Читаем без скачивания Нурик. Демиургическая трагедия - Роман Шаманов

— Вот вроде единый госэкзамен ещё даже не ввели, а они уже ничего не понимают, — Буркнул Ньярлварр будто сам себе и осуждающе покачал головой.

— А можно меня обратно? Мне там как-то понятнее.

— Нельзя.

На городской площади, заполненной людьми, перед народом стояли двое: высокая фигура в черном балахоне и лохматый крепкий варяг придурковатого вида, будто ушибся в дороге, но зато в кольчуге. Ньярлахотеп поднял руки вверх и по тучам прокатились молнии.

— Вресноту реку ибо вседушно! — Оглушительно заорал он, задрав вверх капюшон.

— Возглядати, братыя, волхв! — Заголосили одни.

— Воздаяние ганаетъ. — Перешептывались другие.

— Земля наша велика и обилна, а наряда въ ней нѣтъ! — Принялся нагнетать Ньярлахотеп. — Возглядати! Всезлобныя безгодие, брань, велеречие, вериги! — На этих словах тучи сомкнулись на небе и поднялся бешеный ветер.

Молнии начали бить совсем рядом и люди испуганно переглядывались. С каждой секундой становилось холоднее, со всех сторон подступал туман, небо сделалось чёрным от туч. Суеверный народ охватила тревога.

— Во еже вспомогати вам Вышний и вы гобзовати! — Ньярлахотеп поднял ладонь вверх и выдержал театральную паузу, пока небо вокруг ладони прошивали искры молний. Рюрик стоял ни жив, ни мёртв, да искоса поглядывал то на людей, то на конунга Ньярлварра Кижовского.

— Даждь княжити Рюрику-варягу! Дабы возблагодати! — Ладонь Ньярлахотепа сжалась в кулак и на небе оглушительно громыхнуло. — Так возблагодати, что ого-го! Истинно глаголаю, Рюрик? — Ньярлахотеп еле заметно пихнул локтем викинга.

— Э, ну… Ого-го!

— Ей, люд ладожскай?! — На этом возгласе Ньярлахотепа молния ударила по центру площади, чудом никого не задев. — Ей?!

— Ей, ей! — заорали со всех сторон — Живити, избави Пярун от лиха сваво, ой люли-люли!

Свершилось.

На следующий день Рюрик сидел в ратуши и писал письма братьям Синеусу и Трувору, чтобы тоже приезжали, а также брату Огдару, чтобы не приезжал, ежели жизнь дорога. В голове был полный бардак, даже аппетит пропал. Шишка на голове болела, но душа болела ещё сильнее, особенно там, куда пришелся вчерашний удар конунга.

Перепуганные люди побежали разносить весть о воле богов по всем сёлам и весям.

На Руси затевалась новая жизнь: весёлая и исторически выверенная.

— Ньярлварр… ну ты это… бутылку хоть верни — вон в кармане у тебя торчит, я всё вижу.

— Хрен тебе, Рюрик, — это моя плата будет за хлопоты. — Буркнул Ньярлахотеп, даже не взглянув на княжий светлый лик.

— Так ты это всё за бутылку затеял, что ли? — Опешил Рюрик и даже выронил писало от нелепой догадки.

Ньярлахотеп посмотрел на князя, как на вчера ушибленного, махнул рукой, вышел в закат и растворился в пространственно-временных лабиринтах.

Ньярлахотепа обокрали

Ньярлахотеп уже три дня подряд пил водку "Шаман" в кижовских гаражах. Обмывал карьерный рост по случаю вступления в должность председателя ГСК. Прежний председатель Йог-Сотот Аутлуков окончательно отбыл в Агаповку после консультаций с Советом Богов. На Совете, очевидно, решили, что эти два древних экстремиста спелись и покрывали друг друга, поэтому их следовало разделить. Теперь же Ньярлахотеп сидел с початой бутылкой и ожидал возможного прибытия нового потустороннего напарника. Охранять закопанный под гаражами летающий храм Йеба по инструкции надлежало двум аватарам великих сущностей, а не одной.

