Да и вообще! Я же не собирался в бучу лезть, не разобравшись. Просто расстояние для «небесного взора» было запредельным. Нужно было поближе подобраться.
В трех ли я остановил коня и прямо из седла «выстрелил» свой дух в небо. Рванул к паромной переправе, не обнаруживая пока никакого неприятеля. Только форменный бедлам. Одни солдаты бежали в центр лагеря, другие — из центра. Младшие командиры пытались все это безумие как-то упорядочить, но получалось так себе. Бойцы, делавшие ноги, что-то яростно им объясняли, тыкая рукой назад. Типа — там капец, командир, мы все обречены!
«Неужто опять Заклинатели? — подумал я, пикируя к сердцу лагеря, которым, согласно уставу, являлась площадка для построений. — Только от них мои воины так увлеченно драпали».
На плацу обнаружилась следующая картина. Несколько квадратов пехоты стояли в построении «еж», ощетинившись во все стороны. Но не просто стояли, а увлеченно тыкали копьями и алебардами в воздух перед собой, словно сдерживали напор врага. И, что характерно, порой даже получали из этого воздуха ответки. Мертвых я не увидел, а вот множество раненых, которых товарищи сразу же старались затащить в глубь строя, да.
«Точно — призраки! — чувствуя в душе поднимающуюся волну ярости, подумал я. — Ох, как же я вас, тварей, ненавижу!»
Не призраков, конечно, Заклинателей и Призывателей. Всех тех неправильных колдунов, появившихся в стройной системе китайской магии после восстания Желтых повязок. Ритуалистов, не брезговавших человеческими жертвоприношениями, результат камланий которых всегда стоил мне больших потерь.
Но главное — никаких войск противника, незаметно просочившихся на территорию охраняемого лагеря, я не увидел. Зря, значит, гнал на парней, не забыли они устава гарнизонно-караульной службы. Колдун — одиночка. Ну, может, небольшая группа Призывателей, которая прячется где-то неподалеку. Правда, урона он или они нанесли уже как лихая конная атака на спящий лагерь!
И, похоже, не собирались останавливаться. Невидимки (духи они или нет — не знаю), потихоньку заставляли моих бойцов двигаться друг к другу. Уж не знаю, кого видели солдаты, однако тыкали копьями они весьма энергично. Что не оставляло ни капли сомнений в том, что, сблизившись, они начнут бить уже своих братьев.
Быстрое возвращение в тело привело к тому, что голова слегка закружилась. Не обращая на это внимания, лишь покрепче ухватив поводья, я приказал двигаться на лагерь, надеясь, что успею до резни. Галопом, не жалея лошадей, мы ворвались внутрь. Мне вновь потребовалось остановиться, чтобы применить технику «небесного взора», побратимы же, Бык и Пират, бросились к плацу. Лиса тоже, только предварительно отошла от верховых животных и превратилась в роскошного зверя с черной шерстью.
Расстояние уже позволяло, так что вместе с обзорной я использовал еще и командную способность.
— Воины Вэнь! — проревел я, и бойцы, отбивающиеся от невидимок, принялись задирать головы к небу. — Глухая оборона! Оружие на изготовку! Удары не наносить!
Я уже давно понял, что солдаты, особенно в горячке боя, не могли мыслить категориями отвлеченными, требовавшими подключения мозгов. Годились только простые понятия: вперед, назад, бей их, беги. Остальное просто влетало в одно ухо и вылетало через другое.
Поэтому я не стал орать, что, мол, то, что вы видите, — это нереально. Просто мара, которую наслали на вас злобные заклинатели-призыватели. И если не остановитесь, то начнете уже реальных людей на копья насаживать. Своих товарищей боевых. Которые, к слову, будут делать то же самое.
Дисциплинированные воины четко выполнили приказ. Замерли, укрывшись за щитами, а копья выставив вперед параллельно земле. Они, судя по всему, продолжали видеть своих воображаемых врагов, вон как глаза сверкают из-под шлемов да желваки ходят. Но стоят. Молодцы.
