- Только у меня пока достаточно сил, чтобы сделать это, - отчаянно пытался я убедить его.
- Вот именно, что когда ты доставишь сюда бету, энергия восстановиться. И поэтому только тебе подходит роль проводника. У тебя есть на это силы. У других ее почти не осталось.
- Я тебя не прошу посылать за ней кого-то другого. Я лишь прошу отдать мне обе роли.
- Хорошо, - он внимательно начал всматриваться в огонь. - Давай представим, что каким-то чудесным образом у тебя хватит сил, чтобы стать альфой, - Юрий повернулся ко мне лицом. - Ты не подумал, что девчонка может вспомнить все? - озадаченно спросил он.
- Не вспомнит. Я это знаю, - соврал я. Я думал об этом, но не знал точно, запомнит она меня или нет. Даже если и вспомнит, я смогу с эти разобраться. Сейчас главное, уговорить Юрия, а с этой проблемой я потом справлюсь.
- Почему ты так уверен?
- Для нее будет все как во сне, - небрежно предположил я. - Даже если она меня и вспомнит, она запомнит лишь мой образ, силуэт.
- Это все, конечно, хорошо, - заключил Юрий. - Но я не могу так рисковать. Я долго шел к этой цели, и я не позволю все разрушить глупому мальчишке, который захотел все и сразу.
Я почувствовал, как у меня внутри все зашевелилось. Я знал, что мои глаза уже выдали то бешенство, которое сейчас во мне зародилось, не успел он и предложение закончить.
"Этот глупый мальчишка может убить тебя в считанные секунды", - только и подумал я.
Я еле сдерживал себя в руках. Я такое не прощаю, и не будь он мне нужен, он был бы уже мертв. Возможно, я и не надеялся победить сегодня, но его отношение ко мне я не смогу простить.
- Думаю, мы друг друга поняли, - произнес он и быстро вышел из комнаты, а я остался наедине со своим гневом.
Я снова повернулся к картине. Она смогла меня немного отвлечь. Я задумался, как это нелепо выглядит, когда одна маленькая девчонка может спасти всех от смерти? Я понимаю, что она необычный человек, идентичный в своем роде. Это одна душа, состоящая из огромного количества энергии, которая перемещается из одного тела в другое, из одной жизни в другую. Это скопление огромной кучи информации, накопленной за сотни лет, знания, которые очень трудно достать. И все это в таком хрупком теле. Я до сих пор не могу понять, почему это существо не выбрало мужчину. Каждый раз после смерти одного тела она переходит в другое и всегда женское. Но может, это и к лучшему. Для меня. Будь она мужчиной, мне было бы сложнее добиться своей цели.
Глава 3
Арина
Мы сидели втроем за столом. Я, мама и отец. Я водила ложкой по куриному бульону, от которого меня страшно тошнило. Я не могу есть твердую пищу, потому что мне очень больно ее проглатывать. Как будто я проглатываю осколки стекла. Конечно, мне все трудно проглатывать, но жидкость меньше раздражает мою глотку. Каждый день, практически, одно и то же. Меня и так всегда от еды воротит. Приходиться чуть ли не запихивать ложку в рот. К тому же, эта однообразность меня уже настолько достала, что я каждый раз умираю от желания швырнуть эту тарелку в стену, но как только мои глаза попадают на маму, все проходит, потому что я больше всего на свете не хочу причинить ей боль.
Но именно сегодня даже это не помогло мне забыть о своих страданиях и покорно есть, моля, чтобы тарелка быстрее оказалась пустой. Прошло несколько дней с того инцидента, и все мои мысли были только о нем. Я думала, как рассказать родителям о том, что завтра я не пойду к Диане Александровне. А тут еще проблема с ногами. У меня был шанс, когда родители начали говорить о том, как мне подняться. Сами справятся или позвать кого-нибудь помочь? Может уговорить Диану Александровну поработать на дому, больше заплатить? И тогда я могла вмешаться. У меня был такой хороший шанс. А сейчас я никак не могла даже начать. Какие слова подобрать? Нужно ли что-то умолчать? Я еще не прикоснулась к супу, и я начала нервничать, что скоро мама это заметит. И тогда мне придется начать говорить. Да, и еще, как назло, голова раскалывалась. К счастью, не так сильно, как иногда бывает. Я уже привыкла к постоянной головной боли.
- Как дела с психотерапевтом, милая?- мама настолько неожиданно задала вопрос, что моя рука вздрогнула, и ложка упала в суп. - Есть успехи?
Я взглянула на отца. Мы решили не говорить мама о том происшествии, потому что она бы вспылила и лично пошла бы к моему психотерапевту выяснять, почему в ее клинике я расхаживала без сопровождения. Вот только от него мне тоже было, что утаить.
Я замешкалась, и не знала, с чего начать.
- Ммм..., - промычала я, растягивая время. - Я больше не буду ходить на сеансы к Диане Александровне, - мне показалось, что в моей голове это звучало мягче.
Мама молчала. Сегодня она выглядела немного счастливее, чем обычно. Я не понимала, почему, но я не стала спрашивать. Возможно, она хочет, чтобы я не чувствовала на себе жалость. Если да, то она слишком поздно начала. Но это все не важно, главное, что она улыбается своей прекрасной улыбкой. Ее губы растягиваются в тонкие бледно-розовые линии, и она обнажает свои ровные белые зубы. Ее кожа не казалась такой бледной, как обычно, из-за анемии, которая появилась у нее шесть лет назад. И каково было мое разочарование, когда тот блеск в ее серо-голубых глазах, который так меня радовал, потух, когда ее губы снова сомкнулись в одну прямую черту. Мама около минуты просто смотрела на меня, пытаясь понять, что случилось.
- Что значит, не будешь? - поинтересовался папа, опередив маму.
- Я больше не вижу смысла в дальнейших сеансах.
- Не видишь смысла?! - мама резко встала из-за стола. - Может, это она не видит в них смысла? Да, я знаю, что это она!
Разгневанная мама вышла из столовой. Я на автомате хотела поспешно последовать за ней, но я лишь упала на пол. Почти сразу я почувствовала, как папины руки помогают мне встать и сесть в инвалидную коляску. Маму я уже не видела, и меня пугало, что она собирается сделать. У меня было предположение, что она просто хочет уйти в спальню и постараться усмирить свой гнев, как она, бывало, делала, или хотела выпить настойку пустырника, но, похоже, я ошиблась как в первом предположении, как и во втором, когда обнаружила ее в коридоре. Я поняла, что мама хочет сделать, когда она лихорадочно искала телефон, перевернув все вверх дном.
- Мам, не нужно!
- Нет, нужно! Я ей доверяла, а она вот так с тобой поступила! - бушевала мама, разнося все вокруг. - Это немыслимо! Как она может отказаться? Ей за это огромные деньги платят. Я буду на нее жаловаться, что бы ты ни сказала.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
