И смотрело это прелестное создание на своего мужа, как на божество, сошедшее с небес. Между прочим совершенно зря. Расстались они странно. Когда пришедший военный чин велел всем провожающим в течение пяти минут покинуть двор комендатуры, барышня стала вдруг что‑то горячо шептать на ухо своему дружку. Потом топнула ножкой, махнула в сердцах рукой и в слезах убежала.
За время пути до границы Армандо несколько раз столкнулся с красавцем. Звали его, кажется, Антонио. Да, верно, Антонио Эрнари. Был он и красив, и неглуп, но не настолько, чтобы не пасть жертвой королевской пропаганды. В своей группе парень был признанным лидером, все ему в рот смотрели, не только жена.
Напрасно. Лидером должен быть кто поумнее, тот, кто способен мыслить самостоятельно. Армандо пытался ему объяснить, что их глупо гонят на убой. Приводил примеры, доказывал. Ничего не помогало: парень остался глух. Поначалу просто осаживал и высмеивал, обзывал девчонкой и намекал, что Армандо трус. Мало того, он обвинил его в упадочных настроениях, а затем сдал страже как подстрекателя с дезертирству. Идиот.
От стражи Армандо сбежал на первом же привале. К нему приставили двух деревенских увальней, так что же удивляться? Удержать мага — мастера иллюзий не с их квалификацией. С тех пор он числится преступником, живет под чужими именами и уже стал забывать свое настоящее лицо…
Тогда он сбежал в лес, построил землянку и просидел там почти полгода, чтобы его история забылась.
А потом Армандо вышел к людям и узнал, что никто из тех, кто был тогда с ним, не выжил. Из Долины магов не вернулся ни один. Выходит, Антонио спас ему жизнь, сдав страже. Пусть он теперь вечный беглец, зато живой.
Все же он оказался до отвращения сентиментальным. Бросился выручать девчонку в память о том, кто поступил с ним отвратительно. Ну и что, что это спасло жизнь? Антонио‑то имел в виду совершенно другое. Но теперь Армандо чувствовал себя должным покойнику. Да и девочку жалко. Вон как этот капитан на нее нацелился.
Все это сошло бы за оправдание своего глупого поведения, если бы выгорело. Но сейчас, по здравом размышлении, Армандо понимал, что поступил не просто глупо, а по — идиотски. И девчонку подставил, и себя засветил. Импровизации хороши, когда тщательно проработаны заранее. А тут… Даже если бы его авантюра, продиктованная мгновением, сработала, девочка вместо армии загремела бы в тюрьму с ним за компанию.
Капитан с дурацкой фамилией Лапунда не из тех, кто стал бы миндальничать. Схватил бы обоих и потащил разбираться. Тут бы и выяснилось, что никакого Лиселио Гаспарди не существует в природе. Сдали бы его магам — дознавателям… И сам бы пропал, и девчонку за собой бы потянул.
Так что хорошо, что не срослось. В результате оба целы. Конечно, капитан потянет куколку в койку, тут двух мнений быть не может. Но, в сущности, девчонки для этого и существуют, разве не так?
Глава 3
Мне почему‑то казалось, что в комендатуре капитан быстренько подпишет нужные бумажки, а дальше мы с ним отправимся в крепость телепортом. Конечно, это дорогой вид транспорта, но на армейских‑то нуждах у нас экономить не принято.
Наивная!
В комендатуре была огромная очередь из таких же как Лапунда, вояк — снабженцев. Мы просидели до закрытия, и счастье, что успели сделать все бумажки за сегодняшний день. Это я так говорю: просидели. Сидела я, а Лапунда метался туда — сюда. Кроме мага, ему надо было принять на службу двадцать четыре новобранца, закупить кучу всяческих вещей и продуктов и организовать обоз до крепости. Вот он и бегал, время от времени проверяя, как там движется очередь. Я же сидела ее караулила.
Прибегавший из очередного рейда капитан усаживался рядом, чтобы отдышаться, и заодно вкратце пояснял, что ждет меня впереди.
До Симсаны нам предстояло добираться обозом в течение двух декад. Не то что телепортом, просто верхом было бы втрое быстрее, но волы — животные тихоходные, а в телеги полагается впрягать именно их.
Я удивилась такому правилу, на что капитан заметил, что армейский порядок гораздо разумнее, чем это кажется глупеньким девицам. Волы не только тягловая сила, но и запас провизии.
Услышав такое, я сморщилась от отвращения. Фу, гадость какая. У нас волов отродясь не ели, мясо у них жесткое и невкусное. Но солдат никто не жалеет, кормят чем попало.
Лапунда же свысока надо мной посмеялась. Если я боюсь, что меня будут кормить гадостью, то напрасно. Я же не солдат, а маг, у них рацион получше. А уж хорошенькая девушка всегда найдет способ питаться тем, что ест сам полковник.
Это он на что намекает?
Наконец очередь дошла до нас и я поняла, почему мы так долго сидим. Документы принимал молоденький парнишка. Но молодость — это был наименьший его недостаток. Вообще непонятно, как такое недоразумение попало в писари. Он читал по слогам, а писал… Можно сказать, что печатными буквами. А ему необходимо было переписать список новобранцев аж в три книги, затем на каждого заполнить формуляр, снять копии со всех накладных, которые принес ему капитан Ансельмо, и подшить их в специальную папку. И это не считая оформления меня любимой. Я предложила мальчику помощь мага: снимать копии нас научили еще на втором курсе. На его месте я бы обрадовалась, но паренек отказался: не положено.
Он сидел выводил каракули, а я тихонько закипала рядом.
И тут меня как ударило: а ведь его нерасторопность мне на руку! Если дотянуть до закрытия, я смогу так заморочить ему и Лапунде голову, что ухитрюсь не поставить свою подпись на контракте.
Я тут же принялась подыгрывать бедолаге, краем глаза сверяясь с огромными часами на башне за окном. Сейчас уже пять, в шесть комендатура кончает работу, если удастся притормозить процесс…
Особых усилий от меня не потребовалось. Мальчишка справлялся с задачей без посторонней помощи. На троекратное повторение списка ушла куча времени, а уж накладные его и вовсе загнали в ступор. Капитан поначалу рыкнул, но это вместо ускорения вызвало экстренное торможение, так что он более не встревал. Бубнил что‑то неразборчивое себе под нос, и все.
Наконец дошла очередь до моих документов. Парень достал специальное зачарованное перо, проверил направление и мой диплом, списал оттуда данные в контракт…
И тут раздался звон часов на ратушной башне. Шесть! Конец рабочего дня.
Парень равнодушно положил перо на место и предложил мне прийти поставить подпись завтра с утра без очереди. Я готова была его расцеловать.
К моему удивлению Лапунда не выразил недовольства. Казалось, его все устраивает. Он обмолвился, что зачарованное перо и в крепости найдется, так что задерживаться незачем. Спокойно встал, собрал со стола документы вместе с моим неподписанным контрактом, сунул в папку и потащил меня на выход.
