Читаем без скачивания Вольф Мессинг – повелитель сознания - Олег Фейгин

– Минуточку, коллега, – Физик углубился в страницы мемуаров, – вот здесь есть кусочек, иллюстрирующий бытовое представление о силе гипнотического воздействия:

«Такими тренировками я занимался более двух лет. Абель научил меня и еще одному искусству – способности выключать силой воли то или иное болевое ощущение. Когда я почувствовал, что время настало и я научился собой вполне владеть, я начал выступать в варьете Зимнего сада – Винтергартене.

В начале вечера я выступал в роли факира. Заставлял себя не чувствовать боль, когда мне кололи иглами грудь, насквозь прокалывали иглой шею… Много лет спустя я весело смеялся, читая в умной и грустно-веселой книге Всеволода Иванова «Приключения факира» о подобных неудачных выступлениях героев книги. В заключение на сцену выходил артист, одетый под миллионера. Блестящий фрак. Цилиндр. Усыпанные перстнями руки. Золотая цепь к золотым часам, висящая на животе. Бриллиантовые запонки… Затем на сцене появились разбойники. Они «убивали миллионера», а драгоценности его (естественно, фальшивые) раздавали посетителям, сидящим за столиками, с просьбой спрятать в любом месте, но только не выносить из зала. Затем в зале появлялся молодой сыщик Вольф Мессинг. Он шел от столика к столику и у каждого столика просил прелестных дам и уважаемых господ вернуть ему ту или иную драгоценность, спрятанную там-то и там-то. Чаще всего – в заднем кармане брюк, внутреннем кармане фрака, в сумочке или туфельке женщины. Номер этот неизменно пользовался успехом. Многие стали специально приходить в Винтергартен, чтобы посмотреть его».

Глава 3

Молодой факир. Миражи психики и история магнетической силы

Верховным судьей является практика. Если вы представите убедительные опыты, которые продемонстрировали бы мне, что человек состоит из тела и души, я перейду в другую веру. Но полагаю, что не придется этого делать ни мне, ни моим потомкам. Успехи науки каждый день в каждый час демонстрировали торжество представлений о единстве природы, то есть о том, что весь мир – живой и неживой – построен из тех же строительных камней и жизнь всех построек подчиняется одним и тем же законам.

Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм (1493–1541) – знаменитый врач и естествоиспытатель, один из основателей ятрохимии. Подверг критическому пересмотру идеи древней медицины Авиценны и Галена, демонстративно сжигая их рукописи перед студентами. Способствовал внедрению химических препаратов в медицину. Известен под своим псевдонимом Парацельс, что означает «подобный Цельсу» (Цельс – римский философ и врач, учению которого следовал фон Гогенгейм). Парацельс считал, что человек образован духом, душой и телом. Нарушение взаимного равновесия главных элементов ведет к болезни. Задача врача – выяснить отношение между основными элементами в теле больного и восстановить их равновесие.

Следовательно, это нарушенное равновесие можно восстановить при помощи определенных химических препаратов. Поэтому первоочередной задачей химии Парацельс считал поиск веществ, которые могли быть использованы как лекарственные средства. С этой целью он проверял действие на людей различных соединений меди, свинца, ртути, сурьмы, мышьяка.

Рис 5. Парацельс

«Когда мне исполнилось лет пятнадцать, импресарио снова перепродал меня в знаменитый в то время цирк Буша. Шел роковой для человечества 1914 год. Началась Первая мировая война, унесшая столько миллионов жизней. Теперь я понимаю, что мой импресарио господин Цельмейстер специально отгораживал меня от большой жизни мира, пытался сосредоточить все внимание на стремлении к успеху, к заработку. Но это ему не всегда удавалось. Я понимал уже тогда, как мало я знаю. В Берлине в те годы я посещал частных учителей и занимался с ними общеобразовательными предметами. Особенно интересовала меня психология.

Поэтому позже я длительное время работал в Вильненском университете на кафедре психологии, стремясь разобраться в сути и своих собственных способностей.

Помню моих учителей и коллег – профессоров Владычко, Кульбышевского, Орловского, Регенсбурга и других… Систематического образования мне получить так и не удалось, но я внимательно слежу за развитием современной науки, в курсе современной политической жизни мира, интересуюсь русской и польской литературой. Знаю русский, польский, немецкий, древнееврейский… Читаю на этих языках и продолжаю пополнять свои знания, насколько позволяют мне мои силы.

Но я отвлекся… Вернемся в цирк Буша, в 1914 год… Мало что изменилось в моей программе. Те же иглы, то же прокалывание шеи. И первые психологические опыты. В цирке Буша мы уже не «убивали миллионера» и не раздавали его драгоценности посетителям, а, наоборот, собирали у них разные вещи. Потом эти вещи сваливали в одну груду, а я должен был разобрать их и раздать владельцам».

