Читаем без скачивания Погоня за Черной акулой - Андрей Трушкин

Но вот, когда Женя уже готова была взбунтоваться и самовольно подогнать "Таймень" куда попало, перед ребятами открылась узкая песчаная кромка высокого берега.

— Давай сюда, — решил Игорь, как только увидел песчаный оползень, по которому можно было забраться на высокую и, вероятно, ровную площадку.

— Ну наконец-то, — оживилась Женя. — А то ты сейчас точно уже превратишься в гуся, причем не в самом его лучшем виде.

— Это в каком же?

— А в том самом, в котором их в магазине продают, — в синелапчатом.

Туристам так хотелось поскорее выбраться на берег, что они ткнули нос лодки в песок, а это Илья Андреевич категорически им запрещал. Однако теперь мальчику и девочке было не до инструкций. Им не терпелось побыстрее выбраться на твердую поверхность и лечь на спину.

Первым, буквально на четвереньках, из "Тайменя" выполз Игорь. На четырех конечностях он прошагал несколько метров, упал на бок и попытался разогнуться. С первого и даже со второго раза у него ничего не получилось. Спина и ноги задубели, прочно приняв конфигурацию сиденья в лодке.

Женя оказалась более гибкой. Привязав лодку к какой-то коряге, охая и держась за поясницу, она доковыляла до Игоря и рухнула рядом с ним на песок.

Медленно, стеная и вздыхая, будто старушка, только что пробежавшая трехкилометровый кросс за пенсией, Игорь стал выпрямлять ноги. Нечеловеческим усилием ему удалось перевернуться на спину, вытянуть руки вверх, а ноги вниз.

— Вот это кайф! — пробормотал он потрясенно. — Ни с какой компьютерной игрушкой не сравнишь. Ни с каким мороженым. Ни с какой девчонкой.

— Да-а, — поддержала его Женя, — и ни с каким мальчишкой. Так бы лежал и лежал. Но вставать придется.

— Давай еще минуточку… — принялся умолять ее Игорь.

— Никакой минуточки, — категорично отрезала Женя. — Уже около девяти часов. Сейчас стемнеет, и очень быстро.

Что-то бурча себе под нос, Игорь забрался по осыпи наверх и помахал сестре рукой.

— Давай сюда, место что надо!

— Это ты давай сюда, — передразнила его Женя. — Вещи кто таскать будет — Пушкин?

— Пушкин точно не будет, — кисло улыбнулся Игорь и заскользил по руслу песчаного ручья к берегу.

Вначале решили перебросить снаряжение на берег, а потом оттаскивать его наверх. Но увы, туристы в очередной раз получили подтверждение старинной киргизской пословицы: "Считаешь себя бедным — попробуй перекочуй". Еще и половины снаряжения не выгрузили, а берег вокруг ребят уже был усеян рюкзаками, спасательными жилетами, спальниками, инструментами, посудой, продуктами. Пришлось Жене насесть на Игоря и заставить его потихоньку оттаскивать все это добро наверх.

— Ничего-ничего, тебе полезно, согреешься и разомнешься.

— Ну вот, — бурчал Игорь, взбираясь с полными кроссовками песку наверх, как вьючный мул. — Совершаешь тут подвиги, мерзнешь, а тебя вместо того, чтобы у костра согреть, еще и на работу гоняют.

— Ты мне поговори еще тут, — хмуро предупредила его Женя. — Без ужина останешься.

Эта шуточная угроза тем не менее сильно подействовала на Игоря, потому что он уже чувствовал, как разыгрывается немалый аппетит: зверский и волчий одновременно.

Но вот вещей внизу не осталось, и, напрягая последние силы, брат и сестра перетащили лодку и положили ее дном вверх — сохнуть. Теперь предстояли туристические будни — очистить место для палатки от сучков, нарубить дров, сварить ужин и, о боже, наконец-то спать.

Из дневника Жени

29 июля

Когда мы высадились на берег, было уже девять вечера. Правда, светло тут почти до полуночи. Звезды показались уже совсем поздно.

Мы поужинали и уснули — гораздо быстрее, чем в первую ночь. Но сон у меня был не такой спокойный, как дома, — слишком чуткий. Наверное, нагнали на меня страху речные пираты. К тому же ночью на дереве орала ворона и с листьев падали капли от про шедшего днем дождичка…

Утром первым проснулся Игорь. Он вжикнул "молнией" палатки и завопил, что река исчезла. Спросонья, не зная, за что хвататься, то ли за спички, то ли за "винчестер", которого нет, я вскочила и вылетела наружу.

— Как исчезла? Как такое может быть?! Однако оказалось, что вполне может. Оки перед нами не было! Будто ее слизнула огромная, вселенских масштабов, корова.

