«Человек в черном» небрежно уронил визитку на стол. Аспирин тут же схватил ее и громко, по слогам прочел:
– Про-дю-сёр…
Слово «продюсёр» потонуло в очередном взрыве хохота, который на этот раз не думал затихать. Сталкеры ухохатывались до слез, Соболь бил себя по ляжке в ажитации. Упырь тоже оскалился и с удовольствием наблюдал, как продюсер медленно краснеет, а его прихвостень чуть ли не вертится вокруг своей оси, не зная, как помочь хозяину.
– Допустим, – продолжил разговор Упырь, когда стало немного потише. – Но чем все-таки обязаны?
– У нас есть сценарий. Пятьдесят часов отснятого материала. Известный актер, – неожиданным фальцетом изрек продюсер.
– И?
– И все это безжизненное! Неправдоподобное!
– Сочувствую, тем более как человек, когда-то имевший некоторое отношение к кинематографу. Но мы-то чем обязаны? – повторил в третий раз Упырь.
– Да ничем вы не обязаны, – позволил себе раздражиться продюсер, но тут же засуетился, увидев, что Упырь угрожающе сдвинул брови. – Вы, конечно же, не обязаны, господа! Но вы можете хорошо заработать. Вы позволите? – крайне вежливо обратился продюсер к Аспирину.
Аспирин нехотя сдвинулся вместе со стулом к новоявленному (а точнее, хорошо забытому) Сантехнику, пихнув того локтем. Сантехник сдвинулся тоже. Прихвостень продюсера суетливо схватился за свободный стул и резво подпихнул его хозяину под зад. «Человек в черном» плюхнулся на сиденье, но умудрился при этом не растерять своей спеси. Оглядевшись, бесполое существо потянуло было к себе второй стул, но не тут-то было. Стул немедленно оказался занят. Как и все остальные сидячие места.
– Наташа, за дверью подожди, – посоветовали бесполому из угла.
Существо дернуло подбородком и с независимым видом направилось к барной стойке. Сталкеры навострили уши и притихли, боясь пропустить следующую часть балета. Бармен с неприязнью глянул на бесполого, хотя сам обладал астеническим телосложением и весьма вольным прикидом. Но «что позволено Юпитеру…», как говорится…
– Два стакана теплого молока, – заявило существо.
Если кто еще до сего момента и был занят своими насущными проблемами, то после этого заказа все до единой головы повернулись в сторону бара. Полнейшую тишину нарушало лишь легкое поскрипывание, с которым бармен протирал бокал.
– И йода небось накапать? – невозмутимо поинтересовался он, и бар снова грохнул дружным ржачем.
– Наташа, езжай домой, здесь стра-ашно, – рыдали от смеха в углу.
– И папу забери, папа тоже может погибнуть, – вторили другие.
– К Медвежонку корефан приехал! Посмотрите, не валяется он там снаружи?
Бармен демонстративно вздохнул и поставил на стойку два граненых стакана.
– О-о-ох! – пронесся по залу всеобщий стон.
Но тот не собирался далее развлекать публику. Брезгливо наплескал в стаканы банальной водки и молча кивнул бесполому – забирай. Как ни странно, бесполый возражать не стал; цапнул стаканы и рысью вернулся к хозяину. Продюсер стаканы забрал и что-то зашептал на ухо прихвостню. После полученных указаний существо резво покинуло «Шти», так что даже самые отъявленные остряки не успели сказать напутственных слов.
– А теперь к делу, – сказал продюсер. – Секундочку.
Он взял один из стаканов и медленно, со значительным видом, выпил.
Поставил, взял второй. Шумно выдохнул и выпил точно так же, обстоятельно и неторопливо.
Поставил, пощелкал в воздухе пальцами. Аспирин тут же сунул ему маринованный огурчик. Продюсер захрустел им, а Соболь с уважением произнес:
– Вот так бы сразу…
Без сопровождения, да еще и за столом Упыря, то бишь явно перешедший к обсуждению конкретных дел, «продюсёр» уже не был так интересен присутствующим. Бар занялся выпивкой и насущными делами, быстро наполняясь привычным гулом.
8
А Снифф и Зануда обливались потом в куче мусора.
Сначала они долго ехали на электричках, делая пересадки; Москву Снифф знал плохо, но понимал, что с восточной стороны они едут на западную, объезжая мегаполис с севера. Сошли на станции Перхушково, и Зануда через частный сектор потащил его в сторону леса, сообщив, что до нужного места километров двадцать пять.
– Но это если по прямой, как муха летает, – добавил он, выковыривая что-то из носа и внимательно рассматривая. – Мы же пойдем хрен знает как, со всякими остановками… Пару дней потратим. Хоть и с оружием нормальным.
Именно что нормальным… В руках капитан держал изрядно потасканный, но все же в хорошем состоянии «Абакан». В кобуре – ПМ, тоже старенький, но вроде вполне боеспособный.
