Ваше отношение к таким «соболезнованиям» и Ваша роль в диспуте должны опираться на тот факт, обосновываемый историческим опытом, что
не существует ценностей, которые были бы выше или важнее живущих в данное время людей и их стремления к самореализации.
Я употребил выражение «… должны опираться». Что еще за «долженствование»? Кому это Вы что-то «должны»? Конечно, «должны» – только самим себе, и только если хотите быть непротиворечивы, убедительны и – побеждать оппонентов.
Ситуация третья
Каждый диспутер, каждый спорщик обязательно защищает некоторое «добро» – даже если обосновывает необходимость уничтожения людей по какому-либо признаку (он ставит этот признак выше реальных людей, а добром считает его защиту, – и выше уже отмечено, как вести себя в этом случае). Так всегда – НО! – борьба за «добро», любое, может выражаться
или путем утверждения добра, или путем критики зла.
Что проще? Безусловно, критика. Обратите внимание Вашего собеседника в этом случае – а «собеседники» главным образом и заняты именно критикой, – что он выбрал для себя простейший путь. Люди серьезные – а «серьезным» здесь являетесь именно Вы – сосредотачивают силы мысли своей на путях утверждения добра, на поиске причин и возможностей минимизации неизбежного зла, а не на негодованиях по поводу его, зла, существования.
Обратите внимание на содержание диспутов по каналам ТВ, на выступления оппозиционных политиков, на содержание литературных произведений, становящихся вдруг модными. И даже – на учения: религиозные, философские, политические. Они очень часто (а религиозные – всегда и обязательно) строятся как раз на стремлении исключить зло из социальной жизни, допуская при этом, что «зло» существует отдельно и именно в качестве «зла», (известный в греческой мифологии «ящик Пандоры», или в Библии образ «козла отпущения»). Все они строятся на начальном определении сущности зла и затем на путях его выкорчевывания. И здесь – в истории социальной мысли обязательно – авторы подобных учений вынуждены были договариваться до рекомендаций самых античеловеческих.
На этой теме необходимо задержать свое внимание
Заинтересовавшись проблемой улучшения социальной атмосферы, размышляя над тем, как повысить в обществе уровень согласия, доброжелательности его членов, миролюбия, – теоретик обязательно отметит, что мешает этому согласию и миролюбию в первую очередь и главным образом неравенство социального положения людей, неравенство в распределении богатств и уровня участия в общественном производстве. Лежащая «на поверхности» главная причина неравенств, и соответственно источник зла – именно неравенство богатств, принадлежащих отдельным людям, что необходимо определяет и первый же совет по совершенствованию общественных отношений: ликвидировать это неравенство двумя дополняющими друг друга и направленными друг другу навстречу мероприятиями: обобществлением богатств (запретом на частное обладание богатствами) и воспитанием в гражданах общества личной скромности, аскетизма, нежелания обладать богатствами.
Эта первая (и обязательная для таких учений) теоретическая рекомендация необходимо обрастает множеством «уточнений». Действительно, даже поборовший в себе жажду накопительства и приобретательства человек может опять захотеть облегчить и улучшить жизнь собственным детям, или родственникам, или вообще к каким-то людям станет относиться с большей симпатией, чем к другим и захочет создать для них лучшие условия.
Как избежать такой опасности? Совершенно ясно, то есть непротиворечиво логически (для рассуждения с этой, критикуемой нами, точки зрения), что рекомендация по избежанию такой опасности может быть одна: необходимо ослабить межличные связи людей, формализовать их, лишить эти связи личностной окраски, лишить их индивидуальности.
Звучит жутковато – но мы же взялись бороться со «злом» ради процветания «добра»! И потому приходится соответствующим теоретикам (упомянем вначале «Государство» Платона, хотя и в последующих учениях явно то же самое) отрицать права родителей на детей, делать отцовство неизвестным и безразличным, даже кратковременные семейные связи делать прозрачными и видимыми для всех (вплоть до домов из стекла и с общим, в одном доме, проживанием), подчинить их контролю и определению властями, родственные чувства подчинять служению общему идеалу добра (в Библии, Коране). Разработка соответствующих деталей может, конечно, отличать одно подобное учение от другого, но – не в «деталях» здесь суть темы.
