– Прошлый раз, помнится, мы захватили упряжку быков и столько эля и гномьей водки, что с трудом доставили их домой, – заметил Слит. – Мы просто опустошили их склады! А вы помните пир после набега! Клянусь Владычицей, это было потрясающе!
Остальные одобрительно зашумели.
Кэн предостерегающе вильнул хвостом и постучал костяшками пальцев по столу, призывая собрание к порядку.
– Вернемся к делу, – сурово заметил он. – Предаваться воспоминаниям можно бесконечно. У кого-нибудь есть проблемы в связи с сегодняшним набегом?
Все промолчали отрицательно качнув головами.
– Отлично, перейдем к деталям. Первый батальон прекрасно показал себя в двух предыдущих рейдах…
– Чертовски верно, командир! Мы всегда лучшие в этом деле, – радостно заметил Глот, командир первого батальона.
– Да, я же сказал. – Кэн обвел офицеров взглядом, опять призывая их к порядку. – Я считаю, что теперь очередь второго батальона. Первый будет в резерве, прикрывать второй на случай непредвиденных осложнений.
Глот явно расстроился и с силой провел когтями по полированной поверхности стола, оставив на ней глубокие царапины.
– Смотри, что делаешь! – резко выговорил ему Слит. – Так от стола ничего не останется!
– Виноват, командир! – пробормотал Глот.
– На этот раз, – продолжил между тем Кэн, – мы возьмем с собой наш собственный фургон. Мы спрячем его в роще у южной окраины деревни гномов. Йетик, трофейная команда должна быть готова к выходу на закате.
Йетик кивнул. Он был старшим квартирмейстером, отвечавшим за все припасы и их распределение. В его ведении находились фургоны и быки, которые их везли.
– Итак, все должны быть готовы к восьми часам вечера. Второй батальон выступает через час после заката, первый – еще через полчаса. Рота поддержки обеспечивает охрану лагеря. На этом все.
Офицеры встали, отсалютовали и молча разошлись.
В обычное время первый батальон отвечал за поддержание в должном порядке городка – от постройки домов до подметания улиц. Второй отвечал за живность – от овец до куриц. Те, кто создал драконидов, не предполагали использовать их в качестве пастухов, но драконидам пришлось этим заниматься, и они даже достигли некоторых успехов. Роте поддержки досталось самое бесполезное дело – фермерство. Все росло крайне плохо, но зерно было необходимо для прокорма животных и как элемент рациона самих драконидов. Поэтому все были согласны с тем, что значительно проще было отнять зерно у гномов, чем вырастить его самим.
Остальные дракониды входили в штабную роту, куда относились Кэн, Слит, офицеры-специалисты вроде Фалкта и Йетика с его интендантами, а также группа бозаков-картографов.
Кэн возвращался к себе в прекрасном настроении. Он любил это время перед набегом. Оно напоминало ему те далекие и казавшиеся теперь золотыми времена, когда он был настоящим воином и испытывал гордость оттого, что командует боевым отрядом.
Конечно, он был горд и тем, что они построили здесь городок и выжили, несмотря ни на что. Но все же повседневная забота о том, как накормить своих людей, не шла ни в какое сравнение с атакой на отряд эльфов, во время которой сносишь мечом их остроухие головы с хрупких плеч. Если бы не маленькие ублюдки-гномы, в жизни, пожалуй, не осталось бы вообще никаких удовольствий.
На самом деле – и Кэн вынужден был это признать, – если бы не гномы, драконидам просто не удалось бы прожить так долго. Мало того что гномы поставляли столь необходимую пищу, – они служили громоотводом для врожденной агрессивности драконидов. Жидкость же, известная как гномья водка и производившаяся, по слухам, из каких-то грибов, хоть немного скрашивала бессмысленность и пустоту их жизни. «Если бы не гномы, – признался себе Кэн, – дракониды уже давно бы перерезали друг друга».
На мгновение Кэн почувствовал даже какое-то теплое, почти родственное чувство к своим многолетним противникам.
Открыв сундук, стоявший у изножья кровати, Кэн достал боевую перевязь и внимательно осмотрел все ремни и застежки. Потом пришло время меча. Он вытащил его из ножен. Лезвие сияло, не видно было никаких следов ржавчины, только пара щербинок – след давних боев. И каждая говорила о снесенной с плеч голове врага. Кэн с удовольствием и гордостью вспомнил об этом. Проведя пальцем по мечу, Кэн достал точило и принялся в очередной раз любовно подравнивать лезвие.
Дракониды всегда отправлялись в набег полностью вооруженными. Они надеялись на лучшее, но были готовы и к худшему. Во время набега применялись только кулаки и учебные деревянные мечи, но в случае крайней необходимости дракониды всегда могли прорваться домой с боем.
Закончив работу, Кэн протер тряпочкой лезвие и убрал в ножны, а точило обратно в сундук. Он надел перевязь, прицепил меч в ножнах. Все готово. Кэн достал из сундука маленькую сумку и высыпал ее содержимое на стол. Там должны были находиться свеча, горшочек с серым порошком и священный символ Владычицы Тьмы.
Священного символа не было!
Кэн почесал затылок, потряс сумку, потом вывернул ее наизнанку. Пусто! Поднеся сумку к носу, он принюхался и скривился.
Гном! Какой-то грязный гном залез в его сундук и украл священный медальон!
Кэн зарычал. Можно было догадаться. Проклятые маленькие волосатые ублюдки! Все его добрые чувства к ним мгновенно испарились. Всех бы поубивал! Единственное, что его утешало, так это мысль о том, что сделает Такхизис с вором, посмевшим присвоить ее медальон.
Кэн в ярости метался по комнате, расшвыривая и круша мебель. Священный медальон был ему необходим! Как он сможет приблизиться к богине без медальона? Остановившись у полки с доспехами, он задумался.
На его груди находился другой медальон с символом Такхизис – пятиглавым драконом. Это был знак его воинского отличия в Драконидской армии – звезда бригадира. Этот медальон священным не был. Маги и жрецы не освещали его на алтаре, но он был в некотором смысле тоже освещен – горячей кровью врагов Ее Темного Величества.
Кэн отсоединил медальон от нагрудника и, тщательно протерев чистой тряпочкой, водрузил на походный алтарь. Он зажег свечу и начал читать молитву. Потом бросил щепотку порошка в пламя, и оно, как всегда, полыхнуло синим огнем. Сосредоточенно глядя на пламя и продолжая читать молитву, он представил себе многоцветного дракона, уносящего его на своих крыльях вдаль, в иной, темный мир…
Стук в дверь и голос Слита, который звал его, вернул Кэна к реальности.
– Что? Уже пора? – крикнул Кэн. Свеча сгорела на добрых два дюйма.
Слит ответил через дверь, потому что прекрасно знал, как может развиваться ситуация, если он не вовремя прервет общение Кэна с Владычицей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
