кого-нибудь симпатичного и приземленного, подумай о том, что я сказал.
Я киваю.
— Конечно.
Нет.
— Я серьезно. Это может тебе помочь.
— Ага. Понял.
Нет.
Вот только…
После того, как отключаю видеочат и запрыгиваю в душ, мои мысли возвращаются к Райан Уинтерс и выражению ее лица, когда застал ее врасплох возле ее работы. Вероятно, это было неподходящее время, но как еще, черт возьми, я должен был найти время, чтобы сделать это?
Райан Уинтерс.
Возненавидела меня до глубины души.
И это нормально. Я не стремлюсь расширить свой фан-клуб.
Я оказывал услугу своему товарищу по команде, кто мог винить меня за это? Господи, это был мой долг — прекратить эти отношения. Кто встречается с кем-то и не трахается с ним?
Я оказал услугу Райан.
Она поблагодарит меня позже.
— Эй, придурок, что хочешь на ужин? Пиццу или курицу?
Мой младший брат Дрейк прислонился к дверному косяку, его огромный торс заполнил всю раму.
— Мне все равно. Решай сам.
Он стоит там немного дольше, чем нужно, оценивая меня.
— Что случилось?
— Ничего.
Слишком поздно. Он уже почувствовал мою меланхолию и врывается внутрь, бросаясь своим массивным телом на мою кровать.
— Эй, помнешь покрывала! — жалуюсь я, возвращая их на место, желая навести порядок.
— Говоришь так, будто у тебя месячные. Что происходит?
— Ничего не происходит.
— Зачем мы утруждаем себя этими танцами с бубнами? Просто выплюнь это, чтобы мы могли поесть.
Я вздыхаю так громко, как никогда не вздыхал.
— Это был долгий день, вот и все.
— В каком смысле?
Господи, почему он устраивает мне допрос с пристрастием? Меня сводит с ума, когда тот цепляется за что-то и не хочет отпускать. В данном случае выпытывает у меня информацию.
Я решаю быть честным.
— Ты знаешь Диего Лоренцо, да?
Он кивает. Мы все в одной команде, хотя близнецы — мои братья — на несколько лет младше.
— Он заплатил мне, чтобы я порвал с девушкой, с которой он встречался.
Дрейк садиться быстрее, чем гремучая змея встает в стойку, когда к ней подкрадываются в пустыне.
— Ты сейчас прикалываешься?
— Я на полном серьезе.
— Ты шутишь?
Я качаю головой.
— Нет. Не шучу.
— Хорош заливать.
— Он дал мне пятьдесят баксов, чтобы я сказал этой цыпочке, что он больше не хочет ее видеть.
Теперь мой брат поднимается с кровати и вышагивает по комнате.
— Только не говори мне, что ты взял деньги и сделал это.
Я киваю.
— Да. Сделал. Сегодня днем.
— Заткнись, блядь. За пятьдесят баксов?
Я снова киваю.
— Пятьдесят баксов? — Он останавливается посреди комнаты. — О чем, черт возьми, ты думал? Что она сказала? Как ты ее нашел? Она плакала? — От его вопросов я хмурюсь и смотрю в окно на двор внизу.
— Парень не унимался. И я решил, что если соглашусь, то тот, наконец, заткнется, и он мой товарищ по команде, поэтому хотел ему помочь.
— Чушь! — кричит мой брат. — Хрень собачья. Ты сделал это, потому что тебе скучно и нечем заняться.
— О, это мне нечем заняться? Я только что подписал контракт с агентом, еду на сборы, потом выхожу на драфт, не говоря уже о практике, играх и тренировках, и мне нечем заняться? Да пошел ты.
Дрейк только смеется.
— Ты любишь выпендриваться.
— И что?
— Это настоящая причина, по которой ты это сделал. Ты вымещаешь свою скуку на какой-то беспомощной девчонке, потому что ты злобный.
Злобный? Меня много как называли, но «злобный» никогда не было одним из них.
Придурком — да.
Подлым — да.
Высокомерным — да.
— Зачем мне вымещать свою скуку на какой-то девчонке, которую я едва знаю? — Я сделал паузу. — И к твоему сведению, Райан Уинтерс далеко не беспомощная. — Казалось, ей даже наплевать на то, что ее бросил парень.
На самом деле, она, казалось, больше злилась на меня за то, что я дышу в ее драгоценном воздушном пространстве, чем на то, что ее только что бросили.
— Ее зовут Райан? Это имя чувака.
— Но также и девчачье.
Он закатывает глаза. Такой идиот.
— И она не вырубила тебя?
— Нет. — Когда мой брат снова плюхается на мою кровать, я добавляю: — Я подвез ее домой.
— Что? Чувак. Зачем?
— На улице охренеть, как холодно, братан. К тому же, только что сообщил ей плохие новости. Не мог же я позволить ей замерзнуть до смерти.
— Такой рыцарь в сияющих доспехах, — говорит он с сарказмом. — Так что еще заставляет тебя вести себя как стерва?
— Эм. Мне не понравился разговор, который я только что провел с Элиасом.
— О чем он был?
— Он думает, что мне нужно… — Пожимаю плечами. — Очистить свой имидж, и сделать себя…
— Менее засранцем?
— Нет. Более…
— Мачо?
— Может, хватит меня перебивать?
— Ох, виноват. Я думал, мы играем в угадайку.
Честно говоря…
— Полагаю, он хочет, чтобы я стал более дружелюбным? Это не те слова, которые он использовал, но что-то типа того, что команды ищут игроков, которые ориентированы на семейные ценности.
Это самое смешное дерьмо, которое когда-либо слышал мой брат, и он падает на спину в приступе смеха, хихикая в потолок, сжимая руками грудь.
— Он хоть встречался с тобой?
Конечно, мой агент встречался со мной — не лично, но разве в наши дни видеочат не то же самое?
— Не будь придурком.
— Или что? Я задену твое эго?
— Ха-ха.
Дрейк, наконец-то, успокаивается и откидывается на подушки.
— Так что именно он хочет, чтобы ты сделал?
— Я же сказал. Он хочет, чтобы я был более подходящим для семьи.
— Тебе двадцать один год. Как ты должен быть более подходящим для семьи?
Хороший вопрос.
— Он сказал, чтобы я познакомился с приличной девушкой и постарался появляться с ней на людях.
— То есть типа не с девушками, живущими по соседству? — Он смеется.
— Нет, черт возьми. — Летом они появлялись в купальниках и притворялись, что не знают, как управляться с садовым шлангом. В следующий раз придут в бикини и уггах, притворяясь, что не знают, как отрегулировать термостат.
— Ну, и кто тогда?
— Я сказал то же самое. Я никого не знаю. — Ни одна из девушек, с которыми я сейчас знаком, не годится в жены. Другие девушки? Могут привязаться, если я не буду осторожен.
Нет. Мне нужен кто-то, кому я не нравлюсь.
— Ты мог бы начать тусоваться в библиотеке. Ну, знаешь, то место, где полно книг.
— Пошел ты. — Я смеюсь, бросая в него ручку.
— Как насчет той цыпочки Райан Уинтерс? Она сейчас свободна, — с маниакальным смехом предлагает Дрейк.
— Разве я только
