Читаем без скачивания Повседневная жизнь Японии в эпоху Мэйдзи - Луи Фредерик

Тем временем, пока политические партии и всевозможные фракции выясняли отношения, пока коррупция чиновников превращалась в привычное явление, простой народ в своих надеждах все больше и больше полагался на императора, который, как верили, должен был решить все проблемы, и все больше презирал партии, называемые «фракциями» (хото). Назначение генерала Кацуры лишь усилило национализм, граничащий с милитаризмом из-за напряженности в международных отношениях. Активность русских в Маньчжурии беспокоила англичан, имевших крупные проценты в японской экономике, а сами японцы опасались за сохранение своего господства в Корее. Дипломатическим путем Япония добилась подписания договора с Великобританией, хотя Ито Хиробуми, искавший способа добиться соглашения с царской Россией, касающегося Кореи, был против. Этот договор с Великобританией, заключенный в январе 1902 года, явился для Японии огромной дипломатической победой. Мало того что вновь была подтверждена независимость Кореи и Китая, документ узаконивал право обеих сторон иметь особые интересы (которые при необходимости можно отстаивать) на территории этих государств. В случае войны та сторона, которая не участвует в военных действиях, должна сохранять нейтралитет и препятствовать вмешательству в конфликт других держав. Но если тот или другой участник договора начинает военные действия, то союзник должен также вступить в войну. Этот военный договор был заключен сроком на пять лет. Россия почувствовала, что метят в нее, и попыталась обратиться к Франции, своему союзнику, но безуспешно. Оказавшись в изоляции, она начала выводить войска из Маньчжурии, как это предусматривало соглашение с Китаем, но в апреле 1903 года царь Николай II под давлением своих министров приостановил вывод войск. Между Токио и Санкт-Петербургом развернулась бурная дипломатическая дискуссия. Япония хотела оставить нейтральной границу, отмеченную рекой Ялу между Кореей и Маньчжурией, в то время как Россия предлагала Японии освободить территорию Северной Кореи. Ни одна из сторон не желала уступить. 13 января 1904 года Япония, чувствуя поддержку Великобритании, предъявила России ультиматум, в котором требовала вывести все войска из Маньчжурии в течение пятнадцати дней. Россия ответила неопределенно, и Япония разорвала с ней дипломатические отношения. Война стала неизбежной.

Россия, эта огромная империя, настолько превосходила Японию размерами, что исход конфликта был ясен для всех неискушенных умов. Впрочем, Япония и Великобритания считали иначе. У Франции, союзницы России, были связаны руки, так что она не пыталась противостоять Великобритании, дружественной Японии. Что касается Германии, то она не имела ничего против того, чтобы огромная Россия переключила внимание на свои восточные границы. Если для русских, занятых освоением Сибири, назревающий конфликт в Маньчжурии был небольшой кампанией, которая, несомненно, должна была разрешиться в их пользу, то японцы решились во что бы то ни стало встретиться «лицом к лицу с белыми» и дать им отпор.

Впрочем, нельзя сказать, что перевес войск изначально был у России: ее основные военно-морские базы находились в Балтийском море, то есть очень далеко от Японии, а сухопутные войска можно было перебросить на фронт, лишь используя Транссибирскую железную дорогу, строительство которой в то время было еще не закончено. Кроме того, транспортировка войск занимала очень много времени. Ситуация осложнялась еще и тем, что русские не могли оставить без прикрытия западный фронт, на котором им угрожала Германия. В восточных морях японский военный флот превосходил русский по численности (пятьдесят единиц против двадцати восьми) и был гораздо более современным. На суше русские располагали всего ста пятьюдесятью тысячами солдат, тогда как японцы могли очень быстро перебросить в место сражения более миллиона отлично вооруженных пехотинцев.

Ход событий ускорило сражение на море у порта Пусан в Корее. Японский адмирал Того, чьи военные базы находились в Сасэбо, внезапно без предупреждения атаковал русскую эскадру на якорной стоянке перед Порт-Артуром, продемонстрировав противнику маневренность своего флота. Два дня спустя, 11 февраля 1904 года, когда по синтоистской традиции Япония отмечала юбилей основания империи, император официально объявил войну России. Русская эскадра, блокированная в Порт-Артуре, оказалась бессильной, так же как и крейсеры, блокированные во Владивостоке. Японцы же, сосредоточив в месте сражения огромные силы, используя торговые суда для перевоза солдат, начали штурм Порт-Артура под командованием генерала Ноги. Разыгралось сражение не на жизнь, а на смерть. Порт был хорошо укреплен, и русские доблестно защищали его. Японские войска продвигались медленно, шаг за шагом, до тех пор, пока на море не началась битва русского и японского флотов. Владивостокский флот потерпел поражение, и последние русские суда были вынуждены укрываться в порте приписки.

