Боже, подумала она и стала мелкими шажками переходить в противоположную сторону, чтобы скрыться за спинами других девушек. Почти удалось.
Но в это время отворилась дверь зала. На верхней площадке лестницы появился король и быстро сбежал по лестнице.
Это было странно завораживающее зрелище. Родхар напомнил ей ветер. Рослый, сильный, широкоплечий мужчина быстро и ловко двигался. Мара вдруг почувствовала, что не может тронуться с места, застыла, глядя на него.
А он ступил с последней ступени на пол и безошибочно нашел взглядом ее.
***
В следующий миг король уже смотрел в другую сторону и уверенно шел вперед. Стремительный, недоступный. Ее как будто обдало волной его силы, но эта волна уже пронеслась, и Мара вдруг почувствовала себя выброшенной на песок.
Она тут же одернула себя и пожала плечами, глупо было принимать это на свой счет.
Остальные участницы отбора немедленно потянулись за королем и уже окружили его, щебеча что-то восторженное. Мара, конечно же, присоединилась ко всем. Но вперед лезть не стала, короля обступили, и ей пришлось бы протискиваться и работать локтями, а этого не хотелось делать. К тому же непонятное чувство никуда не ушло.
Потому она осталась стоять с краю толпы девушек, жаждущих королевского внимания, и стала незаметно оглядываться. И тут же столкнулась взглядом с матрес Фоурм. Та уже не сидела на приступочке, но это и понятно, сидеть в присутствии короля допускается только за столом или кому он позволит сам. Странно было другое – смотрительница выглядела нервной и буквально прожигала ее пристальным взглядом.
Мара невольно поежилась. С чего бы, спрашивается, такое внимание к ее скромной особе? Или она делает нечто противоречащее правилам приличия? Стоило об этом подумать, сразу вспомнились ее утренние похождения в саду. Знала бы матрес, что она сняла туфли в беседке и в таком виде попалась на глаза королю…
Она отвела взгляд и стала смотреть в другую сторону. Но там был этот престарелый барон, кажется, Малгит. Увидел, что она на него смотрит, и изменился в лице. Заулыбался, шагнул ближе. Пусть это было сто раз невежливо с ее стороны, Мара немедленно отвернулась.
А вокруг его величества тем временем образовался плотный кружок. Разумеется, тут были фаворитки отбора, принцесса Амелия и леди Истелинда, а также другие девицы, имевшие возможность похвастаться знатностью и богатством. Но сейчас к этой группке присоединились и мужчины придворные. И Мара стала прислушиваться к разговору.
А оттуда доносились голоса и басовитый и звонкий мужской смех. Король даже смеялся по-особенному. Или ей это казалось? Между тем один из богато одетых придворных проговорил:
– Сир, во времена вашего батюшки отбор проходил намного веселее. Устраивались состязания, охоты и балы.
Уверенный тон, едва обозначенный поклон и легкий смешок. Все говорило о том, что этот крепкий мужчина лет пятидесяти пользовался особым расположением его величества.
– Ах, батюшка!.. – хихикнула Истелинда.
На нее неодобрительно покосилась принцесса Амелия, а Мара поняла, что это и есть главный королевский ловчий.
– Да что ты, Белмар? Не боишься объявлять вслух, насколько ты древний? – жестковато пошутил король.
– Нет, ваше величество, – поклонился тот, – Потому что в те времена я был мальчишкой-пажом. Но я в любом случае готов пожертвовать собой, лишь бы у девушек была возможность показать свои таланты.
Король засмеялся, откинув голову.
– Таланты, говоришь? Что ж, будет им и охота, и балы!
И направился к своему креслу. Сел в него и оглядел всех. На секунду, ровно на один миг, его взгляд, острый, как укол клинка, остановился на Маре. Или это ей показалось. Может быть.
Потому что он уже повернулся к принцессе Амелии и с любезной улыбкой пригласил ее сесть рядом. И тут же заговорил с главным ловчим о том, что хорошо бы устроить охоту прямо завтра.
– Раз уж девушки жаждут показать во всей красе свои таланты.