Плотный туман заволакивал все кругом. Казалось, мы плывем в нем, будто в огромном бассейне. Игорь, который стоял в трех шагах от меня, то появлялся, то исчезал вновь. Не выдержав такого издевательства над своей психикой, я подтащила его к себе за рукав куртки.

— Ну и ну, — переглянулись мы.

— Давай пока никуда ходить не будем, — опасливо предложила я. — Так и палатку потерять недолго.

Мы уселись на шину и принялись ждать, когда рассветет.

Туман, вначале плотный, как драповое пальто, стал потихоньку редеть. Материал, из которого он был соткан, истончался, превращаясь в легкую марлевую, кисею. Потом клочья тумана стали проноситься мимо, образовывая в неразличимой белесой мути просветы, в которые наконец-то мы увидели нашу реку. Грозовым облаком, повисшим над берегом, показался лес. Честное слово, я вначале подумала, что это самая настоящая туча. Но вот еще минута, и я поняла, что ошибалась. В темном пятне стали прорезываться ели, дубы, и тут взошло солнце! От тумана, который рассеивался на глазах, теперь остались только белые фонтанчики, будто выпрыгивающие из воды.

— Здорово! — восхитился Игорь.

Ну, если такие слова по отношению к природе говорит мой насквозь техногенный брат, помешанный на компьютерах, модемах и других электронных примочках, то будьте уверены, это действительно здорово…

Ребята неторопливо завтракали, когда тишину, прерываемую только несмелым щебетом птиц да щелканьем капель по тенту палатки, резко прервал вой лодочного мотора.

— С утра кому-то гонять вздумалось, — хрустнул сухарем Игорь.

— Ага, — подтвердила Женя, — ни свет ни заря. Наверное, за рыбой.

— Как же — за рыбой, — хмыкнул Игорь. Эдак рыбу на три километра кругом распугать можно. Это, наверное…

Однако свои соображения по этому поводу Игорь высказать не успел, потому что в поле зрения появился черный катер. За ним на всех возможных парах мчалась древняя посудина, оснащенная, правда, каким-то достаточно мощным или перебранным до последнего винтика хорошим механиком мотором. И тут наперерез катеру, рявкнув так, что у брата и сестры заложило уши, из-под берега рванула вторая лодка.

Катер оказался зажатым в клещи! Его команда засуетилась. Рыжий показывал в одну сторону, Блондинчик что-то верещал, но главный Брюнет, по-прежнему не изменивший со вчерашнего дня привычке носить джинсовые рубашки навыпуск, спокойно стоял у штурвала. Траектории движения катера и лодки, что шла наперерез, должны были неминуемо пересечься. Все зависело от того, у кого нервы крепче и кто отвернет первым. Однако люди, преследовавшие черный катер, вероятно, были слишком разозлены, чтобы думать о безопасности.

В догоняющей лодке сидели двое рыболовов в брезентовых балахонах. Один из них потрясал самодельной свежей, видать, недавно выструганной дубиной, другой сидел на руле. Тот, что шел наперерез, был один, но и он держал в руке что-то вроде шеста.

— Ну вот наши голубчики и попали в переплет, — удовлетворенно причмокнул Игорь. — Сейчас пойдут ко дну, как "Титаник", только, к счастью, жертв будет не полторы тысячи, а всего лишь три.

— Которых к тому же ни капельки не жалко, — добавила Женя.

Но увы, речное сражение разыгрывалось не так, как хотелось бы ребятам. Нервы у Брюнета оказались крепкими. Он не свернул со своего пути, а лишь несколько сбавил обороты моторов и буквально подмял под себя лодку, которая преграждала ему путь. Рыболова с нее отбросило в сторону, но уже в падении он успел зацепить Брюнета своим шестом. Бандит заорал, схватился за левое плечо, упал и лишь чудом не свалился вводу.

Лодка преследователей вынуждена была остановиться, чтобы подобрать выпавшего пассажира, который барахтался в реке, кроя пиратов на чем свет стоит.

— Я же говорил, я же говорил, — приплясывал от возбуждения Игорь, как индейский дикарь во время ритуального танца "Ламбадавуду". — Куда им тут с реки деваться, рано или поздно попадутся!

— Пока попадаются преимущественно другие, — процедила Женя, разбрасывая угли от прогоревшего костра. — Нашей победой тут и не пахнет.

— Подожди, подожди. — Игорь зашагал вдоль высокого берега взад-вперед, заложив руки за спину и опустив голову. Наверное, так выглядел Наполеон Бонапарт, когда еще только вынашивал на своей родной Корсике стратегию грядущих битв. — Нам бы их только потихоньку засечь. А там…

— Ладно, — встала со своего места Женя. "Там" видно будет.

По всему ее тону и виду стало ясно, что она в победу над бандой "Черной акулы" их с братом совместными усилиями не верит.