В Маньчжурии генерал Ояма в двух сражениях разгромил армию Куропаткина, который отступил к Мукдену, где с приходом зимы обе стороны прекратили огонь, оставаясь на своих позициях. В это время в Порт-Артуре продолжались жестокие бои, вести которые становилось все труднее из-за наступивших сильных холодов. После долгих месяцев борьбы генерал Ноги занял господствующие высоты. 2 января 1905 года Порт-Артур был сдан.

На севере у Мукдена бои возобновились в конце зимы. 10 марта, обессилев после потерь в Порт-Артуре, осажденные со всех сторон русские войска покинули город.

В это время русское адмиралтейство уже отправило на помощь дальневосточному флоту эскадру под командованием адмирала Рожественского. Этот флот, состоящий из старых судов и недостаточно обученных моряков, должен был проделать невероятно долгий путь, огибая африканский континент. Эскадра остановилась в Мадагаскаре, где запаслась углем, и, ничего не подозревая, направилась в Японское море. Здесь вовремя предупрежденный адмирал Того устроил ловушку: вся русская эскадра была уничтожена 27 мая 1905 года.

Война могла бы еще больше затянуться, если бы не потрепанная войной японская экономика и не трудности царского правительства в России, пытавшегося обуздать революционный подъем в стране. К тому же Соединенные Штаты, озабоченные тем, как бы Япония не зашла слишком далеко в поисках выгоды, предложили свое, посредничество, которое обе стороны приняли с определенной долей облегчения. 5 сентября 1905 года, после преодоления ряда разногласий, был заключен Портсмутский мир. Он оказался не слитком выгодным для Японии, оставшейся без репараций; однако Россия признала японское влияние в Корее, передала Японии права на строительство железной дороги в Маньчжурии и вывела из нее свои войска. Япония в ответ должна была вывести свою армию. Впрочем, в утешение она получила южную часть острова Сахалин. Результаты оказались несоразмерны с усилиями, затраченными на проведение войны. В очередной раз Запад продемонстрировал солидарность по отношению к притязаниям Японии.

Этот договор спровоцировал волну возмущения в Японии. «Более ста тысяч людей погибли, более миллиарда иен израсходовано ради нашей победы, абсолютной победы! И все это сведено на «нет» из-за инертности наших дипломатов!» — негодовал граф Окума, лидер прогрессивной партии.

По стране прокатилась волна восстаний, вынудившая правительство объявить чрезвычайное положение. Несмотря на это, император все же подписал мирный договор, страсти постепенно улеглись, но министр Кацура подал в отставку: он выиграл войну, но потерял плоды ее.

Западные страны были сильно удивлены: маленькая Япония победила огромную Россию. Они спрашивали себя: как это случилось? Западный мир, привыкший к победам «белых людей», застыл в недоумении, в то время как вся Азия с гордостью приветствовала первых победителей-азиатов.

В самой Японии после всплеска протеста и возмущения, охватившего все слои населения, наступило затишье: несмотря ни на что, японцы гордились своей победой над западным гигантом и с усердием принялись за работу, ибо всегда в минуты отчаяния черпали силы в труде. Их решимость взять однажды реванш заставила журналиста Лео Бирама произнести следующие слова, оказавшиеся пророческими: «Подобно тому, как Англия вышла из своей изоляции в 1903 году и, к всеобщему удивлению, бросилась в объятия Японии, также и соперничающая с ней держава примкнет к ней, преследуя собственные интересы и играя на интересах Японии до того дня, когда, исполненная собственной силы, она отвергнет эту корыстную дружбу и поднимется, могучая и агрессивная, там, где будет развеваться ее флаг».

Война изнурила Японию. В деревнях, особенно на севере страны, свирепствовал голод. Да и в городах жизнь была немногим лучше, хотя промышленность работала на полную мощность. Чтобы не допустить спада экономики и избежать инфляции, новым кабинетом министров во главе с Сайондзи, близким по своим взглядам к либералам, была принята программа, разработанная еще в 1900 году Мацукатой. Правительство взяло курс на восполнение потерь, причиненных войной, на развитие народного образования, что было призвано укрепить моральный облик нации, на увеличение кредитов, на поддержание экономики путем реформ. Но экономический кризис, разразившийся из-за войны, был настолько жестоким, что правительство Сайондзи не могло ему противиться. В 1908 году Кацура вернулся к власти и попытался исправить сложившуюся ситуацию мерами, близкими к самодержавным: были установлены различные налоги и пошлины — позже они должны были быть облегчены — для укрепления экономики; уменьшены бюджетные расходы, подавлялась спекуляция. Все эти меры оздоровили японскую экономику, и понемногу она поднялась на ноги. Соглашения между политическими партиями предполагали смену власти, и в 1911 году Сайондзи сменил Кацуру, встав во главе правительства: кризис миновал, и можно было без всяких опасений вернуться к либерализму.