнь в офисе, он хотел путешествовать, видеть новые страны, новых людей. Встречать закаты и рассветы, греться у огня, сжимая кружку со свежесваренным костровым глинтвейном, обнимать понимающую его девушку, глядеть на звезды… Но на все это нужны деньги. Которые сначала надо заработать.
Вернувшись домой, Вик обессиленно рухнул на диван и забылся беспокойным сном, в котором стрелял и душил этого недоуволенного.
Проснувшись, Вик очумело закрутил головой. Было два часа ночи, за окном была темнота и тишина. Встав, парень подошел к окну и увидел несколько темных силуэтов на другой стороне улицы. Они о чем-то шептались, а потом вдруг разошлись, как ни в чем не бывало. Пожав плечами, Вик отошел от окна и снова сел
