– Это ведь не проблема, правда? – произнес Крис медленно, без тени сочувствия.
– Проблема? Почему это должно быть проблемой? – Она не дождалась его ответа, встала и пошла к воде. Море ласкало ее босые ступни, но не успокаивало смятения в ее душе.
Кристофер подрывал в ней уверенность в ее умении держать себя в руках, при любых обстоятельствах.
– Пора есть. – Голос Криса заставил ее вздрогнуть.
Когда Кэролайн нехотя подошла к нему, он положил кусок рыбы на сорванный с куста лист и сейчас предлагал его девушке с насмешливой улыбкой.
Его внешний вид был просто потрясающий. Шорты с пятнами мазута, чистая футболка, но с оторванными рукавами, непричесанные волосы.
– Я не голодна, – сказала она, пытаясь отвернуться, но Кристофер поймал ее за подбородок, и запах рыбы приятно защекотал ее ноздри.
– Конечно же, вы голодны. И вы не умрете, раз в жизни поев без салфеток и столового серебра.
– Я ела руками и до этого, – сказала она резко.
– Правда? – Он будто не верил ее словам. – Не волнуйтесь, я никому не расскажу. А море чудесно заменит вам ванну.
Она бросила на него холодный взгляд, взяла свою порцию рыбы, уселась на песок и начала ее есть, отрывая кусочки руками. Крис устроился подле нее и последовал ее примеру. Кэролайн старалась не замечать его, но ей это не удавалось. Сколько они еще пробудут вместе? До завтрашнего вечера? Может быть, заключить перемирие?
– В последний раз, когда я ела окуня, он был запечен с майонезом, украшен огурцами и оливками, – сказала девушка, пытаясь завязать безобидный разговор, но тут же поняла свою ошибку: он наверняка воспринял ее слова за критику его кулинарных талантов. Она ждала, когда он скажет хоть что-нибудь. Но Крис молчал, и это было еще хуже.
Тогда она отправилась к воде, чтобы помыть руки. Лучи заходящего солнца освещали море, делая его то розовым, то фиолетовым. Красота южной ночи никогда не переставала восхищать Кэролайн. Уже стали появляться звёзды – мигающие огоньки, которые становились все ярче и прекраснее в темной синеве.
Она обернулась, услышав звук шагов. Кристофер нес в руке огромный кокосовый орех и, одним резким движением срезав его макушку, с лёгким поклоном протянул его девушке.
– Боюсь, вам придется обойтись без соломинки, – сказал он.
– В следующий раз я полечу обычным рейсом обычной авиакомпании, – пробормотала она, пытаясь ладошкой поймать капли, падающие с подбородка.
– Но на них так скучно, все давным-давно предусмотрено. – Крис взял у нее кокос и отодрал немного кожуры, чтобы ей было легче пить.
– Вы имеете в виду, что они летают по расписанию и не приземляются на необитаемых островах?
– А еще там передают по радио восемь самых избитых мелодий, чтобы вы не скучали во время полета. И пакет соломинок для коктейлей. Может быть, мне вам спеть?
– Это зависит от того, насколько вы в этом сильны.
– Убежден, что я самый лучший баритон на острове.
– На острове, где нет других баритонов, – съязвила она. – Почему бы вам не исполнить «Покажи мне путь домой»?
– В Сидней? Нет уж, спасибо. – Он лег на песок, закинул руки за голову и уставился на звездное небо. – Многие люди мечтают о жизни в таком раю. Представьте, что этот мир ваш. Почему бы вам не расслабиться и не получить от пребывания здесь удовольствие?
– Расслабиться? Да я никогда в жизни еще столько не работала.
– Но в этом тоже есть свое удовольствие. А вот награда. – Он указал рукой на небо. Звезды над ними казались такими близкими, что до них можно было дотронуться рукой.
Она последовала его примеру и тоже легла на песок.
– За деньги этого не купишь.
– Вам легко так говорить. Спорим, что у того, кто владеет островом, другое мнение по этому поводу.
– Советую не судить других людей по своим меркам. И вообще лучше быть терпимее к окружающим.
Звезда ярко вспыхнула и упала, прежде чем Кэролайн успела загадать желание. Но Крис, словно прочитав ее мысли, схватил ее за руку и прошептал:
– Не теряйте надежды, Кэрри, нас скоро спасут.
– Постараюсь. И нет другого желания…
– Нет? – спросил Крис, перекатившись на живот. Подперев подбородок руками, он внимательно изучал Кэролайн. Грусть промелькнула в его взгляде. – Мне кажется, это самое печальное, что я когда-либо слышал.
– Чушь! – воскликнула она чуть-чуть обидевшись. – Что же в этом печального? У меня есть все, о чем я когда-либо мечтала.
– Все? – Крис нахмурился. – Вы красивая молодая женщина. Неужели вам не хочется иметь семью, детей?
– Как это банально, – заявила она, резко сев и обняв свои колени. Вопрос был настолько личным, что задел ее за живое. Опять она почувствовала боль… Где-то очень глубоко внутри… – Как привычно слышать от мужчины, что мечта любой женщины – стирать его носки.
– Сомневаюсь, что вам когда-либо придется этим заняться, – сказал он с еле уловимым сарказмом.
– Носки – просто метафора, – пояснила она довольно резко. – Все дело в отношении… – Она вдруг замолчала, заподозрив, что звук, сорвавшийся с губ Криса, был смехом. – Для начала мне надо найти мужчину…
– С метафорическими ногами? – Он сел, отвернулся от нее и, собрав немного ракушек, начал кидать их в море. – А что же с тем парнем, которого вы так жестоко отвергли?
– Вам не понять, – сказала она.
– А вы попробуйте объяснить. Нам не о чем больше говорить.
– Мы могли бы поговорить о вас для разнообразия. Каким ветром вас занесло сюда, на эти острова, например?
– Этот ветер – работа. Возможность делать то, что нравится.
– Летать? Неужели вы не скучаете по дому?
– Мой дом здесь. Мне незачем возвращаться на материк. Мой отец погиб на шахте, когда мне было семь, а мать работала всю жизнь, чтобы дать мне образование. Она тоже умерла… – Он замолчал, потом продолжил: – Начинать было ох как непросто. Но если есть мечта…
Она почувствовала, что чуть-чуть приблизилась к тому человеку, которого зовут Кристофер Браун. Но его лицо опять ничего не выражало, он снопа замкнулся в себе.
– А у меня есть мечта! Хочу чашечку чая, – произнесла она тоном избалованного ребенка.
Он откинул голову назад и засмеялся.
– Я тоже не против. Можно даже не чашечку, а целый чайник.
– Вот как? Оказывается, наши мечты совпадают? – с наигранным удивлением сказала она, легла на песок и закрыла глаза. – А есть ли у вас собственное желание? Настоящее…
– Одно уж точно есть, и притом очень горячее.
Это заявление Криса заставило ее открыть глаза. Он опять перекатился на живот и уставился на нее, глядя прямо на ее губы. Кэролайн стало не по себе.
– Какое? – спросила она, чтобы прервать затянувшуюся паузу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
