этом на светском приеме в НКИД. Следом ему предложили встретиться с главой генштаба Польши Стахевичем и это было сделано в 1934 году. Егоров под предлогом лечения поехал в чешский Карлсбад и там состоялась их встреча. Лукасевич пообещал поддержку правым, Егоров обещал, что будет передавать военные планы РККА полякам. Кроме того, Егоров допускал передачу Польше части территории СССР. 25
Егоров сделал многое, чтобы очистить штаб РККА от честных людей, которые защищали бы свою страну вне зависимости от своего отношения к власти. Его заместителями стали комкоры Левичев и Меженинов, таскавшие иностранным разведслужбам внутренние документы РККА. 26
В военно-политическом заговоре принимали участие большинство высших командиров РККА, все посты в центральном аппарате и в округах были заняты предателями. Среди них был Павел Дыбенко, который еще в дореволюционные времена был провокатором царской охранки, а с 1918 года был завербован германской разведкой находясь в Симферополе. Его арестовали и поставили перед фактом того, что немцы знали о его работе провокатором и он согласился служить интересам Германии. Вербовку произвел немецкий офицер по фамилии Крейцен, Белорв дал подписку и вернулся в Россию. 27 До 1921 года немцы не связывались с Дыбенко, но в 1921 году они потребовали от него сведения о положении Кронштадта и он им их передал. После этого он снова потерял связь с немцами и восстановил ее лишь в 1926 году, после чего снабжал разведку Германии ценными сведениями о состоянии армии и вооружениях.28
Примерно в то же время начала создаваться военная организация, пока без идеологии, но с недовольными военными. С конца 1920-х Дыбенко вошел в состав группы правых, потом сблизившись одновременно с группой Тухачевского и с начальником штаба РККА Егоровым, которые конфликтовали друг с другом. К ним примкнул начальник главупра РККА и потом командующий войсками Сибирского военного округа Михаил Левандовский. Уже в 1929 году Егоров категорично осудил начатую Сталиным коллективизацию и его сообщники были с ним солидарны.29Дыбенко был очень ценным источником информации, он сливал немцам все, что знал о заговоре правых.
Кроме работы на немцев, в 1922 году Дыбенко вступил в контакт с гражданином США Холленом, согласившись выдавать им служебную информацию. Холлен предложил Дыбенко в качестве платы за информацию продукты и ценные вещи. В штатах жила сестра Дыбенко и поэтому данная встреча не кажется случайной. Дыбенко выложил американцу информацию о состоянии комсостава РККА, промышленности Украины и давал политические обзоры о положении дел в целом. 30 Дыбеко в ходе своей работы в трех округах завербовал более 40 человек. 31
В заговорщическую группу с Дыбенко входил Иван Белов, в тот период командующий войсками Северо-Кавказского военного округа. Конспиратор, хитрый и осторожный который неохотно шел на контакт с другими, поэтому об его участии в деле известно не очень много. 32
К середине 1930-х заговорщики в РККА контролировали почти все важные должности, в центральном аппарате и в округах. Они втянули в свои ряды многие руководителей и командующих авиацией, ВМФ, отделах разработки и принятия вооружений, отделах снабжения и т.д.
В военной разведке
Военная разведка имела исключительно важное значение, возглавлял ее с 1924 года Ян Карлович Берзин, он был начальником 4-го управления штаба РККА или разведупра. В пост-сталинские времена из него сделали героя, еще одну икону гения разведки, это совсем необъективный взгляд. С одной стороны, Берзин немало сделал для развития советской военной разведки, но это не значит, что он не был предателем. Люди часто не понимают, что умные вредители сделают несколько полезных вещей, так чтобы об этом знали все и много навредят, и об этом никто не узнает.
Сталин сам говорил об этом так:
«Необходимо разбить и отбросить прочь другую гнилую теорию, говорящую о том, что не может быть будто бы вредителем тот, кто не всегда вредит и кто хоть иногда показывает успехи в своей работе. Эта странная теория изобличает наивность ее авторов. Ни один вредитель не будет все время вредить, если он не хочет быть разоблаченным в самый короткий срок. Наоборот, настоящий вредитель должен время от времени показывать успехи в своей работе, ибо это – единственное средство сохраниться ему как вредителю, втереться в доверие и продолжать свою вредительскую работу. Я думаю, что вопрос этот ясен и не нуждается в дальнейших разъяснениях.»33
Успехом Берзина было создание шпионской сети, однако эта сеть слишком часто терпела странные провалы, во Франции, Финляндии, Швеции, Австрии, Латвии, Америке, Румынии, Эстонии и т.д. Все провалы объяснялись лишь одним – предательством, это стало очевидно при разборе в 1934 г., но чисток тогда не последовало. 34 Текло изо всех щелей, шпионами были почти все руководители разведупра: заместитель начальника комдив А. Никонов, его подчиненные, руководитель 3-го отдела О. Стигга, глава информационного сектора А. Иодловский начальник спецотдела КУКС Иван Захаров и многие другие. Но судя по всему самым главным предателем был сам Ян Берзин.
В ВПК(б)
Заговорщики и шпионы в системе ВКП (б) представляли наибольшую опасность для Сталина и его курса. Они к середине 1930-х успели захватить почти все регионы страны и часть постов в центральном партийно-государственном аппарате. Они либо идейно были правыми, либо разочаровались в Сталине походу проведения коллективизации. Были и третьи, совсем уж беспринципные типы, готовые легко продаться самим и продать родину.
В Политбюро входили украинские лидеры Станислав Косиор и Влас Чубарь, первый был правым, лидером польской националистической организации, второй был еще и немецким шпионом. Они ставили задачу отколоть Украину от СССР. В соседней Белоруссии властью были члены группы правых: секретарь ЦК КП БССР Константин Гей, затем Николай Гикало и председатель совнаркома Николай Гололед. Руководители областей УССР и БССР также входили в состав заговора.
Такое же положение было в среднеазиатских республиках, где власть была в руках правых: Таджикская ССР (С. Шадунц), Туркменская ССР (Я. Попок, К. Атабаев), Узбекская ССР (А. Икрамов, Ф. Ходжаев). Особенностью этих республиканских групп был упор на национализм, их лидеры были близки к националистам еще с начала 1920-х годов, уже тогда они ориентировались на поддержку Англии. Например в Узбекской ССР целью заговорщиков было создание Бухарской народной республики буржуазного толка с возможностью получения протектората Англии.
Лидеры Узбеской СССР сформировали две национальные группы, у председателя совнаркома Ходжаева была бухарская сепаратистская группа, у главы ЦК КП УССР Икрамова была своя группа "Милли Истиклял" ("Национальная независимость"). 35 Для сепаратизации республики они формировали свои кадры, препятствовали экономическим связям с другими регионами. С 1930 года националисты вступили в сговор с блоком правых, Ходжаев позже передавал так слова Рыкова:
«Мы боремся с руководством партии, с целью захвата власти, с целью захвата правительства в
