его должны были хоронить, Цзы-нан[1898] стал думать о том, какой посмертный титул (дать ему).
Дафу сказали: “Ван сам распорядился на этот счет”. Цзы-нан ответил: “Нельзя [так делать]. Служащий правителю на первое место должен ставить его добрые дела, а не руководствоваться совершенными им ошибками. Владение Чу процветало, а он управлял им; выступил в поход против земель Наньхай и установил в них спокойствие; давал наставления владениям, расположенным на территории Срединного государства[1899], и слава его была велика. Поскольку ван, пользуясь такой славой, осознал свои ошибки, разве можно не дать ему титул гуя[1900]? Ставя на первое место добрые дела правителя, прошу поднести ему посмертный титул
гун”.
Дафу согласились с этим предложением.
[213]
Заболев, Цюй Дао[1901], любивший водяные орехи, вызвал старшего слугу, которому приказал: “Во время посмертных жертвоприношений обязательно подносите мне водяные орехи”. Когда совершалась церемония по случаю окончания траура, старый слуга хотел поднести в жертву водяные орехи, но Цюй Цзянь[1902] приказал убрать их.
Старый слуга сказал: “Так приказал сделать покойный”. Цзы-му возразил: “Неправильно. Покойный принял на себя управление делами владения Чу, и установленные им законы и наказания до сих пор в сердце народа, а тексты хранятся в кладовых вана. Если говорить о прошедших временах, [эти законы и наказания] можно сравнить с законами и наказаниями, установленными покойными ванами, а если говорить о будущем, они позволят наставлять последующие поколения, и, хотя владение Чу исчезнет, все члсухоу будут превозносить их”.
В имеющихся правилах для жертвоприношений [оставленных Цюй Дао] говорится: “Правителю владения приносится в жертву бык, дафу — баран, ши — поросенок и собака, простым людям — жареная рыба. И высшим и низшим все подается в бамбуковых корзинах для сухих фруктов и на деревянных подносах для солений на высоких ножках. Не подносятся необычные редкие кушанья и слишком много жертвоприношений. Покойный не мог из-за любви к водяным орехам нарушить существующие во владении правила”.
После этого водяные орехи не были поданы [для жертвоприношений].
[214][1903]
Цзяо-цзюй[1904] был женат на дочери Цзы-моу, правителя города Шэнь. Когда совершивший преступление Цзы-моу бежал, Кан-ван[1905] подумал, что ему помог скрыться Цзяо-цзюй. [Напуганный] Цзяо-цзюй бежал во владение Чжэн, откуда хотел пробраться во владение Цзинь[1906].
Цайский Шэн-цзы[1907], направлявшийся в Цзинь, встретился с Цзяо-цзюем во владении Чжэн и устроил для него угощение, на котором, предлагая гостю откушать, поднес ему яшму и сказал:
“Откушайте через силу эту прекрасную пищу. Оба наших покойных отца[1908] помогают вам, поэтому вы сможете поступить на службу к правителю владения Цзинь и сделать его гегемоном Чжухоу”.
Цзяо-цзюй отказался от такого предложения, сказав: “Я к этому не стремлюсь. Если бы мне удалось вернуться в Чу, пусть меня даже постигнет смерть, но имя мое не истлеет”.
Шэн-цзы ответил: “Откушайте через силу эту прекрасную пищу. Я верну вас в Чу”. [Благодарный] Цзяо-цзюй спустился с возвышения, [на котором сидел], три раза поклонился Шэн-цзы и подарил ему четверку лошадей, которую Шэн-цзы принял.
Вернувшись в Чу, Шэн-цзы встретился с чуским линъинем Цзы-му. В беседе с Шэн-цзы Цзы-му спросил: “Хотя правитель вашего владения связан братскими узами с правителем владения Цзинь[1909], в то же время он — зять правителя владения Чу[1910]. Какое из этих владений более достойно [уважения]?”
Шэн-цзы ответил: “Сановники владения Цзинь уступают сановникам владения Чу, но дафу более достойны. Все дафу владения Цзинь обладают способностями сановников, но всех их, как и краснотал, и катальпу, и кожи носорога, владение Чу посылает в Цзинь, ибо хотя в Чу есть и талантливые дафу, оно не умеет использовать их”.
Цзы-му спросил: “В Цзинь есть слуги, прямые родственники правителей различных владений или же связанные с ними брачными узами, почему же вы говорите, что владение Чу посылает в Цзинь талантливых дафу?”
Шэн-цзы ответил: “В прошлом, во время беспорядков, вызванных [чуским] линъинем Цзы-юанем[1911], кто-то оклеветал Вансунь Ци[1912] перед Чэн-ваном, и, хотя Чэн-ван не поверил клевете, Вансунь Ци бежал в Цзинь, и цзиньцы приняли его на службу. Когда в сражении при Чэнпу[1913] цзиньские войска собирались бежать, Вансунь Ци, участвовавший в обсуждении военных дел, сказал Сянь Чжэню[1914]: “Сражения хочет только Цзы-юй[1915], что пртиворечит желаниям Чэн-вана, в связи с чем сюда явились только войска, подчиненные наследнику престола, и войска западного крыла. Одна половина чжухоу поддерживает, а другая выступает против Цзы-юя, причем род Жо-ао не желает вступать в сражение. Чуские войска непременно будут разбиты, зачем бежать от них”. Сянь Чжэнь последовал совету и нанес сильное поражение чуским войскам. Таким образом, победа была одержана благодаря Вансунь Ци.
В прошлом, в молодые годы Чжуан-вана, его учителем был И-фу[1916], сын правителя города Шэнь, а наставником — Се, сын чуского вана. Когда ван послал Ши Чуна[1917] и Цзы-куна[1918] напасть во главе войск на владение Шу[1919], Се и И-фу, воспользовавшись этим, обвинили выступивших в поход двух военачальников[1920] в преступлении и разделили принадлежавшее им имущество. После возвращения войск они, [опасаясь, что их преступление будет раскрыто], выехали вместе с ваном в город Лу[1921]. Цзи Ли, правитель города Лу, убил их и возвратил вана в столицу. Затем кто-то оклеветал Сигун Чэня[1922] перед ваном [как соучастника преступлений И-фу и Се], и, хотя ван не поверил клевете, Сигун бежал в Цзинь, и цзиньцы приняли его на службу. Поражение чуских войск благодаря клевете, а также то, что владение Чу не смогло удержать земли Дунся, — все это сделал Сигун[1923].
В прошлом отцы и старшие братья рода Юн-цзы[1924] оклеветали Юн-цзы перед Гун-ваном, и, хотя ван не поверил клевете, Юн-цзы бежал в Цзинь, и цзиньцы приняли его на службу. В сражении при Янь[1925], когда цзиньские войска собирались бежать, Юн-цзы, участвовавший в обсуждении военных дел, сказал Луань Шу[1926]: “Положение чуских войск ясно. Их центральная армия состоит из воинов рода вана. Если мы поменяем местами наши центральную и нижнюю армии, чусцы непременно захотят насладиться победой[1927] и, если произойдет сражение, они ворвутся на позиции нашей центральной армии. Тогда наши верхняя и нижняя армии, несомненно, разобьют левую и правую армии чусцев, после чего, соединившись, три наших армии[1928] нападут на воинов из рода вана, и те, несомненно, будут разбиты