Когда за окнами будки председателя ГСК засвистел шквальный ветер и почерневшее небо накрыло землю пляшущими тенями, Нурик понял — напарник где-то рядом.

За прошедшее время Нурик и Аутлуков не исполнили волю Совета и не поднимали в небо Летающий Храм, ссылаясь на предполётную подготовку. При этом подготавливать надлежало не только и не столько Храм, сколько общество. Варианта два: апокалиптический и конспирологический. Первый подразумевал громогласное исторжение из земли чудовищной машины на глазах у публики, что всегда приводило к религиозным экзальтациям и появлениям безумных пророков. Второй же более хитрый и сложный, когда нет особенного шума, но есть огромный кратер на месте бывшего залегания Храма, а также сходящие с ума военные радары. Похоже, что принимать решение придётся уже с новым напарником, кем бы он ни был.

Стихия разгулялась быстро. Ньярлахотеп закурил сигарету "Полёт" и вышел из будки, глядя из-под глубокого капюшона на ураганное светопреставление. Становилось холоднее с каждой секундой и вокруг гаражей быстро образовался туман. Исчезли птицы и забилась по норам прочая живность. Пустырь будто отделился от прочего мира стихийным занавесом.

Нурик осматривал происходящее своим потусторонним взглядом и не мог уловить источник природных возмущений. Некоторое недоумение вкралось в мысли древнего зла, поскольку никаких загадок этот мир для него таить не должен был. Ньярлахотеп продолжал стоять и дымить сигаретой, когда туман заискрился и из него медленно выплыл длинноволосый старик в бесформенных лохмотьях. Глаза старика были полностью белыми, как и его волосы.

Нурик всмотрелся в пришельца, но не мог разглядеть ничего, кроме оболочки. Что-то явно было не так.

Старик неспешно приблизился к Ньярлахотепу и обратил на него невидящие очи. Глаза духа зла заклубились тьмой и так же вгляделись в белки странного визитёра.

Сделав очередную затяжку, Нурик решил первым прервать эту битву взглядов.

— Ты кто?

Старик приоткрыл рот и поднял указующий перст к небу.

— Я… никто! — проскрипело седокурое нечто.

— А чего хотел?

— И ты… никто!

— Ну и что? — Осведомился ничего не понимающий Нурик.

— И будешь ты никем… нигде… никогда… — Продолжал городить загадки странный дед.

Ньярлахотепу ситуация начала надоедать. В этом мире говорить загадками и нести зловещую околесицу — его прерогатива, а не каких-то непонятных пенсионеров. Однако дед был непростой и будучи в материальном обличье Нурик Хотепов не мог проникнуть в суть этого существа. Надо было что-то решать, потому что разговор явно не задавался.

Сбоку послышались лёгкие шаги и к двум потусторонним демагогам невесть откуда подошла Настенька — помощница мэра Кижей Матвея Безгрешного. Ньярлахотеп скосил на неё удивлённые глаза, тогда как старик никак не отреагировал.

— Здравствуй, дедушка — Приветливо прощебетала Настенька, чем ввергла Нурика в ещё большее замешательство, — Так мило, что ты заглянул в нашу сансару.

Озадаченное древнее зло переключило внимание на Настеньку.

— Ты что тут делаешь? Знаешь этого деда?

Настенька подмигнула в ответ и мило улыбнулась. Пока Нурик глядел на девушку и ждал ответа, нечто костлявое ухватило его голову, сжало и Нурик почувствовал стремительное развоплощение. Материальный мир утекал горным потоком, из которого вышвырнуло ползущего хаоса Ньярлахотепа на берега иных реальностей.

Нурик вновь обрёл контроль над своей сущностью, сфокусировал ошалевший взгляд и понял, что лежит на импровизированном полу Совета Богов в человеческом обличье.

— А? Ч-что случилось? — Кое-как провертел он языком, словесно дублируя пущенную по совету вопросительную мыслеформу.

— ХРАМ ЙЕБА СПИЗДИЛИ! — Прогремел ужасающий вой одновременно всех клубящихся божеств, заседающих