— Где я ее оставила?
— На тумбочке.
Слова излишне. Женщина закусила губу и смело направилась туда. Старалась не смотреть на кровать, ту часть, где она провела ночь, а только на тумбу.
Вот она! Руки дрожали, кленки странно подергивались — Калинина нервничала, не понимая, почему ее так волнует тот факт, что она вновь в том же номере с ЭТИМ МУЖЧИНОЙ.
«Нужно уходить!» — подумала и резко обернулась, оказавшись в сильных руках мужчины. Дмитрий смотрел на нее хищно, как на добычу. Понимая, что ситуация вышла из-под контроля, она выдохнула:
— Отпустите…
— Чего боишься? Меня или себя?
— Вы… не должны так себя вести.
— Предлагаю, когда мы одни, перейти на «ты».
— Дмитрий…
— Ты ведешь себя странно, заставляя волноваться о тебе, — он сделал паузу, а потом продолжил: — Я хочу помочь. Что я могу сделать для тебя?
— Ничего! — в панике бросила Калинина. Слова путались, мысли терялись. — Мне нужно домой.
— Думаю, тебе не стоит идти домой… к нему.
— Он мой муж.
— Не заметил, что он питает нежных чувств.
Женщина попыталась отдалиться, но мужчина крепко держал, всем своим видом показывая, что не собирается отступать.
— Не тебе судить.
— Пусть так, но я не отпущу к нему. Или хочешь быть жертвой?
— Нет, не хочу. Но я не буду с вами…
— Со мной. Мы перешли на «ты».
— Хорошо. Но я… и ты, — набралась смелости и выпалила на одном дыхании: — Я не буду с тобой спать!
Зорин молчал, а потом кивнул и отпустил.
— Пусть так. Но ты… мне нравишься. Нежная, добрая, о тебе хочется заботиться. Поэтому предлагаю поехать на квартиру. Там есть лишняя комната.
— Нет, я не могу.
— У тебя есть выбор?
— Нет, но это неправильно.
— Мы все равно работаем в одной организации. Первое время будешь здесь, а потом уедешь.
— Нет, я так не могу. Это неправильно, тем более после того, что произошло.
— А что произошло?
— Вы… издеваетесь?
— Нет, но мы взрослые люди. Я хотел отдохнуть с красивой, интересной женщиной, ты… желала тепла и любви. Мы получили то, в чем нуждались, и сейчас… мы друзья.
— Друзья? Мы не друзья!
— Я предлагаю быть друзьями.
— Нет. Простите, — попыталась вырваться, но мужчина даже не шелохнулся, продолжая удерживать.
— Тоня, ты можешь быть у меня первое время. Когда дадут деньги и будет возможность снять квартиру или комнату, то уйдешь. Обещаю, я тебя не трону. Но… чего не могу себе позволить — уйти девушке на улицу, когда она в отчаянии. Тем более… скоро праздники.
Калинина растерялась. Не знала, что сказать. Она отвернулась, пока слова мужчины не отрезвили.
— Не переживай, я никогда не обижал женщин и не намерен в будущем. Ты в любой момент можешь уйти. Только главное — предупреди, чтобы был в курсе.
— Если так, то мы… никому…
— Да, можешь не переживать. Я не хочу, чтобы у тебя были проблемы, — заверил Зорин, тут же отпуская девушку, поднимая руки, давая понять, что не держит.
Столько мыслей, столько сомнений. Антонина отвернулась, не зная, как поступить. Она не знала этого мужчину, но видела, как он общается с коллегами, как его уважают. Он не должен обмануть. Если бы так, то их ночь закончилась ужасно. И ведь он не признался на работе, что знает ее. Значит… она может позволить себе поверить его словам. Они будут друзьями. И как только появятся деньги — она съедет из его квартиры.
Скромно улыбнувшись, Калинина кивнула и смущенно проговорила:
— Спасибо большое за предложение! Я… согласна, — заметив, как мужчина на мгновение закрыл глаза, смутилась, а потом добавила: — Но мы… будет только друзьями.
— Отлично, — довольно согласился Дмитрий и показал рукой в сторону выхода. — Тогда прошу на выход. Мы едем… домой.
Что-то слишком хищное было во взгляде мужчины, в его словах, но Антонина посчитала, что ей кажется. Она просто переживала. Все будет хорошо!
