― Есть такое.
― А это что? ― он кивнул на синяки, а я едва не простонала. ― Только не говори, что это Ивар сделал.
― Да то такое.
― Обижает?
― Нет‐нет, все хорошо.
― Ивар, а что это у тебя за дамочка такая? Новая подружка?
― Матвей, эта девочка не для игр. Я опекун Ассоль, так что даже не думай.
― Понял. Эх, не судьба.
― Знакомься, это бабник Матвей, это женатик Егор.
― Слушай, ты, недоженатик. Твоя девочка до сих пор ходит не окольцованная, потому что ты балбес!
― Ну да, ну да.
― О чем это он?
― Да не слушай, ‐ хмыкнул Миша, в глазах которого тут же появилась грусть.
― Есть у него одна принцесса, подруга моей жены. Михаил никак расположения ее не добьется, ‐ произнес Егор, а я улыбнулась. Ох уж эти мужчины.
― Все по бабам, все по бабам, а я вот никогда не женюсь, ― произнес Матвей и тут же бросил взгляд на Ивара. ― Ивар тоже у нас холостяк. Понимает вкус жизни, как и я.
― Не зарекайся, ― буркнул Якубин, бросив на меня рассерженный взгляд. А я при чем тут? Не нравится, что меня мужчины окружили?
― Ооо, я, кажется, все понял, ‐ хмыкнул Михаил, поднимаясь из кресла, ― нашего старшенького амурчик прострелил. Надо за это выпить.
― Не неси херни, лучше в бар сходи за напитками.
― Сейчас и отметим!
Матвей пулей полетел в дом, а Ивар, бросив на меня недовольный взгляд, вернулся к приготовлению стейков.
― Мы там мяса привезли. Знали, что ты нас не ждешь.
― Еще бы. Вы и так сами без приглашения можете. Несите мясо, сейчас все приготовим.
― У тебя есть еще шампура? Я шашлыком займусь, ты стейками, ― предложил Егор, а Михаил подмигнул мне, давая понять, что все хорошо.
Я сбросила шлепанцы и залезла в кресло с ногами. Все же наблюдать за мужчинами было интересно, несмотря на то, что они вели себя иногда очень странно. Ну по крайне мере один из них точно. Кажется, Ивару не очень нравилось, что Матвей уделяет мне внимание. А я, наоборот, обрадовалась. Должна же я хоть как‐то подраконить Якубина?
Сделав глоток вина, проследила за вернувшимся Матвеем. Кажется, этот мужчина решил за мной приударить? Или это он так просто подмигивает мне. Как Миша?
― Хочешь, коктейль тебе вкусный сделаю?
― Хотите споить меня?
― Ну, не выкай мне, не такой уж я и старый. Помладше твоего опекуна.
Я улыбнулась и снова перевела взгляд на Ивара. Он о чем‐то беседовал с Егором и Михаилом.
― Слушай, ок, на «ты». У меня созрел вопрос. Вот вы все такие взрослые мужчины, считай, пенсия не за горами. Но почему вы все не женаты? Ну, не считая Егора, насколько я поняла.
― Ну, с пенсией ты загнула, конечно. А Егора окрутили недавно.
― Ей можно посочувствовать? ― уточнила я, понимая, что с такими бабниками может быть слишком сложно.
― Ей? Ты шутишь? Я бы Егору посочувствовал. Там та еще оторва. Но, а если серьезно, то он очень счастлив со своей девочкой.
― А что насчет тебя?
― Добрый день, ребята. Ассоль, нам пора делать укол, ― сообщила Вера, остановившись у входа на террасу.
― Здравствуйте. А что за уколы? ― тут же поинтересовался Матвей, на что я закатила глаза.
― Любопытной Варваре на базаре пятак оторвали. Знаешь такое?
― Теперь знаю, ― хмыкнул мужчина, а я, обувшись, пошла к тете Вере.
Спиной ощущала обжигающий взгляд, но обернуться и посмотреть, кому он принадлежит, я не решилась. Это мог быть Матвей, а мне бы хотелось другого взгляда на себе…
― Что, окружили вниманием тебя мужчины?
― Ой, теть Вер, окружили, ― отмахнулась я, поднимаясь в свою комнату.
― Как твое самочувствие? Болит ушиб?
― Немного. Стараюсь не обращать внимания.
Вера, больше не задавая никаких вопросов, сделала мне укол. Скажу так, не из самых приятных ощущений, и даже наоборот, после себя еще оставлял некий дискомфорт. Но ненадолго. И уже через пять минут я смогла подняться с кровати.
― Только алкоголя много не пей. Все же уколы. Ты чего‐нибудь слабенького принимай.
