Так она доплелась, стараясь попадать в следы Криса, до большого сарая. Внутри им в нос ударил аромат свежего сена и острый запах старой кожи.
Лошади били копытами.
– Мне потребуется несколько минут, чтобы запрячь лошадей. – Крис перевернул вверх дном большое ведро. – Посидите на нем. Когда все будет готово, я вас позову.
Джулия, сидя на ведре, осматривалась вокруг себя. Она слышала, как Крис ласково разговаривает с лошадьми, выводя их из стойла. Она подошла к двери сарая и залюбовалась открывшимся перед ней заснеженным ландшафтом. И в который уже раз в ней заговорило любопытство: интересно все же, что представляет собой это место, где она случайно оказалась?
Рождественский мотив не ограничивался стенами дома, праздник выплеснулся за его пределы и давал о себе знать многочисленными приметами.
Две большие колонны на переднем крыльце здания были расписаны красными и белыми полосками, придававшими им сходство с гигантскими леденцами. На ставнях окон висели огромные венки из еловых веток, перевитые красными лентами, парадную дверь украшала сверху гирлянда из блесток.
Хозяин дома, безусловно, любит Рождество, но Джулии казалось, что дело не только в этом. Мейбл назвала это место «Северным полюсом», а Джулия могла побиться об заклад, что из окна своей комнаты видела живого оленя.
Крис Крингл… Это, конечно, не его настоящее имя, думала она, усаживаясь обратно на перевернутое ведро. Псевдоним, наверное, который он сам себе взял. А может, прозвище.
Джулия поднялась со своего сиденья, и через боковую дверь они оба вышли к сверкающим красным саням. Кони рыли копытами снег и, словно пританцовывая, перебирали нетерпеливо ногами на месте, выпуская из ноздрей струйки пара.
Крис вскочил на облучок и подал руку Джулии.
После того как она устроилась рядом с ним, он укутал ее колени толстым одеялом. По его знаку лошади тронулись, и сани заскользили мимо искрящихся сугробов.
Хотя от встречного ветра у Джулии покалывало щеки, а пальцы на ногах, поначалу просто замерзшие, теперь и вовсе окоченели и потеряли чувствительность, она испытывала приятное волнение от свежего воздуха, тонких голосов поддужных колокольчиков и успокаивающего тепла крепкого бедра Криса, прижатого к ее ноге.
На выезде из ворот Джулия заметила огороженный участок, где несколько оленей, вытянув шеи, проводили сани глазами. И тут же ей бросилась в глаза большая вывеска, гласившая: «Северный полюс. Дом Санта-Клауса».
– Что, собственно, это означает? – обратилась она к Крису, разрумянившемуся от ветра и ставшему еще привлекательнее.
– Как – что? Северный полюс! – поддразнил он ее.
– Это я понимаю. Но тут ваш дом, что ли?
– Да, тут мой дом, моя работа, мои мечты, моя жизнь. – Ее замешательство вызвало у него улыбку. – «Северный полюс» не что иное, как туристическое заведение. Мы принимаем каждый год сотни детей. И развлекаем их.
– Развлекаете? Чем же?
– У нас есть мастерская, в которой гномы якобы делают рождественские игрушки. Мини-зоопарк с бродячим зверинцем, заполненным дружелюбными четвероногими. Мейбл печет рождественские лакомства и варит бочки горячего шоколада, а мы поем гимны и рассказываем веселые истории. И уж конечно, в довершение всего они встречаются у нас с самим добряком в красном облачении. В его роли выступает Крис Крингл собственной персоной. – Он улыбнулся Джулии.
Джулия стала шевелить пальцами в огромных ботинках Мейбл, надеясь их согреть.
– Крис Крингл… Это небось не настоящее ваше имя?
– Настоящее. – Крис натянул вожжи, заставляя лошадей перейти с рыси на шаг. – Моих родителей звали Эд и Сара Крингл, они обладали редкостным чувством юмора, которое в детстве я не всегда мог оценить по достоинству.
– Вас дразнили?
– Еще как! На протяжении многих лет моим товарищам по школе не надоедало приставать ко мне с вопросом, где мой олень. Став взрослым, я решил не противиться предначертаниям судьбы, купил девять оленей и всей своей деятельностью повторил образ жизни моего тезки.
– Но вы ничуть не походите на Санта-Клауса, заметила Джулия. Сейчас ей трудно было поверить, что этого человека в расцвете сил и мужской красоты она могла принять за веселого проказливого старикашку.
– Ну, вы же еще не видели меня в красном костюме с побеленными волосами и бородой, – возразил Крис и сильно натянул вожжи, так как они начали спуск со знакомой Джулии возвышенности. Вот где-то здесь поблизости должна быть ваша машина, – сказал он, миновав трудный участок.
– Вон, вижу! – ткнула пальцем Джулия. На самом деле она видела только красный капот двигателя, силой удара поднятый вверх, а весь корпус засыпало снегом. Крис остановил сани, они сошли наземь и приблизились к тому, что недавно было автомобилем.
Джулия рукой смела снег с передка, которым он стукнулся об дерево, и при виде обнажившейся поломки чуть не разрыдалась. Перед был разбит всмятку, ветровое стекло напоминало треснувшую яичную скорлупу.
Если бы Крис случайно не наткнулся на нее, она бы, наверное, замерзла насмерть, подумала Джулия. При этой мысли холодок пробежал по ее спине. Она обхватила себя руками и молча смотрела, как он открыл дверцу, вынул из бардачка ключи, отпер ими багажник и вытащил оттуда большой чемодан.
– Это ваши вещи? – спросил Крис.
Джулия кивнула, и Крис сунул ключи под коврик у ног водителя.
На обратном пути ею снова овладело отчаяние.
В глубине души она не переставала надеяться, что Крис преувеличил плачевное состояние автомобиля после аварии. У нее теплилась надежда, что машина, пусть пострадавшая, с разбитым крылом и немного вспученным капотом двигателя, все же окажется при внимательном осмотре пригодной для езды. И тогда она быстренько вскочит на водительское место и помчится что есть духу к уединенной хижине Кейт, прочь от рождественского настроения, которым пропитан весь дом Криса. Но сейчас она поняла, что это невозможно.
– Как вы себя чувствуете? – осведомился Крис, встревоженный ее упорным молчанием. Он заметил, что на морозе ее щеки порозовели, а карие глаза стали как бы еще темнее и казались бездонными. Но в глазах этих в то же время стояла тоска, они не то что жизнерадостности, но явных признаков жизни почти не выражали. Что же такое могло произойти, что причинило ей боль, которую он чуть ли не физически ощущал внутри нее?
– Спасибо, хорошо, – ответила Джулия, слегка дрожа от холода и плотнее заматывая шарф вокруг шеи.
– Замерзли? – Крис придвинулся к ней поближе, к ее ногам, и старательно подоткнул под нее одеяло.
– Я и в самом деле хорошо себя чувствую, – запротестовала Джулия и поджала ноги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
