– Но она слишком здоровая! Я не осилю!
– Переходи на цифровую клавиатуру. Там такая же клавиша, но меньше. Максим, ты тоже иди туда, помогай.
Наконец нам удалось развернуть на экране телефонную книгу. Там было всего пять номеров, причем, два из них – международные.
– Будем пробовать мальчики, – не унывала Эльза.
Я удивлялся, откуда в ней взялось столько энергии. Казалось, она родилась командовать дивизией. Она руководила, а мы скакали, как жеребцы: вверх, вниз, на две вбок, на одну обратно, и так до бесконечности. За этим занятием я не заметил, что за текст создает Эльза. А когда мы, изрядно пропотев, закончили работу и взглянули на экран, послание показалось мне несколько неуклюжим. Оно выглядело так:
"SOS. Мы стали маленькими и не можем вырасти. Срочно нужна помощь. Приходите к нам и разбудите Лешу…"
Дальше стоял адрес нашей конторы.
– Сойдет, – сказал Максим. – Особенно, если учесть, что это написано ногами.
Мне все-таки захотелось внести некоторые стилистические коррективы, но потом я передумал – ноги болели от усталости.
– Теперь будем звонить, – сказала Эльза, и мы вновь полезли на клавиши. Мне не было видно, что происходит на экране. Я прыгал вверх-вниз, компьютер то гудел, то пищал, видимо, все получалось нормально. Послав текст по всем трем номерам, мы сели ждать.
– Не отвечают, – кисло сказал Максим. – Не хотят.
– Вовсе не обязательно, что там кто-то сидит и ждет наших посланий, – сказал я.
– Совершенно верно, – согласилась Эльза. – Обычно компьютер ставят на автоматический прием, как здесь. А утром смотрят, что пришло.
– Утром?! – вскипел Максим. – Выходит, мы зря надрывались?
– Может, зря. А может, и не зря. Все-таки, шанс.
И тут раздался страшный грохот. Мы вскочили, потому что стол под нами задрожал.
– Это, кажется, телефон! – крикнул я.
– Быстро нажимайте "ВВОД"! – завизжала Эльза.
Мы, мешая друг другу, помчались к заветной клавише, а потом обратно, чтобы посмотреть на экран. Но Эльза нас опередила.
– Сигнал получен! – закричала она, запрыгала и захлопала в ладоши. – Получилось!
И действительно, на экране горели заветные слова "Сигнал получен".
Мы смеялись, прыгали, обнимались, дурачились… Первый раз нам повезло. И тут я заметил, что Максим снова скис.
– Кончайте балаганить, – буркнул он. – Лучше посмотрите на экран.
Эльза остановилась и начала читать вслух.
– "Сигнал получен. Меры приняты. На помощь выслан спецотряд в составе Стойкого оловянного солдатика, Мальчика-с-пальчика и Дюймовочки. Держитесь. Русские не сдаются. Ура!"
– С юморком там ребята, да? – заметил Максим.
– Они нам не поверили! – с ужасом проговорила Эльза.
– И их можно понять, – задумчиво продолжил я. – Надо было продумать текст получше. Ты можешь узнать, с какого номера пришел ответ?
Мы немного посовещались, потом нам с Максимом снова пришлось лезть на клавиатуру. На этот раз наш призыв выглядел так:
"Просьба позвонить директору «Минитрон-Сафари» гр.Псковскому и передать: поглотитель не сработал, мы в соседнем офисе на столе."
Потом я решил кое-что уточнить и добавил:
"P.S. Леша спит."
Ответ пришел быстрее, чем мы думали. Он гласил:
"Извещены гр.Псковский, городской префект, президент, генсек ООН и главврач областной психиатрической больницы. Родина вас не забудет. Наше дело правое – пить надо меньше.
P.S. Лешу не будите".
– Это бесполезно, – обреченно сказала Эльза.
– Может составить новый текст? – робко предложил Максим.
– И получить новый ответ: "Держитесь, санитарная машина на подходе". Нет, ничего у нас не выйдет.
Я смотрел в окно и видел, что солнце уже садится. Скоро будет совсем темно.
– Алик, – подал голос Максим. – А мы правда заболеем, если вовремя не выберемся?
Я даже не отвечал – настолько кисло было на душе. Больше всего на свете мне хотелось сейчас разогреть картошку с мясом, что ждала меня дома на плите, достать из холодильника бутылочку с пивом, включить телевизор и провести уютный холостяцкий вечер, а потом спокойно уснуть.
А может и правда, лечь в тени компьютера, и пропади оно все…
И вдруг мы все почувствовали очень низкое, угрожающее гудение и вибрацию. Эльза вскочила и начала беспокойно оглядываться. Наконец, мы увидели: на противоположном конце стола из серой пластмассовой коробки выползала широкая бумажная полоса.
– Телефакс, – проговорила девушка. Слово прозвучало, как заклинание. – Вы представляете, факс!
– Вспомнил! – прошептал я.
– Что?
– Электронное средство связи из восьми букв. Телефакс. Это из кроссворда…
– Ну, ты даешь, Алик, – покачал головой Максим. – Мне бы твои проблемы.
– А что вы так радуетесь-то? – спросил я.
– А то, что у нас в офисе стоит такой же. И Колька сегодня дежурит. Сейчас нарисуем ему записочку, что б позвонил вашему начальнику, отправим по факсу – и все дела.
– Записочку? Ну и чем мы ее нацарапаем?
– Да сейчас найдем какой-нибудь фломастер…
– А ты уверен, что сможешь ворочать фломастер. Это ведь все равно, что телеграфный столб.
– Не надо никаких фломастеров! – закричала Эльза. – Посмотрите, в принтере торчит лист чистой бумаги. Лезьте на клавиши, сейчас мы напечатаем записку.
Работа снова закипела, хоть и не так бодро. Сказывалась усталость, хотелось отдохнуть или поспать.
– Быстрее, мальчики, пожалуйста! – умоляла нас Эльза. – Темнеет уже.
Когда, наконец, заработал принтер, мне показалось, что началось землетрясение. А звуки, которые он издавал, напоминали распиливание тридцати кошек на циркулярной пиле. Но прошло несколько минут и на поверхность стола упал лист бумаги с готовым текстом. Текст занимал примерно пятую часть бумаги, а то и меньше. Правда, сама бумага была для нас все равно, что огромный лист толстой фанеры.
– Не дотащим, – сразу сказал Максим.
– Не дотащим, – согласился я.
– Нужно отрезать кусочек с текстом. Тогда будет легче.
Я посмотрел на него, но он не дал мне раскрыть рта:
– Только не спрашивай, чем. Сам знаю, что нечем. Хотя…
Он повернулся и пошел куда-то на край стола. Я прогулялся вдоль листа. Отчетливо были видны все волокна, и даже всякий мусор, который добавляют в бумагу. Отпечатанные буквы же казались просто наносом грязи на бумаге.
Я подобрал карабин и выстрелил в бумагу. Пуля разворошила волокна, не оставив никакого серьезного отверстия.
– Патронов не хватит, – заметила Эльза.
– Да уж…
– Э! – услышал я голос Максима. – Помоги…
Он волок за собой блестящую металлическую плиту размером в половину своего роста.
– Понимаете, – начал объяснять он. – Бумагу ведь режут канцелярскими ножами. А у них лезвия с насечками. Когда кончик затупится – его обламывают и выбрасывают. А режут тем, что осталось…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
