неправильно засеивали посевные площади, там, где должны были расти продовольственные культуры посадили хлопок. Скот оставался без корма, росло недовольство. 48 Все это делалось с умыслом настроить население против советской власти.
Еще один член блока право-троцкистов Михаил Чернов, который в 1930-1932 гг. был зам. наркома снабжения СССР, после занимал должность зам. председателя Комитета заготовок при СНК СССР свидетельствовал, что велась широкая подрывная работа в сельском хозяйстве, крестьянство поднимали против советской власти, все это делалось изощренными способами:
«Мною были проведены следующие диверсионные акты. Для того, чтобы добиться падежа скота в Восточной Сибири, я предложил начальнику Ветеринарного управления Гинзбургу, участнику организации правых, а через него начальнику Ветеринарного снабжения, также участнику организации правых, не завозить противоязвенные биопрепараты в Восточную Сибирь, зная о том, что в Восточной Сибири очень опасно по части сибирской язвы. Препараты эти туда завезены не были. Подготовка эта велась в 1935 году, и когда весной 1936 года там вспыхнула сибирская язва, то оказалось, что действительно препараты туда завезены не были, и тем самым было погублено – я точно не могу сказать,– во всяком случае, больше 25.000 лошадей.
Второе. Я поручил Гинзбургу и заведующему бактериологическим отделом Бояршинову произвести искусственное заражение в Ленинградской области свиней рожей, а в Воронежской и Азово-Черноморском крае – чумой. Выбрал я эти две бактерии потому, что прививка эта производится свиньям не убитыми микробами, а живыми, только ослабленными. Поэтому технически организовать искусственное заражение было довольно просто. Во-вторых, потому что по этим двум болезням существует правильный порядок, при котором в случае заболевания чумой в той или иной местности подлежит поголовной прививке все находящееся в этой местности поголовье свиней. Это давало возможность сразу придать массовый характер этому заболеванию.»49
Этих фактов очень много, но их в упор не видят профессора современных голодоморных наук, которые спекулятивно и ложно обвиняют коллективизацию и хлебозаготовки в появлении голода. Все было совсем наоборот, саботаж хлебозаготовок и коллективизации были основными причинами голода.
Право-троцкистский блок устраивая саботаж коллективизации стремился как минимум нанести непоправимый ущерб делу, заставить Сталина остановить проводимую им политику укрепления сельского хозяйства и вернутся к НЭП. Поначалу их усилия могли вполне увенчаться успехом, Сталин уже на второй год коллективизации сделал тактическое отступление, обозначив это в статье «Головокружение от успехов». Политика коллективизации была частично приостановлена, но Сталин сдаваться не собирался и вскоре продолжил начатую им политику. Тогда право-троцкистские элементы решили пойти на саботаж хлебозаготовок, чтобы устроить голод, заставить Сталина остановить запущенные им процессы. Сталин не поддался этому давлению и довел дело до конца.
Вредительство на транспорте, промышленности и финансах
Право-троцкистский блок отдавал много директив о подрыве транспорта и промышленности СССР, чтобы замедлить экономический рост и подорвать возможность страны защищать себя. Процессы над вредителями велись с конца 1920-х, но лишь много лет спустя стали очевидны все масштабы этих преступных действий. Делалось все это типичными методами – неправильным планированием, сознательным допущением дефектов в производственные линии, поощрение брака и обычным затягиванием сроков выполнения работ. Директивы отдавали лидеры правых и находившийся за границей Троцкий, одну из ключевых позиций в правительственном аппарате занимал его сторонник Георгий Пятаков.
В 1931 году Пятаков вместе с группой работников тяжелой промышленности приехал в Берлин, после чего один из работников миссии троцкист Н. Смирнов установил контакт с проживавшим там сыном Троцкого Львом Седовым, который просит организовать с ним встречу. Пятаков согласился, во время последующей встречи Седов сказал, что от имени отца, застрявшего в Турции. Он потребовал от троцкистов единства, проведения вредительской политики на производстве и потребовал насильственного устранения Сталина. Пятаков сначала сомневался, но все же согласился вредить, как и Н. Смирнов. У них были широкие возможности для такой деятельности, были переданы директивы троцкистам внутри СССР. 50 Троцкий открыто в письме Пятакову заявлял, что вредительство должно привести к провалу сталинской индустриализации и, следовательно, к фиаско внутренней политики Сталина. 51
По методам вредительства от Пятакова потребовали любых действий, в том числе размещать советские заказы на покупку промышленного оборудования в фирмах "Демаг" и "Борзиг", с которыми Троцкий имел тесные связи. Они получали деньги и часто не выполняли свои обязательства. Деньги из бюджета СССР уходили к Троцкому и его сторонникам.
Один из подчиненных Пятакова троцкист А. Шестов развернул вредительскую работу на тресте "Кузбассуголь", с ним в преступлении участвовали еще несколько троцкистов данного предприятия. Указания вредить им давали и германские агенты, не меньше Троцкого заинтересованные в ослаблении СССР. Среди методов были взрывы на рабочих площадках. 52
Вредительская группа работала на заводе "Уралзолото" в городе Березовский, где 15 человек разрушали работу предприятия, почти все они были ранее исключены из партии за троцкизм. Один из них ломал электромеханическое оборудование шахт, другой ломал работавшие там моторы. Кроме этого они готовились к вооруженному восстанию, сформировав готовую к этому группу. 53
На Украине соратник Пятакова Логинов, исключенный из партии за троцкизм сумел получить должность главы треста "Кокс", где вел вредительскую деятельность. Он свидетельствовал про указания Пятакова и их исполнение:
«Он указал, что основное внимание должно было быть уделено химической части коксо-химической промышленности, ибо она имеет оборонное значение. Поэтому Пятаков сказал, что химию надо сорвать всеми путями. Мы встали на путь задержки строительства и пуска новых цехов химической промышленности. Вместе с управляющим трестом “Коксохиммонтаж” Яновским мы построили работу по новому строительству таким путем, что химические цеха вступали в эксплуатацию на год, на два года позже коксовых печей. Это было нами сделано в отношении Мариупольского завода. На том же заводе были пущены коксовые печи без единого обслуживающего цеха, т.е. без угольного склада, без которого совершенно невозможно давать доброкачественный кокс, без подсобных мастерских, химических лабораторий и т. д.
Система вредительских мероприятий была осуществлена на Ново-Енакиевском коксо-химическом заводе и на Криворожском заводе. Были еще аналогичные акты по Горловскому заводу. Задержано было строительство мойки на строительстве Старо-Енакиевской углеобогатительной фабрики.»54 Так было много где, в Западной Сибири, на Урале и т.д. Пользуясь наличием троцкистских кадров на производстве и им сочувствующих эта преступная деятельность процветала.
Шло вредительство в транспортной отрасли, особенно остро это проявлялось на путях железнодорожного сообщения. Банды троцкистов возглавлял чиновник наркомата путей сообщения Яков Лившиц, он был одновременно руководителем северо-Кавказской, Московско-Курской и Южной железных дорог. Вредительство шло самым циничным способом: преступники снимали пригодные рельсы и меняли их на бракованные или не подходящие для железнодорожной ветки. Вредительство приводило к высокому уровню аварийности на путях. Другие способы подрыва функциональности путей: занижение их реальных возможностей, срывы сроков строительства жд объектов. 55
Лившиц, ставший в 1935 г. зам. наркома путей сообщения СССР, отчитывавшийся перед
