Зато она умеет задавать провокационные вопросы.
— Может быть, и так. Однако, мистер Старлинг, что, если вы поймете, что не сможете сделать украшение для меня? Или так не бывает?
— Не смогу? — усмехнулся он. — Но вам ведь нравится то ожерелье, что на вас сейчас. Оно вам так нравится, что вы приехали к незнакомому человеку, лишь бы он сделал еще одно. А значит, мы оба на верном пути. Простите творцу его маленькие причуды! Я живу обособленно, а это зачастую делает человека странным.
— Все в порядке, — сказала Вайолет. Ах как жаль, что она не видит его лица! Хоть бы представлять, с кем говоришь. — Я согласна. Я уже согласилась, когда получила ваше письмо.
— Хорошо. На другое я и не рассчитывал. Как прошло ваше путешествие из аэропорта? Вы ведь прилетали в Хелену? Почему?
И потек непринужденный разговор. Слуги бесшумно меняли блюда (повар у Старлинга действительно оказался первоклассный), и через некоторое время Вайолет уже пребывала полностью во власти чар. Как же не быть зачарованной! Она сидела словно в золотой карете, в круге призрачного света, а за ним начиналась темнота, которая говорила с ней приятным мужским голосом. Это как в комнате чудес, где не знаешь, что выскочит на тебя из-за угла. Старлинг был внимательным, вежливым и умел направить беседу в нужное русло, чтобы она текла легко и непринужденно. Он задавал наводящие вопросы, и Вайолет говорила — о том, как ей понравилось в первый день в Монтане, о перелете, о машине, об озере Флэтед…
— Оно показалось мне громадным.
— Озеро действительно большое. Здесь национальный заповедник, поэтому тихо. Когда я получал разрешение на строительство, пришлось оформить кучу бумаг и доказывать, что я не намереваюсь вредить окружающей среде. — Старлинг помолчал. — Лес мы возили издалека, выбрали лысую проплешину на горе и на ней возвели «Иней». Хотя мистер Палмер предлагал назвать его «Ксанаду».
— «Гражданин Кейн»! — вспомнила Вайолет. — Конечно! А почему не назвали?
— Гражданин Кейн не был особо счастлив, и я не желал, чтобы его неудачи последовали за мной, если я назову свой дом так же, как и он.
— Значит, здесь они вас не преследуют? — Вайолет склонила голову набок.
— Здесь — нет. Расскажите мне о своей семье, мисс Найтингейл.
— Но вы же кое-что знаете?
— Да, но хочу услышать это от вас. Я общался с вашим отцом несколько лет назад. Однако мы не были близкими друзьями, и мне хотелось бы знать, что он за человек.
Вайолет же просто смертельно хотелось бы знать, почему этот образованный, талантливый и успешный мужчина сидит взаперти в роскошном доме на какой-то дикой горе, однако она пока не чувствовала себя вправе задавать подобный вопрос. Ведь это ей нужно украшение, а не Старлингу. Он может выставить ее отсюда в два счета, если она станет надоедать ему расспросами, и будет прав. Ну, а то, что он расспрашивает ее… Это объясняется творческой составляющей его натуры.
Подгоняемая его вопросами, она рассказала об отце, а затем, немного погрустнев, и о матери.
— Я совсем ее не помню. Только на фотографиях видела. Я на нее похожа…
— И ваш отец до сих пор ее любит?
— Папа этого не скрывает. Она была самой главной женщиной в его жизни. И я тоже.
— Если это не слишком тяжелый вопрос — что с нею случилось?
— У мамы слишком поздно диагностировали рак. Операция не помогла. Отец в тот момент еще не был слишком богат, но все равно сделал для нее практически невозможное. Это не помогло. И мама умерла…
— Я сочувствую, что у вас есть эта боль, мисс Найтингейл. Плохо, когда любимые умирают.
— Если бы я ее помнила, — вздохнула Вайолет.
— Христианская религия говорит о том, что все любящие обязательно встретятся. Однажды.
— Отец не верит в Бога и меня не научил.
— А вы сами что думаете?
— Не знаю, — пожала плечами Вайолет. — Это тема для отдельной беседы. Сейчас… — она с удовольствием посмотрела на фруктовый салат со взбитыми сливками, который только что поставил перед нею Бен, — я не готова это обсуждать.
Старлинг усмехнулся.
— Хорошо. Мы непременно продолжим. А сейчас ешьте. Я вижу, вы проголодались с дороги. Вы ведь не соблюдаете какую-нибудь модную диету?
— Нет. Спорта хватает для поддержания формы.
— В доме есть тренажерный зал. Он в полном вашем распоряжении. Есть открытый бассейн. Думаю, погода позволит им воспользоваться. А если пожелаете выйти на пробежку, у нас имеется парк. И немаленький. Поместье огорожено, поэтому не бойтесь заблудиться. Если не сможете сориентироваться, просто идите до ближайшей стены, найдите камеру слежения, помашите рукой и скажите, что заплутали. За вами скоро кто-нибудь придет.
— Звучит интригующе.
— Надеюсь, что это не последний раз, когда мне удалось вас заинтриговать.
— Определенно не последний! — рассмеялась Вайолет.
Она и не предполагала, что ей окажется так легко беседовать с человеком-невидимкой. Какой угодно она представляла свою первую встречу с Рольфом Старлингом, но определенно не такой! И это оказалось лучше, чем все, что Вайолет себе вообразила. Она гадала, каким он окажется, и до сих пор не знала этого, а ей было с ним интересно!
Когда доели десерт и выпили кофе, Старлинг произнес:
— Что ж, это был весьма приятный вечер, мисс Найтингейл. Я еще раз приветствую вас в своем доме и желаю, чтобы наше дальнейшее общение протекало так же непринужденно. К сожалению, сейчас я вынужден покинуть вас. Отдыхайте.
— Спасибо за прекрасный вечер, мистер Старлинг.
— Это я вас должен благодарить. Увидимся завтра. Бен, проводи нашу гостью до ее комнаты.
— Мисс… — Бен уже стоял рядом, чтобы отодвинуть стул.
Когда Вайолет возвратилась к себе и бросила взгляд на часы, то с изумлением обнаружила: они показывают одиннадцать. Три часа пролетели совершенно незаметно!
6
Вайолет спала на удивление хорошо. Обычно она тяжело засыпала в незнакомых местах, однако в поместье Старлинга этого почему-то не произошло. Кровать оказалась удобной, матрас — в меру жестким, а одеяло — невесомым, но согревающим. Всю ночь Вайолет снились пестрые сны, из которых она мало что запомнила. И проснулась она в хорошем настроении.
В окно уже щедро лился солнечный свет. Легкие занавески колыхались на сквозняке. Вайолет потянулась, вылезла из-под одеяла и, подумав, отправилась на балкон. Вчера она торопилась и не разглядела панораму как следует, но сегодня ей ничто не помешает!
Было тепло, плитки, которыми был вымощен балкон, нагрело солнце. Вайолет облокотилась на перила и, глубоко вдохнув свежий воздух, замерла. Какая красота! В лучах утреннего солнца озеро Флэтед казалось еще красивее, горы — еще четче. В вышине парила большая птица. Интересно, кто водится в этих местах? Орлы, соколы? Или это высоко взлетевшая ворона? Нет, вороны так не парят.