Глава 8
Просторная квартира. Особенно по душе пришлась гостиная. Светлая, без лишних загромождений с панорамным окном с видом на небольшой скверик. Белоснежные диваны, стенка черного цвета и декоративный электрический камин. Гармонично и со вкусом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Женщина стояла в проходе и боялась посмотреть по сторонам. Столько сомнений кружило в голове, что она терялась, не зная, как быть. То, что не сможет быть с мужем, Антонина понимала, но как же больно вот так рвать нити их связи. Столько лет… в пропасть. Ведь было не только плохое, но и хорошее, чудесное. И сейчас она все перечеркивает.
И еще смущало, что она переехала к незнакомому мужчине. Да, с которым переспала в первую же встречу. До сих пор не верила, что там могла поступить.
Тяжелый вздох прозвучал как приговор. Калинина с силой провела ладонью по лбу, пытаясь разобраться в себе. Не помешало бы.
— Тоня, продуктов нет, так что поужинать можно в местном ресторанчике. На обратном пути заедем в супермаркет.
Вдруг стало страшно. Все так быстро происходило. Казалось, Зорина совсем не смущал тот факт, что она будет с ним жить… некоторое время. И почему он называет ее столь просто? Калинина обернулась и поспешно сказала:
— Я… не хочу. И нам не нужно.
— И что… нам не нужно? — как-то чересчур спокойно поинтересовался мужчина, начиная двигаться в сторону женщины.
Ощущая себя добычей, которую хищный зверь загоняет в западню, Тоня сделала шаг назад, ощущая спиной стену, и сбивчиво объяснила:
— Мы не должны обедать, вместе ходить…
Тише и тише звучали слова. Чем ближе подходил Дмитрий, тем сильнее реагировала Антонина. Она буквально вросла в стену, не в силах сдвинуться. Особенно когда Зорин оказался рядом. И пусть между ними было расстояние, но женщине казалось, что он занимает все пространство, не оставляя ей возможности быть подвижной.
— И почему же? Никто не отменял общение. Так делают все друзья. К тому же… тебе не стоит пропускать прием пищи, или скоро будешь светиться.
Не желая никуда ходить, и чувствуя себя обязанной, ведь Дмитрий ее приютил, Антонина предложила:
— Я могу приготовить, — она облизнула губы и более уверенно продолжила: — Я хорошо готовлю. В ресторан… не хочу.
Взгляд мужчины заставил нервно сжаться. И почему она не поняла тогда в клубе, что собеседник не так прост, как показалось? Опасный, пусть при его располагающей внешности. Или ей так кажется?
— Хорошо. Давай дома, только я буду помогать. И это не обсуждается.
— Договорились, — выдавила женщина, считая, что надолго его не хватит. Мужчины не любят помогать по кухне. Однозначно.
— Но тогда нужны продукты. Ты напиши, что нужно, а я быстро съезжу.
Антонина кивнула и только сделала шаг, радуясь передышке, Но влетела в выставленную руку мужчины. Зорин перегородил ей путь. Она сглотнула и открыла рот, желая попросить мужчину отодвинуться, ведь они стояли еще ближе, отчего она слышала его громкое сердцебиение.
— Сумка в коридоре, — сухо произнес мужчина, не отрывая глаз от ее лица.
Оставалось только кивнуть и поспешно рвануть в гардеробную, что Антонина и сделала. Она схватила сумку, не понимая, почему ее руки дрожат, и, достав блокнот, написала все необходимое. Посчитав, что этого хватит, развернулась и встретилась с пронзительными глазами мужчины. Зорин стоял позади нее. Женщина выдавила улыбку и протянула ему листок со словами:
— Надеюсь, ты любишь русскую кухню.
— Я всеядный, — на лице мужчины отражалось удовольствие.
— Отлично.
— Тогда ты можешь пока устраиваться, а я покину тебя. Ненадолго.
— Хорошо. А там… есть лишняя комната?
— Только одна спальня. Буду рад уступить ее тебе.
— Нет. Я не могу, это неправильно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Там решим. Шкаф-купе пустой, хватит на двоих. Но пока у тебя нет вещей… ты можешь взять мою футболку. Думаю, на тебе будет выглядеть как платье.
Она кивнула и просто стояла, дожидаясь, пока мужчина уйдет. Дмитрий кивнул и вышел, оставив гостью одну.