– По-моему, здесь в одну груду свалены не только вещи доверчивых простаков на выступлениях нашего феноменального факира, – Психолог достал с книжной полки журнал и прочитал несколько строк из заметки, напечатанной мелким шрифтом: «Сколько бы ни пытались такие исследователи творчества артиста Мессинга, как профессор Львов, установить реальную подоплеку его рассказов, у них ничего не выходило. Не нашлось также следов пребывания Мессинга в Вильненском университете и цирке Буша.» Впрочем, если вдуматься, то здесь нет ничего удивительного, ведь в начале двадцатого века методы психического внушения были окутаны густым туманом мистики магнитно-флюидной теории. Да и вместо привычного нам термина «гипноз» чаще можно было услышать о введенном еще Парацельсом и Месмером понятии «животный магнетизм». По Парацельсу, окружающий мир был наполнен сидерической (звездной) «магнетической силой», перетекающей с небесных тел в организм человека. Поэтому и сам человек питается не только грубой видимой пищей, но и рассеянной в природе магнетической силой. Эта сила связывает между собой все космические объекты во Вселенной и… человека. Так Парацельс не только обосновывал абсурд астрологии, но и взаимное «магнетическое» влияние людей друг на друга, когда один человек силой своего «волевого магнетического напряжения» может влиять на духовную сущность другого, бороться с ней и подчинять ее своей власти.

Рис. 6. Антон Месмер

Немецкий целитель и философ Фридрих Антон Месмер (1734–1815) известен своей магнитно-флюидной теорией, основанной на наличии в человеческом организме некоего магнетического флюида, вызывающего животный магнетизм, или месмеризм. Для распространения своего учения Месмер основал в 1783 году орден Всемирной Гармонии, в котором учил животному магнетизму, разъясняя его медицинское значение.

– Через полтора столетия «вселенский магнетизм» Парацельса возродился в магнитно-флюидной теории немецкого врача Антона Месмера, – продолжал рассказывать Психолог. – Месмер, как и Парацельс, полагал, что наш Мир наполнен вездесущей магнетической силой, «связующей в единый целый организм звезды и человеческую сущность». Эту космическую магнитную силу в приложении к человеку и животным он назвал «животным магнетизмом», в противоположность «магнетизму минеральному». Сначала Месмер разработал собственную «систему животно-магнитного врачевания», включающую массаж и пассы, проводимые над больным руками с зажатыми в них магнитами. Однако впоследствии он решил, что лечебный результат может быть достигнут и без применения магнитов, лишь с помощью прикосновения рук к определенным частям человеческого тела. При этом целитель считал, что сами по себе магниты играют роль передатчиков особого «магнитного флюида», входящего или исходящего из человеческого тела. В конечном итоге «магнитно-флюидное врачевание» по Месмеру свелось к довольно сложной системе плавных ритмических пассов, проводимых над телом больного от головы к ногам. Месмер также заявлял, что легко может «намагничивать неодушевленные предметы», после чего они приобретают некую «целительную силу».

Просто потрясающе, – расхохотался Физик, – а я и не подозревал, что наш Алан Чумак не только отъявленный аферист и жулик, но еще и банальный плагиатор! Впрочем, простите за всплеск эмоций, и прошу вас продолжать.

Нет-нет, вы абсолютно правы, – было видно, что Психолог сам с трудом сдерживает смех. – Вы только послушайте, что было дальше: в целях массового применения своего «лечебного способа», получившего название «месмеризм», или «животный магнетизм», Месмер расставил в своей лечебнице бочки со всяческим мусором из битого стекла, черепицы, металлических обрезков и опилок. Проводя пассы над этими мусорными баками и бормоча какие-то усиливающие действие заклинания, он «намагничивал флюидами» содержимое «чанов-индукторов». Каждый чан имел крышку с прорезями, из которых торчали металлические «прутья-индукторы». Больные выстраивались вокруг баков, и каждый брал в руку прут, «накачиваясь магнетическими флюидами» под фортепьянные пассажи. В конце сеанса выходил сам Месмер, задрапированный в экзотические блестящие ткани яркого цвета, и прикасался своим «магическим жезлом из позолоченного железа» к больным органам пациентов. Одновременно его ассистенты слегка встряхивали больного и надавливали на пораженные части тела. По свидетельству очевидцев, при этом наблюдалась самая различная реакция испытуемых: большинство оставались совершенно спокойными и ничего не чувствовали, но у некоторых внезапно возникали приступы судорожного кашля, переходящего в рвоту, другие впадали в истерику и начинали рыдать, а третьи ощущали странные колющие боли, жжение в больных органах, у них резко повышалась температура. Были и такие, у которых вдруг возникали сильные истерические судороги, перемежающиеся лихорадочным смехом и бессвязными криками. Эти «кризы животного магнетизма» иногда продолжались часами, пока у пациентов Месмера не наступало полное физическое и духовное истощение и они не впадали в своеобразный «магнетический сон», будучи полностью подвластны командам гипнотизера. Некоторые индивидуумы впадали в гипнотический транс уже после нескольких пассов или команд Месмера, причем находились в этом состоянии с открытыми глазами, продолжая реагировать на его взгляды и знаки. Сейчас очень трудно оценить эффективность врачебных методик Месмера, но сохранились отдельные свидетельства больных, которые, очнувшись после «магнетического забытья», чувствовали некоторое облегчение. Судя по скупым записям самого целителя, это в основном касалось невротических болей, мигреней и хронических болезненных воспалительных процессов. Впрочем, в последнем случае Месмер честно отмечал, что достигалось лишь «временное освобождение от ужасных телесных страданий».