А вот эту фразу Родхар произнес, глядя на Истелинду. Та немедленно заулыбалась и горделиво повела плечом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Ну вот, вроде бы и все? Интересы короля обозначены предельно четко. Впрочем, она ведь знала с самого начала. Теперь главное – продержаться до конца отбора, получить свое вознаграждение и…
Мара уже представляла, как будет заниматься починкой крыши, как вдруг услышала резкий королевский окрик:
– Малгит! Что ты там прячешься под лестницей? Подойди сюда, барон!
Она сжалась от неожиданности и похолодела.
– О, нет, сир, я не прячусь, – проскрипел барон, оглядываясь на проем под лестницей.
– Вот и хорошо, – с нажимом проговорил Родхар. – Иди сюда и повтори, что ты утром рассказывал про подати.
Барон подошел, начал что-то лепетать. Король слушал его, но смотрел при этом на нее, а его тяжелый взгляд ощущался кожей. Все это выглядело так странно, но не продлилось долго.
Мажордом доложил, что ужин готов.
***
В этот раз за ужином должны были присутствовать лорды. Это делало обстановку более раскованной и одновременно более напряженной. Мужские разговоры, смех, хищный блеск глаз – все вместе действовало на нервы.
Мара уже сто раз сказала себе, что Гизел была права и к лордам надо присмотреться, а за столом это будет сделать удобнее. Но, убей Бог, ей хотелось закрыть глаза. Еще матрес Фоурм все время зыркала в ее сторону, что тоже не добавляло уверенности и спокойствия.
Когда вошли в большой зал, стало ясно, что здесь произошли изменения. Места за столом для участниц распределялись не совсем так, как вчера. Появилось больше приборов, Мара сразу поняла, что это для лордов. Но если за каждой участницей место было закреплено, то остальные места оставались свободные.
Но вот смотрительница произнесла:
– Прошу к столу. Занимайте свои места и не задерживайте его величество.
По заведенному при дворе Айслингов протоколу отбора, сначала за стол садились дамы, потом занимал свое место король. И только после этого предлагалось сесть лордам.
Девушки расселись быстро. Сразу вслед за этим прошествовал к своему креслу король. Рядом с ним, естественно, сидели фаворитки отбора, а Мара заняла свое место в дальнем конце стола. Ей почти ничего не было видно за головами, но так даже лучше, привычнее и надежнее.
Оставалось только дождаться, когда рассядутся лорды и начнут подавать ужин. Она уже приготовилась поесть относительно спокойно, потому что от всей этой нервной обстановки у нее живот подвело. И тут увидела, что прямо против нее садится барон Малгит.
Честно? Стоило увидеть его улыбку, у нее возникло такое чувство, как будто она в ловушке. Кулаки сжались, она опустила голову и спрятала руки под стол.
– Что ты там делаешь, Малгит?
Прозвучало резко и неожиданно.
– Я… сир? – забормотал тот.
Все разом замерли и подались назад. Теперь короля было хорошо видно, и почему-то стало тревожно.
– Иди сюда, поближе, барон! А то я тебя оттуда плохо вижу, – насмешливо проговорил Родхар, опершись локтем о стол.
– Да, да, сир… Я сейчас. Благодарю!
Барон засуетился, ища место поближе, а Мара выдохнула с облегчением.
А в зале появились слуги, стали разносить еду. Мужчины занялись разговорами о предстоящей охоте. Она немного расслабилась и наконец смогла поесть с аппетитом. Можно было считать, что ужин прошел хорошо. Но когда они поднялись из-за стола, король вдруг громко проговорил:
– Матрес Фоурм! Проследите, чтобы все участницы были готовы к началу охоты.
И Мара невольно напряглась. Потому что обращался он к смотрительнице, а смотрел при этом на нее. Это был быстрый взгляд и какой-то… Слишком острый.
***
Потом матрес Фоурм вела их обратно в крыло претенденток и все время вздыхала так тяжело, что одна из девушек не выдержала, спросила, не плохо ли ей. Смотрительница разом вызверилась на всех, и дальше они двигались молча.
