После того как наградили Блейр и ее «Бульдогов», на середину зала вышла судья в красно-белой куртке и подняла руки, прося тишины. Гул возбужденных голосов, заполнивший огромный зал, мгновенно прекратился.
— Когда состоится финал, мы вручим всем членам победившей группы вымпел мужества. Он будет окрашен в цвета этой команды. Им можно будет пользоваться для поднятия духа на всех последующих играх, — объявила она, как только воцарилась тишина. — Но каждый вечер мы станем вручать красную ленту мужества наиболее отличившимся участницам каждой группы. Сегодня в этом зале чувствуется столько мужества, что даже верится с трудом! — воскликнула судья, поднимая красные ленты обеими руками. — Я хочу, чтобы вы все поаплодировали друг другу!
Зал буквально взорвался от возгласов, топота ног и хлопанья в ладоши. Когда овация прекратилась, судья стала называть имена обладателей красной ленты. Блейр О'Коннелл приняла награду, широко улыбаясь своим подругам. Среди «Тигров» победила Ханна. Услышав свое имя, девушка вскрикнула от удивления, а по дороге за лентой прошлась колесом.
Корки оглядела подруг. Кимми смотрела на судью, вытаращив глаза, а Дебра широко улыбалась и громко хлопала Ханне. Когда та вернулась в строй и обвязала ленточку вокруг головы, Дебра кинулась к ней и обняла ее. Они вместе направились к выходу. «Ничего себе, — подумала Корки, провожая их взглядом. — С каких это пор они так подружились?»
Она поняла, что ревнует. Ведь Дебра была прежде всего ее подругой.
— Корки, увидимся позже! — донесся до нее сквозь шум голос Кимми. Та еще что-то говорила, но слова тонули на общем фоне.
Корки медленно зашагала к выходу. Проходя мимо Блейр О'Коннелл, услышала, как та хвастается перед какой-то высокой и красивой девчонкой из своей группы.
— Жалко, что в этом году не так много соревнований, — говорила она.
— В прошлом было лучше, — отвечала собеседница.
— Все такое липкое, — пожаловалась Блейр.
«Они специально разговаривают так громко, чтобы мы услышали», — решила Корки.
— Ты слыхала про номер под названием «ясли»? — спросила Блейр, качая головой. — Что бы это значило? Какой-то детский сад?
— Таких классных девчонок, как мы, здесь не найдешь, — отвечала ее подруга.
Их голоса затихли на расстоянии. «Какие воображалы, — подумала Корки, — особенно Блейр. Выступает она, конечно, здорово, но я еще не встречала таких самовлюбленных людей. Завтра вечером я должна во что бы то ни стало их победить, — сказала девушка себе, чувствуя, как в душе поднимается злость. — Я должна показать Блейр, что такое настоящая группа поддержки. Я должна стереть эту надменную улыбку с ее красивого лица. Может быть, уже завтра…»
Этой ночью, ворочаясь в непривычной постели, Корки вновь увидела Бобби. Старшая сестра вплыла через окно. Ее длинная ночная рубашка трепетала, светлые волосы качались над головой, окружая ореолом.
— Бобби! — воскликнула Корки.
Как и в прошлый раз, она потянулась к сестре обеими руками. И снова сердце зашлось от досады, что невозможно до нее дотянуться.
— Бобби, почему ты здесь?
Погибшая девушка парила над кроватью, глядя вниз с тоскою.
— Пожалуйста, Бобби, скажи мне. Ты можешь сказать, почему ты здесь?
Бобби заговорила, но снова не было слышно ни звука.
— Ты выглядишь такой грустной, такой печальной. Скажи мне, что привело тебя сюда? — умоляла Корки.
Сестра опустилась так, что до кровати оставалось всего несколько сантиметров, и глядела скорбными глазами. А потом, как и в прошлый раз, схватила себя руками за волосы и сильно потянула. Кожа приподнялась вместе с верхушкой черепа. Отодвинув все это в сторону, Бобби опустилась пониже, чтобы Корки могла заглянуть в ее голову.
— Нет! — Девушке совсем не хотелось туда смотреть. — Бобби, пожалуйста, не заставляй меня…
Она собралась крепко зажмуриться, но веки не слушались. Корки ничего не могла поделать с собой. Пришлось взглянуть. В раскрытом черепе Бобби она увидела змей, бурых змей, переплетающихся друг с другом, шипящих и извивающихся, хлопающих своими страшными челюстями. Они поднимались, высовывали из черепа свои гладкие треугольные головы, потом показались из ушей, поползли по спине. Змеи шипели все громче и громче, глядя на девушку своими немигающими черными глазами.
Корки проснулась и увидела серый утренний свет. Ее сердце колотилось, словно барабан. Потом раздался душераздирающий вопль. «Это я, я кричу. Из-за страшного сна, — подумала она. — Кричу и не могу остановиться».
Девушка моргнула и разглядела непривычную комнату. И лишь через несколько секунд поняла, что кричит вовсе не она. Ужасающий вопль издавала Ханна.
Глава 7
Плохая стрижка
— Ханна, что случилось?
Но та продолжала орать на высокой ноте. Кимми спрыгнула со своей верхней полки раньше, чем поднялась Корки. В бледном утреннем свете, пробивавшемся сквозь занавески, было видно, что Ханна сидит на постели, низко склонив голову и обхватив руками затылок. Корки медленно подошла к ней, ожидая, что на полу будут кишеть змеи.
— Ханна, что случилось?
Та снова завопила, глядя на что-то, лежащее у нее на коленях.
— Тебе приснился кошмар? — предположила Кимми.
— Мои волосы! — закричала девушка.
— Что?
— Мои волосы! Мои волосы! Волосы!
Корки потянулась к настольной лампе, зажгла ее и вскрикнула вместе с Кимми, увидев, что лежит у Ханны на коленях. Это была ее коса.
— Мои волосы! Мои волосы! Мои волосы! — кричала та, зарывшись лицом в ладони.
— Но как?.. — начала Корки.
Кимми смотрела на косу, разинув рот, и выдавила:
— Она… она отрезана!
Ханна громко всхлипнула.
— Но кто это сделал? — воскликнула Корки, глядя на подругу. — Мы с тобой единственные, кто…
Ее голос сорвался, и она не смогла закончить фразу. Неожиданно Ханна схватила косу рукой и обвиняюще выставила вперед.
— Это сделала одна из вас! — закричала она высоким, дрожащим голосом. Слезы бежали по ее лицу, а все тело тряслось от злости.
Девушка вскочила на ноги, вздев косу над головой так, что подруги невольно попятились.
— Кто? — кричала она. Ужас перешел в ярость. — Кто? Кто? Кто? — повторяла Ханна, сунув косу в лицо сначала Корки, потом Кимми.
— Нет! — воскликнула Корки. — Я этого не делала! Я бы не стала!
— И я не делала, — откликнулась Кимми, переглянувшись с подругой.
— Кто? — повторяла Ханна, всхлипывая. — Кто? Кто? Это была одна из вас, больше некому. Сперва ошпарили меня в ванне, теперь вот это!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
