со своей сокровищницей. Я чувствую большую опасность, и если вы сейчас взорвёте эти бомбы, вы все умрёте! Мне нужно зайти внутрь и разобраться с этой ловушкой.
Кирпичик выдохнул и хотел было повернуть голову ко мне, но вовремя спохватился и продолжил давить взглядом выстроившихся перед ним сородичей.
Не знаю, что они там видели вместо маленького тролля, но мне казалось, что ещё немного, и они просто рассыпятся от страха в пыль.
Молчание затянулось не меньше, чем на минуту, и наконец пришедший в себя Трыг сделал шаг вперёд.
— Мы останавливаем работы, варт, и будем ждать твоего возвращения.
Варт? Облик Анубиса подсказал, что это обращение тролли используют тогда, когда признают полное превосходство кого-то над собой. И обычно используют его только общаясь с королями. Неплохо!
— Хорошо, — довольный собой Кирпичик совсем не по-королевски улыбнулся, но, по счастью, до смерти перепуганные великаны этого не заметили. — А куда идти?
* * *
«Его уже два часа нет!» — взволнованно прошептала Виза.
— У тебя там секундомер, что ли? — буркнул я. — Ты каждую минуту отсчитываешь.
«У меня материнский инстинкт!»
— Успокойся! Я вижу через меню, что он жив. Раз сразу не напали, значит не нападут.
Это я уже говорил не меньше ста раз, но питомица всё не унималась, а вот меня начинало нервировать кое-что другое.
Тролли.
Для лучшего обзора и контроля ситуации я стоял на огромном валуне и чувствовал себя в музее каменных фигур. Или в море. Вокруг, куда-то ни глянь, были только они, и мало кто из них двигался: великаны просто ждали, и это, признаться, выглядело жутковато.
При этом Кирпичика слышали далеко не все, да и те, кто слышал, спустя какое-то время стали кидать на меня совсем другие взгляды. И мне они совсем не нравились.
Видимо, влияние наследия имело хоть и мощный, но кратковременный эффект, и сейчас каменные великаны задавались вопросом: почему это вдруг какой-то малыш заставил их прервать работы.
Да, два часа они держались, а сейчас…
Сначала я услышал шум, а потом увидел, как из-за холма появляется десяток троллей. И они что-то тащили.
Что-то огромное и красное, лежащее на солидных носилках.
— Это что? — спросил я стоящего рядом и всё это время молчавшего Трыга.
— Это дружина королевы, — со вздохом простучал он.
— А что они несут на носилках? Красное.
— Как что? — Трыг удивлённо посмотрел на меня. — Королеву Харангу!
«Нихрена себе!» — пискнула Виза и предусмотрительно скрылась в инвентаре.
Да уж… И тут я внезапно осознал, что никогда не слышал о том, кто управляет троллями. И почему-то был уверен, что это или самый сильный боец, или вообще группа. А тут на тебе — самка, причём каких-то невероятных размеров и странных пропорций… И самое хреновое, что её прибытие вряд ли сулит нам что-то хорошее.
Давай, малыш! Походу, у тебя совсем мало времени.
* * *
До этого дня Кирпичик не знал, что такое страх за свою жизнь. До этого он боялся, но только за маму и папу и иногда, что его наругают. Но за свою собственную жизнь — никогда. А теперь боялся. Он шёл по тёмным коридорам, расталкивая кишащих повсюду красноглазых тварей, и очень не хотел деградировать до камня.
Все это время он слышал зов и теперь, когда его источник был совсем рядом, стал разбирать слова. Не все, но достаточно, чтобы кое-что понять.
Папа оказался прав. Влияние Когра не прошло бесследно: коботы научились мыслить. Не все, но то существо, что звало его, было в какой-то мере разумным. И оно не хотело умирать.
Каменные коридоры становились все шире, и впереди наконец забрезжил свет. Странный и разноцветный свет. А ещё через несколько минут тоннель вдруг оборвался.Кирпичик ошеломленно замер.
Под ним раскинулась кажущаяся бесконечной пещера, и в свете разноцветного мха, растущего на стенах, огромная гора сокровищ в её центре ярко сияла. Вокруг этой горы плотными рядами, тянущимися во все соседние коридоры, расположились серые с чёрными прожилками яйца. Десятки тысяч яиц.
«Какая гадость!» — маленького тролля передёрнуло, когда он вдруг увидел, как торчащая из горы сокровищ трубка вдруг зашевелилась, и из неё появилось ещё одно яйцо.
Оно медленно вылезло и было покатилось, но его тут же поймал подскочивший кобот и унёс куда-то в боковой тоннель.
И этих трубок тут были десятки!
С минуту Кирпичик не мог оторвать взгляда от открывшейся ему картины, но тут раздался звон, и гора драгоценных камней и золотых самородков вдруг зашевелилась. Вскоре из неё вылезла здоровенная чёрная лапа, затем — ещё одна, а потом появилась зубастая морда, усеянная красными светящимися глазами.
Тварь вылезла только по грудь, но и так было понятно, что в ней не меньше двадцати метров.
— Помоги нам! — раздался голос в голове маленького тролля, и он вздрогнул.
— Как я могу помочь? — крикнул он, но ответа не получил.
«Надо работать мысленно!» — догадался Кирпичик и закрыл глаза.
Пещера с сокровищами исчезла, но, как ни странно, само существо и особенно красные глаза тролль всё ещё видел. И самое главное, он вдруг почувствовал его мысли и узнал ответ на свой вопрос.
— Убей всех троллей!
«Да, папа был прав! Это будет непросто».
А ещё папа говорил, что не бывает ничего невозможного! И учил рассматривать по очереди все пути.
Кирпичик откинул страхи и задумался.
Путь первый — убить троллей. Это невозможно.
Путь второй — убить эту красноглазую тварь.
Нельзя. Сейчас, когда он был рядом и чувствовал её, он понял, что кто-то или что-то её очень сильно изменило, и она отчётливо мыслит, и, более того, она неплохая! Она просто хочет жить. Но при этом не может отсюда уйти из-за своего размера.
Тогда остаётся только третий путь.