Все эти рекомендации, самая мысль об их полезности разрабатывались не только теоретически. Спартанский вождь Ликург проводил их в жизнь еще до Платоновых размышлений, вожди разных народов и во все времена внедряли все те же методики в собственное правление кто в большей, кто в меньшей степени, мыслители вплоть до нашего времени обосновывают (как бы заново) те же самые рекомендации – вроде прославления бюрократизации общественной жизни Максом Вебером. Так что странным может казаться то, что до наших времен люди пугаются самого предположения о возможности ограничения права индивида быть индивидом. Книги вроде «Мы» Е. Замятина или «1984» Оруэлла воспринимаются как «страшилки» – и тем все снова и снова воспроизводится восприятие общественных «добра» и «зла» как явлений и категорий, существующих отдельно и в отрыве друг от друга. Страхи Замятина или Оруэлла демонстрируют еще и ту их ошибку, что реальная жизнь реальных людей (даже жизнь страшноватая) отрывается от интереса этих людей, от их воли, желаний, стремлений, – и потому подается как нечто навязанное, и могущее быть навязанным людям извне, со стороны. Как навязанное силами, не подвластными человеческому контролю.
И – в заключение о добре и зле:
Не существует «чистой чистоты», «всегда доброго добра».
Всякое «добро» лишь частично является добром. То же самое может в других условиях оказаться злом. Это факт, – и его понимание всего полнее, всего непротиворечивее достигается именно с помощью социологической концепции, или социальной теории, изложенной и обоснованной в упоминавшемся учебном пособии. Итак –
ничто не есть «добро» для индивида во всех случаях и всегда, а только для тех случаев и в той мере, в какой содействует его (или их) самореализации. В частности, может быть добром для индивида и самоограничение, и даже аскетизм, и тем более служение идеалу, – но определением того, что есть добро и что есть зло, всегда выступает живой, конкретный человек.
Три дороги к счастью
(или чего не понял Гамлет – вместе с Шекспиром)
Человечество – и любой из Ваших оппонентов – сознательно или, чаще, бессознательно, стремится к счастью. Не обязательно даже формулируя конкретно, что это такое – счастье. Можете ли Вы быть ему (оппоненту, конечно, – но в том числе и человечеству) – полезны?
Мы с Вами не будем навязывать каких-либо понятий ни человечеству, ни оппонентам, – но для себя лично предположим (см. рекомендацию № 7), что счастьем каждый из нас назовет гармоническое соответствие того, что он от жизни ждет, и того, что он получает в этой жизни.
Вот и все. Все очень просто.
Трудности заключаются в достижении этого «гармонического соответствия». И в отношении к тому, от чего оно, соответствие, зависит.
И важно – приучайте себя к пониманию того, что «важное» для Вас есть «важное» и для всех других – что человечество не дает никакой подсказки индивиду в поиске и организации этого «гармонического соответствия», но действует совершенно так же, как и любой из нас. Как и любой из Ваших оппонентов. А именно:
счастье изыскивается, а также созидается (что человечеством, что его, человечества, учителями и защитниками, что Вами и Вашим оппонентом лично) тремя путями:
1) предоставлением (или изысканием) условий для удовлетворения личных стремлений (желаний, амбиций),
2) уговором или принуждением к ограничению личных желаний и стремлений и подгонке их под уровень наличествующих условий, то есть подчинению себя – обстоятельствам и начальствующим людям, в отказе от себя.
3) повышением осознания индивидом себя самого как существа многочастного, многофункционального, многоспособного – и личным удовлетворением от возможности реализации, осуществления значимой (для себя лично, но никогда не единственной) части себя, находящей для того условия в жизни реальной.
То есть, если не принимает тебя общество в качестве писателя, художника, организатора, полководца – можно изыскивать внутреннее равновесие, реализуя себя в качестве электрика, водителя автомобиля, школьного учителя и т. д. Это не то же, что в предыдущем п.2, поскольку там все внимание сосредоточено на ограничениях и запретах, на утверждении покорности, а здесь (в п.3) – на обнаружении и использовании реальных возможностей для реализации реальных, собственных способностей.
