— … Я одна, возвращаюсь из ресторана… иду вдоль Сены… по ее руке будто пробегал электрический ток. — …Останавливаюсь у маленького кафе…
— Разрешите мне восстановить за вас эти события, — сказал он. — Должен предупредить вас, что я происхожу из древнего и почитаемого рода кельтских ясновидцев. Смотрите мне прямо в глаза.
Нелл подчинилась, думая о том, что глаза его цвета барвинка очень хитры.
— Я вижу вас, — монотонно начал он, драматическим жестом приложив ладонь ко лбу, — вы сидите за столиком кафе под каштаном… За другим столиком человек в черном свитере что-то пишет… Он кивает вам в знак приветствия и возвращается к своим мемуарам…
Нелл показалось, что волосы у нее на затылке встали дыбом.
— Это было именно так. Шеа, это наваждение. Как вы?..
— Если я открою вам секрет, я потеряю всю свою силу. Вы чувствуете мою силу?
— Нет, — солгала она.
Он загадочно улыбнулся и пожал ее руку:
— Скоро почувствуете.
И этому нельзя было не поверить.
— А теперь пора, — сказал Шеа.
Пока лифт поднимал их обоих наверх, Нелл чувствовала на себе сильнейшее давление личности Шеа. Предсказание сбывается, подумала она. Шеа невозмутимо глядел на индикатор лифта, побрякивая мелочью в кармане. Нелл же в это время казалось, что воздух превратился в разреженный эфир, через который пробегали, позванивая и мерцая, электрические импульсы, со скоростью, кружившей ей голову. Такие же ощущения, вероятно, думала она, вызвало бы купание в шампанском.
Все ее чувства необыкновенно обострились. Она завороженно смотрела на Шеа: ее очаровывали и завиток черных волос на шее, и форма его уха, и рисунок подбородка, и линия носа. Как будто читая ее мысли, он повернулся к ней и улыбнулся. Пузырьки шампанского ударили ей в голову. Такой обворожительной улыбки она еще ни у кого не видела. Настоящий искуситель, — была ее последняя мысль.
В эту минуту двери лифта открылись, и Нелл совершенно растерялась, не зная, что сказать.
— …Как вы, — начала она, — как вы узнали о…кафе и о том человеке с мемуарами? Не верить же в самом деле в эльфов или магию кельтов или нечто в этом роде… Расскажите мне правду.
Он молча протянул руку за ее ключом и отворил для нее дверь квартиры.
— Но сам я верю во все это, — сказал он наконец, положив осторожно ключ в ее руку и загнув ее пальцы. Ток пробежал по ее руке от пальцев к плечу. Он тихонько погладил ее щеку.
— Вы чарующе красивы, Нелл. Вы как сокровище Эльфов — изысканны, драгоценны — и прекрасны.
— Шеа… — это было все, что Нелл оказалась способна, так она желала его объятий. Руки ее дрожали; она спрятала их за спину. Это безумие, отчаянно думала она. Нельзя забывать, что он — потенциальный враг, он опасен, он — змея, свернувшаяся на груди…
— А знаете ли вы, что положено делать с найденным сокровищем? — Голос его был завораживающим, вкрадчивым.
Нелл покачала головой.
— Нужно быть смелым и решительным, как Брайан Бору. И захватить сокровище, иначе упустишь его, а другого шанса не представится. — Его глаза сузились и казались дьявольски опасными.
— Но если эльфы не отдадут его? — Ее лицо горело под его прикосновениями.
— Ну, тогда… или нужно победить их в схватке, или… — Он медленно, сильной, теплой, властной рукой охватил ее шею.
— …Или?
— Или выманить сокровище хитростью. — Он привлек ее к себе. — Что вы предпочитаете: быть выманенной хитростью или завоеванной в схватке?
Нелл отчаянно сопротивлялась собственному желанию броситься в его объятия.
— Но почему одно или другое? А если в справедливой борьбе выиграю я сама?
— Это невозможно. Я сильнее, а эта борьба никогда не бывает справедливой.
— Но мы же говорили об эльфах и их сокровищах. Совсем не о вас и обо мне.
— Разве? — Он увлек ее в объятия, не оставив более сил на сопротивление.
Поцелуи его были властными, подчиняющими, — и она подчинилась, будто приговоренная к его власти. Разумом она все еще сопротивлялась, а ее руки уже обвились вокруг него, лаская его шею, а пальцы с наслаждением погрузились в густые черные волосы. Ее тело, беззащитное и пылающее, было прижато к его телу — и она не знала, сколько времени они провели так, в объятиях друг друга. Она знала только одно, и эта мысль повергала ее в ужас: сколько бы ее разум ни сопротивлялся, ее тело всегда ответит на его зов — и предаст ее.
Наконец, держа ее лицо в сильных руках, он произнес:
— Только один шанс, Нелл. Хватит ли в вас смелости не упустить его?
Не дожидаясь ответа, он открыл свою дверь и скрылся.
Глава V
— Убить эту дрянь! — прорычала Одри. — Не допущу, чтобы какой-то грязный репортеришка делал сенсацию на копиях наших изделий! Выбросить ее вон! — Бледная от гнева, она дрожащим пальцем показала на окно офиса Нелл.
— Послушай, Од, — пыталась урезонить ее Нелл, — давай порассуждаем.
Закурив, Одри мрачно молчала.
— Пока у Дульси нет достаточной информации. Показ только через два месяца, и сейчас она вполне может исказить все собранные ею сведения так, что получится статья, не оставляющая от нашей репутации камня на камне — ведь именно так она собирается писать.
— Уж это как пить дать, — Одри нервно смяла сигарету.
— Мы каждый год нанимаем временных сотрудников в мой отдел для помощи в организации гала-представления. Что они думают о нас и что делают, когда контракт с ними кончается?
— Не знаю, как это у тебя получается, но они обычно все в восторге от тебя и преданы Гэллэрду по сей день.
— Так почему то же самое не может случиться с Дульси? Я попробую управлять ею. Откровенно говоря, я собираюсь перевербовать ее. Я заставлю работать ее так напряженно, что к сентябрю она будет чувствовать, что это ее гала-показ. Все это старо, как мир: сработает чувство единой команды. По крайней мере, она будет предана Гэллэрду уже настолько, чтобы написать о нем справедливо.
Одри некоторое время внимательно смотрела на свои ногти, потом подняла глаза на Нелл. Взгляд ее был холоден:
— А если этого не случится?
— Тогда надо принять это как реальность.
— Ну нет, моя дорогая. Принять эту реальность на себя придется именно тебе. Я бы отдала многое, чтобы узнать, на какую газету она работает.
— Я убеждена, что это не «Трибюн». Вполне возможно, что «Джорнэл».
— Убеждена? Почему? Что тебе известно?
— Вчера вечером я обедала с издателем «Джорнэл» — он мой новый сосед…
— О, это замечательно!
— Но не думаю, что наши встречи станут регулярными…