― Хорошо, теть Вер. Да я и не любитель напиваться. Кстати, вы к нам присоединитесь? Мужчины мясо готовят.
― Нет, милая, я не буду с вами сидеть. Это хозяйские посиделки. А мы и с Татьяной и сами можем на кухне поужинать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
― Ну не знаю, были бы у меня такие помощники, они бы ели за моим столом.
― Спасибо, моя хорошая. Но в том, что мы едим отдельно, нет ничего страшного. Так и должно быть, мы ведь на работе.
― Ладно, я все равно принесу вам вкусненького.
― Беги уже, а то Ивар нервничать начнет. Ты уж сильно не дразни его. Знаешь, как заметно, что он нервничает.
Я остановилась у двери и, нахмурившись, посмотрела на тетю Веру непонимающим взглядом.
― Что вы имеете в виду?
― Да ревнует он тебя, девочка. Ты разве еще не поняла, что Ивар сохнет по тебе?
― Ой, да ну вас, теть Вер. Тоже как придумаете. Все, спасибульки, я пойду подышу дымком.
Спускаясь по лестнице, я думала о словах Веры. Неужели она и вправду считает, что Ивар мог влюбиться в меня? Да нужна я ему, как собаке пятая лапа. Да у Якубина баб больше, чем у меня волос на голове. И те куда ярче и красивее, нежели я. Да и опытнее будут, тем более в постели. А я что, молодая девчонка, которая мечтает о нормальном парне без заскоков. Да ну, бред все это. Тете Вере просто показалось.
― Ой, Ассоль, возьми, пожалуйста, тарелки с ножами и вилками.
― Ага, иду.
Я забрала у Татьяны поднос с посудой и пошла на улицу. А там уже вовсю пахло жареным мясом.
― Матвей, я тебе все сказал. Даже не смей думать об Ассоль в сексуальном плане. Свои маньяческие наклонности оставь для шлюх.
― Ты влюбился, Ивар. Я не верю своим глазам.
― Да ладно, Матвей, прекращай. И тебя такая карма настигнет, ― хмыкнул Михаил и в этот же момент обернулся ко входу.
Все сразу же обратили внимание на меня. Вот же черт! Спалилась!
― Тарелки, ― произнесла я, поставив поднос на стол.
― Ассоль, ты забыла, что у тебя треснуто ребро и тебе нельзя носить ничего тяжелого? ― прорычал Ивар, обдав меня гневным взглядом.
― Ребро треснуто? Нихрена себе у вас брачные игры, ― хмыкнул Матвей, продолжая нанизывать на шампур сосиски.
― Еще одно слово, друг…
― Ладно‐ладно, молчу.
Я покачала головой и, решив не обращать на них внимания, снова присела в кресло. Бросила взгляд на бокал и мысленно улыбнулась. А вот и повод появился.
― Кажется, кто‐то обещал мне коктейль.
Матвея ветром сдуло. Он забыл и про сосиски, и про угрозы Ивара. Рванул на кухню готовить для меня напиток. Боже, какие же мужчины все‐таки странные. На все готовы, только бы угодить понравившейся девушке. Хм… а может, Матвей таким способом тоже решил позлить Ивара?
― Мужики, напомните, чтобы я вырубил этого засранца, как только он вернется.
― Может, не надо? ― как‐то с подозрением уточнил Егор, кажется, понимая, что его друг действительно может получить по лицу.
― Да нет, эта кирпичная морда так и просит кулака. Я ему организую подарок.
Наблюдать за мужчинами оказалось то еще удовольствие. Особенно мое внимание часто привлекал Ивар. Нет, он старался не смотреть в мою сторону и практически не разговаривать со мной. Но я‐то себе в этом не могла отказать. Мне безумно нравились его руки, умело нарезающие мясо, переворачивающие шампура с сосисками и разливающие по большим кружкам пиво. Почему‐то раньше я не замечала всех мелких деталей. Ивар всегда являлся для меня другом, опекуном, человеком, который не бросил в трудную минуту. Но вот чтобы я вот так откровенно пялилась на него, такого точно не случалось.
Матвей принес мне бокал с коктейлем и, подмигнув, вернулся к друзьям. В этот момент я посмотрела на Ивара и совсем неожиданно поймала его взгляд на себе. Он был зол. Я ощущала это. И кожу прожигал своими глазами так, что мне захотелось спрятаться. Кажется, словно он видит, как я начинаю стесняться и мои глаза бегают из стороны в сторону в надежде за что‐то уцепиться. И я таки это нашла. Черешня, на которой уже созревали ягоды. Отчего‐то они мне показались уж очень сладкими и сочными, и я, не сдержавшись, поднялась из кресла и прошла к дереву. Да‐да, все под тот же гневный, но дико любопытный взгляд.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