Снаряжение, которое Зануда извлек из совершенно незаметного лесного схрона, почти все таким и было – не новым, но сносным. Правда, принесенный им в гостиницу камуфляж, явно ношенный, Снифф надевать не стал – у него с собой был штатный тоннельный спецкостюм «крот», на который проводник посмотрел с видимой завистью.
Сам Зануда был вооружен малогабаритным «Вихрем», который, по сути, подходил к его тщедушной фигуре, поверх камуфляжа облаченной в кожаную куртку из схрона опять же. На ногах у Зануды были высокие кеды. Довольно глупо, подумал капитан, это ж если на гвоздь какой наступишь… Ну, его дело.
– Пару дней?! – переспросил Снифф. – Ничего себе…
– Это Зона. Тут пешочком налегке не пробежишься. А когда по городу пойдем, то ваще капец… Ладно, чё стоим, внимание начнем привлекать…
Они углубились в лес. Мимоходом Зануда объяснял, что с охраной здешнего периметра пока все тухло. Кое-где вояки уже выстроили сплошную бетонную стену, но в целом периметр был дырявый, а мобильные патрули, воздушное наблюдение и прочая хитрость не очень-то помогали. Правда, шастали в Зону немногие.
– Даже старики ссут, которые в Хохляндии огонь и воду прошли, – с некоторым презрением сказал Зануда. – Правда, и не вернулось тоже много. Тут ведь в чем фигня: никто ничего не знает, считай, по новой все, старые фишки не работают… Не, гайками кидаться не вопрос, а вот аномалии и твари – есть похожие, а есть… А те, что вернулись, такое рассказывают…
Зануда махнул рукой, не договорив. Помолчал.
– Ты-то сам сколько раз ходил? – спросил Снифф, пролезая через дыру, проделанную в заборе из сетки-рабицы. Зацепился карманом куртки за торчащий конец проволоки, задергался. Зануда снисходительно наблюдал за ним, потом ответил:
– Достаточно.
– И что видел?
– Всякое…
– Объяснил бы азы, что ли. Откуда я знаю, что мне делать, если выскочит крокопадла местная? В кого стрелять, в кого не стрелять…
– Во всех стреляй, хрен ли думать. Но тут пока аккуратнее, может быть патруль, если чё – раскатают, как помидоров. Мы ж еще не в Зоне.
– А когда она начнется?
– Я скажу… Тут ваще нормально, лесом до самой Барвихи можно идти, хрен кто увидит.
Лес вокруг был как лес, правда, Снифф давно уже в таком не был. А ведь когда-то любил грибы собирать… То и дело попадались заборы и заборчики, наверное, разграничивающие различные частные владения, пансионаты и санатории. Несколько раз Снифф видел камеры слежения, но Зануда только махнул рукой:
– Фигня. Все жиробасы, депутаты разные и прочие, давно отсюда свалили. Зона под боком, страшно ведь. Подмосковье скоро совсем опустеет, кроме разве Новой Москвы, она подальше. Так что тут только мы, ну, еще бомжи, мародеры всякие… Хотя тырить уже нечего, чё не вывезли, то сразу и потырили. Мелочь осталась. Хочешь, зайдем посмотрим, как богатые жили?
– Да ну на фиг, – отказался Снифф. – Я не на экскурсии. У меня дело есть.
– Отдыхать все равно где-то надо. Спать, жрать… Ладно, как хочешь, где-нибудь найдем схрон. В Ромашково, к примеру. А там опять лесом-лесом – и МКАД. Но это уже Зона будет, понял?
– Понял, – буркнул Снифф.
В щеку вцепился комар, и капитан подумал – а что, если комар с той стороны, из-за периметра? Может, заразный?! Этак и мутировать недолго… Впрочем, своими параноидальными опасениями делиться с противным Занудой он не стал. Если от каждого комара прятаться, этак вообще идти не стоило.
Как выяснилось, то ли они шли чрезвычайно быстро, то ли Зануда что-то напутал, но к Ромашково они выбрались уже довольно скоро.
– Все, тут привал, – тяжело дыша, скомандовал сталкер. Выглядел Зануда довольно-таки загнанным, тогда как сам Снифф особо и не запыхался. Видать, с физподготовкой у тщедушного паренька было неважно. Хотя опять же его дело.
Они двинулись к домам коттеджного поселка. Выглядели дома совершенно безжизненными, хотя и не пострадавшими. Зануда не врал – люди просто ушли, оставив жилье. Бросили.
– Вон туда, – показал пальчиком Зануда на ближайший дом, белоснежный, с черепичной красной крышей и флюгером в виде петуха. – Я там ночевал раз, нормально. Тут даже электричество есть… То есть было, типа; щас не знаю, может, отрубили уже. Джакузи работало даже. И бар четкий, они бар не вывезли, ур-роды…