Я, пока скакал сюда, решил, что имеем мы дело с разновидностью призраков, которых на нас насылали вожди Желтых. Ничего особо опасного, но ужас сеют неконтролируемый. Случись моим «коробочкам» увидеть их в пылу сражения, катастрофы было бы не избежать. Начали бы строй ломать, под стрелы и копья вражеские подставляться, ну и погибли бы все до одного.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Здесь же неприятеля не было вовсе, так что я рассудил, что пусть бойцы постоят без движения. А там либо сила у Заклинателя иссякнет, либо мы его найдем и прикончим. И решится это все без жертв с моей стороны.
Но, как выяснилось несколько мгновений спустя, что-то я понял неправильно. Воины стояли, дергались, когда им в щиты прилетали удары, и даже получали ранения. То у одного из солдат появлялся порез на щеке, то второй падал на колено, когда ему пронзали чем-то невидимым ногу.
Получается, это не иллюзия, не призрачные мертвецы, которые ничем тебе не могут навредить? А что же тогда? Там, между несколькими коробками моей пехоты, и правда находятся невидимые враги?
— Братья! — не выходя из режима наблюдения, крикнул я. — Ищите колдуна, он где-то рядом! Воины, держать строй!
Сам тоже стал зыркать своими астральными глазками, выискивая вражину. Вихрем пролетел над местом сражения, пошуршал по палаткам, окружающим плац, но так никого и не обнаружил. Между тем злоумышленники были совсем радом. Техника, которой они управляли, не могла применяться издалека.
Чувствуя, как истекает время пребывания в астральном теле, я вернулся в себя. Заставил себя спокойно сидеть и думать, хотя больше всего хотелось куда-нибудь бежать и хоть что-то делать. Но я же Стратег! Стратеги как оглашенные не бегают!
«Думай, голова! Думай! — твердил я, наблюдая за тем, как прибывшие со мной командиры наводят порядок среди здешнего гарнизона и отправляют сбитых в группы солдат с младшими офицерами в оцепление лагеря. — Куплю тебе нефритовую заколку! Как у императора! Думай!»
Ничего, правда, не придумывалось. Солдаты в коробках продолжали получать ранения — я понимал это, слыша вскрики боли, — но все еще держали строй. Новые силы им на подмогу я отправлять опасался, чтобы не спровоцировать «дружеский огонь». Да и потом, не был я уверен в том, что это хоть как-то поможет.
Побратимы и еще куча людей бодро носились среди палаток, переворачивая все в них верх дном, а я только и мог, что сидеть в седле, закрытый со всех сторон телохранителями, и пялиться на цветную ци, витающую над головами огромного количества живых.
— Так… — протянул вдруг я, поймав за хвост скользкую рыбину убегающей мысли. — А если?..
Что, если попробовать поискать среди этих энергетических потоков. Вроде ци же есть у всех, значит, и колдунство на нем работает. Но ци неодаренных блеклое, едва заметное. Когда смотришь, например, на роту солдат, она выглядит как поднятая их сапогами пыль. У развитых же одаренных она была более густой и плотной. Больше похожая уже на смесь песка и тумана, чем на дорожную пыль. Поэтому логично было бы предположить, что у злоумышленников она тоже будет плотной.
Если так — дело за малым. Вычленить энергетические потоки одного или нескольких людей среди буйства цветной пыли. Никогда прежде этого не делая. Фигня!
Как уже опытный одаренный, не полагающийся на костыли виртуального интерфейса богини, я не бросился сразу искать черную и злобную ци атаковавших нас колдунов. Вместо этого я сосредоточился на том, чтобы выделить энергию, висящую над моими друзьями.
Точнее, ориентируясь на вопли Быка, который предлагал всем нехорошим людям срочно выйти из Сумрака и получить на орехи, нашел его ярко-зеленый смерч. Потом так же обнаружил терракотовое облачко самума там, где ломал палатки Пират. И только после этого, разобравшись с закономерностями, стал искать другие подобные уплотнения среди всей этой взвеси.
Пару раз я натыкался на что-то подозрительное, на поверку оказывавшееся другими моими ближниками. И, наконец, нашел толстый, но почти невидимый желтый хлыст, тянущийся от центра плаца куда-то за границы лагеря. Как запредельно длинный удав — по самой земле.
— За мной! — приказал я гвардейцам, пуская коня вскачь.
