я действительно люблю его. Но произошло то, что может произойти только во сне. Его нога выпала, как будто она была искусственной, прилипла к моей руке и потянула её к моей собственной правой ноге. Там конечность ребенка исчезла. Я был очень расстроен. Я быстро прикоснулся к левой ножке ребёнка. Произошло то же самое: левая нога точно так же слилась с моей собственной. Его правая рука, затем левая, а затем и все остальные части его крошечного тела, которые я быстро схватил одну за другой, думая, что они являются отдельными материальными сущностями, оказались такими же иллюзорными, и вся крошечная форма слилась с моим телом, конечность за конечностью, одна часть за другой.
Матаджи смотрела на меня и оценивала мои быстрые движения и моё растущее замешательство. Я тоже пристально смотрел на нее, спрашивая: «Матаджи, что это? Этот ребенок, твой собственный ребенок, это я сам? Неужели я — тот ребенок, который выглядит таким уродливым и любит пинать других, и всегда высасывать из тебя жизненные силы? Скажи мне, это — я сам? Матаджи, скажи мне, пожалуйста».
Я выглядел ошеломленным. Всё мое тело пульсировало от возбуждения. Матаджи рассмеялась по-своему мило. Её раскаты смеха были такими волнующими и продолжительными, что проникли в самую суть моего существа. Моё тревожное состояние, моя мелочная самость, короче говоря, мой поразительный сон — всё исчезло в мгновение ока.
Я очнулся в полном сознании. Было почти утро. Но хотя я больше не спал, я всё ещё слышал смех Ма, звенящий в моих ушах, как будто эхом разносящийся по комнате, в конечном счёте находя свой путь в мир вовне, чтобы смешаться с горизонтом. Это была Матаджи, которая вышла за мои пределы и всё же оставила меня полным. Одна глава моей жизни-сна закончилась. Джей Ма.
Лила шестая
Ивзаключении: весна 1945 года, праздник Васанти Пуджа (поклонение богине Дурге весной) проходил в ашраме Бенарес в присутствии Матаджи. Я тоже был там. Я прошёл через двор, где люди собирались группами. Я прислушивался к их разговору. Кто-то говорил:
«Если бы Матаджи могла появиться в образе Шри Кришны, я бы принял её без колебаний. Видите ли, я рассматриваю Шри Кришну как полное проявление Бога». Я не мог сдержаться. «Брат, — сказал я, — смог бы ты узнать Шри Кришну, если бы он предстал перед тобой в физической форме? Ты когда-нибудь видел Его?» Мужчина не стал возражать, но выглядел крайне смущённым и встревоженным. Я тоже злился, но предпочел отойти.
Я поднялся наверх, где Матаджи гуляла взад и вперед по веранде с видом на часть Еанги. Несколько мужчин и женщин наблюдали за ней издали. Я забылся. Я подошел к ней и хотел пройти с ней несколько шагов. Но я не мог идти, не разговаривая. Я сказал: «Матаджи, почему я говорю о тебе так часто, так горячо и прямо?» Матаджи слушала. Я продолжил: «Когда я болтлив, я чувствую себя раздутым от гордости. Когда слов не хватает, чувствую себя подавленным. Каждый раз я страдаю. Что мне делать?» Матаджи спросила: «Что ты хочешь, чтобы я сделала?» Я ответил: «Матаджи, окажи мне одну милость: заставь меня лишиться дара речи, когда я говорю о тебе. Я думаю, мне не следует говорить о тебе. Вся моя болтовня несёт оскорбление для тебя. Это уже угнетает меня». Я почувствовал облегчение, когда обнажил перед ней своё встревоженное сердце. Теперь была её очередь говорить. Кумир всех обожающих сердец, наконец, открыла свои уста: «Признавая меня своей дочерью, ты можешь говорить то, что думаешь. Тебя не тронет никакой вред. Ты понимаешь?»
Я знаю, что она моя мать, а я — её сын. Из этой преданности когда-нибудь мне может быть дарован настоящий дух служения. И тогда отношения изменились бы на противоположные: она стала бы дочерью, а я, как она обычно меня называет, отцом. Я жду, когда в моей жизни наступит этот день служения.
Слова Ма
Сколько кармы[16] от прежних рождений ещё предстоит отработать! Точно так же, как, например, когда кто-то испортил своё пищеварение, предаваясь чрезмерной и безудержной еде; даже если он позже придёт к бережливой диете, результаты этих мудрых мер не будут заметны сразу.
Таким образом, какова бы ни была природа чьих-либо действий в своё время, человек также должен одновременно наслаждаться и страдать от накопившихся последствий своего предыдущего поведения. В Божьем творении царит совершенная справедливость. В целом, человек рождается в этом мире для того, чтобы пожинать результаты своих добрых дел, а также результаты своих неправильных поступков.
Как насчет последствий любого неуместного или несправедливого поступка, который он совершает в настоящее время? Ему, конечно, придётся их терпеть. Человек наслаждается плодами своих накопленных прежних добрых дел, но ему также придется страдать от последствий своих злых поступков. Воля Всемогущего исполняется. Человек должен воспитывать в себе желание совершать правильные поступки, но даже невозможное становится возможным по Воле Бога. Пусть его лотосные стопы будут вашим единственным прибежищем!
Пока человек руководствуется своими соображениями, всегда есть возможность отклониться от правильного курса. До тех пор, пока человек не осознает, что Творец/Бог и только Он проявляется во всех формах бытия, во всех формах и в бесформенном, необходимы целеустремленность и непоколебимая вера. Такая однонаправленная преданность должна иметь единственную цель — раскрытие Возлюбленного. Жизнь среди людей в духе служения будет полезно всем.
В течение двадцати четырех часов пребывайте в осознании Присутствия Бога. Только тогда может быть надежда на осознание. Кто может предвидеть, в какой момент Он может выбрать, чтобы раскрыть Себя? Вот почему важно всегда бодрствовать.
Глава 4
НЕОБЫЧНЫЕ МАЛЕНЬКИЕ ПРОИСШЕСТВИЯ, ПОКАЗЫВАЮЩИЕ БОЖЕСТВЕННОЕ ВЕЛИЧИЕ МА
1
Говорят, что река Нармада в Гуджарате — это место, где практически каждый камень имеет форму лингама. Поэтому принято заказывать шивалингамы[17] оттуда. Когда Матаджи была во Вриндаване в декабре 1964 года, из Нармады были привезены три лингама для храма в Раджгире. Однако пандиты[18] Вриндавана по какой-то причине не одобрили эти лингамы. Когда Матаджи спросила, что с ними делать, пандиты сказали, что их следует опустить в Гангу. Поскольку Ганга находится далеко от Вриндавана, кто-то предположил, что река Джамуна может послужить этой цели. В тот день, когда лингамы спустили в реку, Матаджи почувствовала сильный холод; на самом деле, она чувствовала себя такой окоченевшей, что не могла встать, и у неё было ощущение, как будто Шива тонет. Затем она послала за пандитами и попросила их найти эти
