— Нет!.. — Барбро вскочила с кресла. Кулаки были сжаты, слезы катились по скулам. — Вы не можете… не притворяйтесь! Эти твари украли Джимми!
Она выбежала из гостиной и помчалась наверх, в свою комнату.
И все же она сама допела эту песню. Случилось это семьдесят часов спустя, на привале в тех равнинах, куда не забредали еще даже рейнджеры.
Она и Шерринфорд ничего не ответили семейству Айронсов на мольбы оставить в покое запретные земли. Отправившесь на север, они поначалу не очень-то разговаривали. Однако помаленьку он принялся выспрашивать ее о том, как она живет. Скоро она почти перестала горевать, вспоминая о семье и друзьях-соседях. Это вело к другим открытиям: оказалось, что он, за своей профессиональной сдержанностью, лакомка, любитель оперы и вполне оценил ее женскую привлекательность, а она все еще может смеяться и находить очарование в дикой природе вокруг. С долей раскаяния она поняла, что в жизни остались еще надежды, кроме надежды отыскать сына, которого дал ей Тим…
— Я убедил себя, что он жив, — сказал детектив. Он помрачнел. — Честно говоря, я жалею, что взял вас. Мне казалось, что это будет лишь поездка за фактами… но оборачивается все это большим. Если мы имеет дело с реальными существами, похитившими его, они могут нанести и реальный ущерб. Мне следовало бы повернуть к ближайшему посту и вызвать за вами самолет…
— Черта с два это вам удастся, мистер, — сказала она. — Вам нужен кто-то, кто знает отселенцев и здешние условия, а уж я в этом разбираюсь.
— М-мм… да ведь это и задержит нас, правда? Кроме того, мы не сможем соединиться с аэропортом, пока не утихнет солнечный шторм…
На следующую «ночь» он извлекал и устанавливал оставшееся оборудование. Кое-что она узнала, например, термодетектор. Другое было ей незнакомо: по его заказу эти приборы скопировали с совершенной аппаратуры его родного мира.
Он мало что объяснял ей.
— Подозреваю, что те кого мы ищем, имеют телепатические способности… — сказал он, словно извиняясь.
Глаза ее расширились:
— То есть, это может быть правдой — что Царица и ее народ могут читать мысли?..
— Это часть ужаса, окружающего легенду о них, не так ли? Ничего необычного в этом явлении нет. Оно было изучено и определено века назад, еще на Земле. Есть даже материалы в ваших микрофильмах. Вы, роландцы, просто не сумели их отыскать…
— А как оно действует?
Шерринфорд ощутил, что она спрашивает, чтобы узнать и успокоиться, поэтому ответил намеренно сухо:
— Организм генерирует очень длинные волны, которые в принципе может промодулировать нервная система. На практике слабость сигнала и низкий уровень передачи информации не дают их засечь и расшифровать. Наши предки полагались на более надежные чувства — зрение и слух. Телепатические способности у людей пока исключение. Но исследователи обнаруживали внеземные расы, которым эволюция дала возможность развиться в этом отношении. Они вполне могут улавливать слабые излучения человека и заставлять примитивные наши чувства резонировать в ответ на свое сильное излучение.
— Ведь это многое объясняет, правда?.. — прошептала Барбро.
— Сейчас я накрыл наш вездеход экранирующим полем, — сказал Шерринфорд, — но оно тянется лишь на несколько метров. За ним их лазутчик может получить из ваших мыслей представление о моих намерениях, если вы будете точно знать, чего я хочу. Моя подкорка натренирована и проследит, чтобы я думал только по-французски. Ведь чтобы общаться, нужно выстраивать структуру, а у этого языка совершенно иная структура, чем у английского. Английский — единственный человеческий язык на Роланде. И если Древний Народ существует, он его знает…
Она кивнула. Он рассказал ей об общем плане, который был вполне очевиден и не стоил того, чтобы его скрывать.
Задачей было установить контакт с чужими, если они существуют. Если же они обладают способностью вызывать галлюцинации, им очень легко скрыться от любой большой и хорошо оснащенной экспедиции, проходящей по их территории. Но два человека, нарушившие все запреты, имеют шанс. Они выглядят не настолько опасными, чтобы не приблизиться к ним. И… тогда это будет первая человеческая экспедиция, не только исходящая из уверенности, что аутлинги есть, не просто встретившаяся с ними, но и снабженная новейшей, инопланетной полицейской техникой.
На этой ночевке ничего не произошло. Шерринфорд сказал, что он и не надеялся на это. Древний Народ до сих пор был осторожен. Но в своих собственных владениях должны стать храбрее.
Следующей «ночью» машина стояла уже в низине. Они вышли. Барбро приготовила поесть на походной печке, пока он собирал хворост — хотел порадовать себя костром. Он часто поглядывал на свое запястье. Часов там не было — вместо них был надет датчик, показывающий то, что регистрировали приборы внутри вездехода на расстоянии.
— Здесь чудесно, — сказал Шерринфорд. Они закончили ужин и еще не успели разжечь свой костер.
— И странно… — тихо ответила Барбро. — Интересно: вдруг все это и в самом деле только для нас… Если б можно было надеяться…
Черенок его трубки указал на звезды.
— Человек попадал в места и куда более странные.
— Да? Наверное, это просто что-то, оставшееся от моего детства в отселении, но вы поймете. Стоя под звездами, я не могу думать только о шарах раскаленного газа, чью энернию можно измерить, по чьим планетам ходят прозаические ноги. Нет… они маленькие, холодные и волшебные: когда мы умрем, они будут шептать над нашими могилами. — Барбро взглянула на него. Понятно, все это чушь…
В сумерках ей было видно, как отвердело его лицо.
— Ничуть, — сказал он. — С точки зрения эмоций физика не меньшая чушь. В сердце своем человек на рационалист. Он может перестать верить в науку, если почувствует, что она неверна.
Он помедлил.
— Та баллада, что не допел мальчишка… — сказал он, не глядя на нее. Почему она вас так задела?
— Не могла слышать как их, этих… восхваляют. Или так мне показалось. Извините.
— Думаю, что эта баллада — одна из очень многих.
— Я никогда их не считала. Культурная антропология — это то, чем у нас на Роланде нет времени заняться, или, точнее, нам это не приходило в голову при всех наших делах… Но сейчас, когда вы сказали… да, удивительно, что очень многие песни и истории несут этот сюжет, об Арвиде.
— Вам не тяжело будет продекламировать ее?
Ей удалось засмеяться.
— Я могу и спеть, если хотите. Дайте мне достать литару и подготовиться…
Она опустила на этот раз гипнотизирующую хоровую строку, оставив ее лишь в самом конце.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
