это кто? — обратилась к стоящей рядом завучу осипшим от волнения голосом.
— Кто? А, это? Да вроде наш новый главный спонсор. Вы ж знаете, Злата Павловна, как наша директор Ольга Петровна мастак находить этих распальцованных бизнесменов, чтобы они что-то делали путное для школы. Ее за это в отделе образования и любят. Этот вроде собрался за лето организовать на базе нашей школы какой-то навороченный лингвистический центр с иностранными обменами, лингафонными классами и прочими примочками.
— А почему наша школа? У него здесь учится ребенок? — в голове роем кружилось сто тысяч мыслей. Покачнулась от стресса, когда внезапно наши с ним глаза пересеклись, а на его лице проступила чуть заметная ехидно-многозначительная улыбка. Дементьев не был удивлен. Значит, он уже знал, что я здесь работаю…
Тут же отогнала подспудно подступившую мысль. Злат, очнись. Много на себя берешь. Тебе ж сказано— меценат. Кто ты такая, чтоб ради тебя в школах лингвистические центры устраивали… Вдох — выдох. Попыталась успокоиться, хотя бы немного взять себя в руки. Нужно прекращать с этой паранойей и как можно скорее слинять отсюда. Сразу, как только мероприятие закончится. Терпеть унижение нашей очередной встречи я не хотела. И без него тошно.
Собственно, подсчетом даже не минут, а секунд до окончания праздника я и была занята все оставшееся время. Старалась не смотреть на трибуну, уйдя глубоко-глубоко в свои мысли. А думать, как всегда, было о чем. Накануне у нас, наконец, состоялся наиотвратительнейший разговор с Андреем. Тот каким-то образом прознал, что мы пару раз созванивались с его матерью и разговаривали с Арсением.
— Ты у меня за спиной играть надумала, коза?! На жалость давишь?! Да я так сделаю, что сын про тебя забыть забудет!
— Зачем ты так, Андрей?! — попыталась я хоть как-то перевести разговор в нормальное русло, — я его мать! Ты не имеешь права лишать сына общения со мной! У нас даже суда еще не было! Это противозаконно!
— А ты пойди и докажи, что противозаконно! — злорадно парировал он, — посмотрим, что у тебя получится. Кто тебя послушает вообще!
— Андрей, ну тебе же не нужен Сеня! Ты его матери своей сразу сбагрил, как только меня выставил за дверь! Ну это же издевательство!
— Он там, где ему нужно быть! Где его вкусно накормят и нормально оденут! А ты что ему дашь? Я тебе свою позицию уже озвучил. Надумала валить, вали— это твое решение, Злата. Только голой жопой по асфальту, дорогая! На большее не заработала ни мозгами, ни постелью! — подло хмыкнул.
— Андрееей, — раздалось на заднем плане противное мычание его мочалки. Той, которая, видимо, как раз «заработала».
— Иду, зай, — ответил ей совсем другим тоном. «Зай»… Меня он так тоже называл.
— Короче, чтоб больше без фокусов, понятно?! Никаких звонков моей матери, чтоб не вздумала давить на жалость! О другом лучше думай…
Он не стал уточнять, о чем именно, да я и сама понимала. Андрей хотел меня сломить. Не знаю, нужно ли ему было, чтобы я вернулась, хотел ли он сохранить подобие нашей семьи, но вот моего унижения, раздавленности, валяния у него в ногах он хотел точно…
От мрачных воспоминаний оторвал знакомый властный тембр голоса.
Дементьев говорил в микрофон. Посмотрела и невольно поперхнулась от волнения. Как же он умел держаться, как контролировал всё и вся вокруг. Настолько, что даже наши неугомонные школьники, уставшие от скучного церемониала, застыли. Что уж говорить про старшеклассниц, между рядами которых сейчас ветерком пробегал возбужденный шепоток.
— Наш проект— это не просто скромное решение для муниципальной школы. Это современные, соответствующие международным стандартам технологии, которые позволят нашим школьникам выходить на международный уровень получения знаний. Это не только продвинутый уровень языка, это свободный доступ ко всем библиотекам ведущих университетов, отсутствие языкового барьера, а главное- опция поступить не только в отечественные вузы. Хотя… Мое личное мнение- лучше и комплекснее нашего образования в мире нет, — он улыбнулся и посмотрел на меня, или мне показалось? — может быть, над произношением можно было и поработать, зато с моралью всё в полном порядке…
Почувствовала, как румянец прилил к щекам. Иносказательно и завуалированно он адресовывал подковырку мне… Ну, это уже, конечно, точно провокация… Сомнений в том, что Дементьев оказался здесь неслучайно, теперь не было. Бежать, бежать… Вот единственная мысль, пульсирующая в голове.
Воплотить ее в реальность я и попыталась, как только высокий выпускник пронес на плече красивую первоклашку с двумя пышными бантами, звонко звенящую в колокольчик.
— Злата Павловна, может быть поедете с нами в парк? Мы с ребятами хотим там погулять, отпраздновать, — обратилась ко мне Верочка, одна из самых любимых моих учениц.
— Нет, Вер, спасибо большое! У меня дела! Повеселитесь от души, заслужили!
— Ну правда, Злата Павловна, — вторила ей теперь ее мама, — несколько родителей тоже будут, отдельно посидим, поболтаем, — улыбнулась мне, намекая на уже «недетские посиделки».
— Нет, я…
— У Златы Павловна сейчас важная встреча, — услышала рядом знакомый мужской голос и дернулась.
— Здравствуйте, — размашисто-деловитой походкой к нам подошел Игорь, — пройдемте, пожалуйста. Вы уже опаздываете…
Конечно, я бы могла проигнорировать слова помощника Дементьева, сопротивляться, артачиться, но не хотелось делать это при учениках и их родителях. Что они обо мне подумают. Не хватало еще публичных сцен. Только поэтому на негнущихся ногах, никак не комментируя происходящее, последовала за ним.
Как только мы обогнули здание школы, выйдя на парковку, я резко остановилась.
— Никуда я с Вами не пойду, — твердо сказала и развернулась на каблуках, но тут послышался визг тормозов — и буквально перед моим носом, едва его не задев, резко затормозил огромный железный крокодил.
Тут же открылась дверь пассажирского сидения. Ожидаемо там показалась довольная физиономия Дементьева. Криво усмехается. А глаза всё такие же- обмораживающе холодные.
— Садись, Злата Павловна, ты задолжала мне обед в ресторане.
— Не сяду, — попятилась назад, чувствуя в горле растущий ком из смеси страха и возмущения. Что этому большому человеку нужно от меня, невзрачной маленькой училки с кучей проблем?
— Садись. Про сына твоего потолкуем.
Мое сердце похолодело. Вот это уже вообще не смешно. Что он знал о сыне? Что имел ввиду?
Глава 8
— Что ты выбрала, Злата Павловна? — его обращение ко мне по имени — отчеству, но таким фамильярным тоном и на «ты» — это тоже такой способ изощренного издевательства?
С тех пор, как мы зашли в этот до невозможности пафосный ресторан, официанты вились вокруг нас, как мухи вокруг спелого арбуза. Их жужжание и услужливость раздражали.
— Я не
