землю хлынула кровь, начавшая вливаться в постепенно угасающие руны, а на место будто бы изъеденных гниением органов синхронно упали новые, тут же включённые в оборот.
Возможно, этот шаг был опрометчивым и нелогичным. Возможно, существовал способ конвертировать кровь и органы в прогресс по более выгодному курсу, но Элин считал, что происходящее ни разу не нормально. Аномально, если говорить прямо. А повторить аномалию, как известно, практически невозможно, из-за чего ею можно было лишь воспользоваться, взяв столько, сколько можешь унести.
Элин, одним слитным скачком преодолев целую пропасть, уже почти достиг серебряного ранга и был готов терпеть дальше. Ни кровь, струящаяся изо всех наличествующих в теле отверстий, ни адская боль не были способны заставить его прервать ритуал. Ведь то, чего он добивался добрых два месяца, оказалось возможно получить в первый же день новой жизни!
И это или шанс, выпадающий раз в тысячу лет, или очередная уникальная особенность его духовного тела, которое якобы походило на таковое у истинных людей.
«Элин, я… я на пределе!..» – Мысль змейки была от и до пропитана усталостью.
А энергия тем временем струилась по жилам перерождённого, совершенствуя его каналы и расширяя резерв под его строгим руководством. Чувство столь стремительного роста пьянило, но крайне громкие эмоции Эриды смогли пробиться сквозь завесу и достучаться до сознания носителя.
В один момент анимус прервал ритуал, а спустя секунду рухнул на землю, едва успев стянуть всю оставшуюся кровь и останки обратно в хранилище. Правда, вместе со змеиной он спрятал и немало своей, но его это сейчас не волновало.
Прежде постоянная и давящая, боль превратилась в пульсирующую, с каждой вспышкой становясь всё сильнее и сильнее. Болело не только тело, пришёл откат за весь тот прогресс, которого Элин достиг, не прилагая тех усилий, что обычно требовались.
Это было больно, но перерождённый, поднявшись на ноги, не проронил и звука. Что такое боль на фоне его великой цели? Пшик, крошечная искра, пролетевшая меж звёзд. И даже тот факт, что с момента окончания ритуала ранее делимая на двоих нагрузка легла исключительно на его плечи, не омрачал впечатления от произошедшего. За один день анимус медного ранга не просто достиг серебряного, но и оказался на полпути к золотому. И это лишь каналы, в то время как резерв, на который пришёлся основной эффект, уже соответствовал без малого пику золотого ранга. Произошедшее больше походило на шутку, но ею не было ни на йоту.
«Кто же вы такие, истинные люди? И все ли из вас могли так же?..»
Кое-как переставляя ноги, Элин избавился от способных указать на него следов, после чего покинул склад, окольными путями направившись домой. До последнего он ждал, что кто-то его поймает, ведь такой ритуал вполне мог пробиться через фон артефактов, но этого не произошло.
План на данный момент он перевыполнил стократно и потому считал, что уж небольшой отдых он себе может позволить. Часиков так на двадцать…
Глава 3
– Отец! – Элин склонил голову, поймав Дорша в его же кабинете сразу после того, как глава клана закончил отчитывать в чём-то сплоховавшего чиновника. – Я отниму у тебя немного времени?
– Можно и больше, чем немного, сын. – Мужчина отложил в сторону лист бумаги, в котором прежде пытался прожечь дыру взглядом. – Что ты хочешь обсудить?
– Два момента, отец. Первое: я выбрал себе спутницу. Ею станет Алексия, которую ты видел вчера. – В этот момент лицо главы клана вытянулось, а в следующие секунды претерпело неописуемые метаморфозы. – Вместе с тем я обещаю не заводить никаких интрижек на стороне и прекращаю всякое общение со всеми теми, кого раньше считал друзьями. И второе: мне нужна собственная мастерская для работы над артефактами. Если возможно, я бы хотел найти помещение на территории клана…
– Возможно… – прервал сына отошедший от первого изумления Дорш, как будто пропустивший мимо ушей часть слов сына о спутнице. – Но… что сподвигло тебя на это? Отчего столь радикальные перемены?
– Я понял, насколько бессмысленной была моя жизнь до этого момента. И раз уж я испортил свою репутацию, то стоит заняться тем, что минимально от неё зависит. – Перерождённый просто предположил, что его семья едва ли по-настоящему знает замещённого Элина, и решил на этом сыграть. – Может, как анимус я и не слишком талантлив, но руны всегда мне нравились, а само ремесло давалось с особенной лёгкостью, потому я и решил хотя бы попытаться заняться ими… – Но развивать следует в том числе и таланты Нойр, сын. – Дорш окинул Элина оценивающим взглядом – и не заметил ничего подозрительного. Перерождённому, вопреки здравому смыслу, удалось скрыть свою новую силу лишь за счёт того, что отец просто не стал всерьёз к нему присматриваться. Увидел знакомую картину и удовлетворился этим. – Кто знает, быть может, при должном усердии тебе покорится и искусство боя.
– Нельзя быть профессионалом во всём, отец. Но я сделаю всё от меня зависящее, чтобы не посрамить имя Нойр.
Это было странно – отвечать за поступки какого-то другого себя, но врать Элину не приходилось. Недоговаривать – да. Умалчивать – тоже да. Но не лгать напрямую.
Конечно, долго скрывать резко возросший уровень сил попросту невозможно. Не от того, с кем живёшь под одной крышей и чьи глаза с ушами – это все члены клана до единого. Но прямо сейчас перерождённый не хотел объясняться с отцом, рискуя запутаться в собственных сетях, и потому взял небольшую отсрочку, которой должно было хватить на то, чтобы взглянуть на мир ясным, не замутнённым недавними событиями взглядом.
Эйфория, вызванная свалившейся на голову свободой и новым шансом, была слишком сильна в том, кого пытали десятилетиями. Обычный человек сломался бы, но Элин всё это время копил в себе напряжение и сейчас страстно желал избавиться от него, сам о своём желании не подозревая.
– Молодость на то и дана, чтобы попробовать всё и понять, в чём ты можешь стать лучшим, а что лучше оставить другим. – На лице мужчины впервые появилось блеклое подобие улыбки. – Вечером я скажу, какое здание станет твоим. Если есть конкретные пожелания, то лучше озвучь их сразу…
Дальнейший разговор проходил в тех же нейтрально-покровительственных настроениях, и в итоге Элин сумел добиться (если такое слово в принципе можно было применить, ведь Дорш так ни разу и не сказал нет, до того ему осточертели выходки наследника) выделения ему мастерской, обставленной если не на высшем уровне, то очень близко к тому, что уже сэкономило ему немало сил. Всё-таки на
