Она решила обязательно принять ванну, а уж потом подумать, как поступить с Джеффом Рандольфом.
Виолетта с удовольствием расслабилась в горячей воде. По мере того, как спадало напряжение, она начала в полной мере ощущать накопившийся за это время груз усталости, однако ее решимость убить Джеффа стала понемногу ослабевать. Правда, Виолетте все еще хотелось как-нибудь наказать его: Джефф должен понять, что даже если леди из Массачусетса, недопустимо нести ее по улицам на плече, словно свернутый ковер. К тому же трудно любить человека, который тебя постоянно унижает. Виолетта придумывала все новые и новые планы мести. Но вместо того, чтобы получать удовольствие при мысли о капающей из его раны на ковер крови или треске ломающихся костей, она вдруг поймала себя на том, что хочет посмотреть Джеффу в глаза, коснуться его тела, поцеловать его губы.
Вскоре ей стало совершенно ясно: горячая ванна — не слишком подходящее место для вынашивания планов мести. Ничего, она подождет более благоприятного момента. Джефф Рандольф, несомненно, заслуживает самого сурового наказания. И уж она постарается, чтобы он его запомнил надолго.
К тому времени, когда Виолетта приняла ванну, надушилась и переоделась в чистое платье, она уже злилась на себя саму. Ей, скорее, следовало благодарить Джеффа за то, что он нашел ее в этом ужасном городе. Виолетта безуспешно пыталась убедить себя в необходимости перерезать Джеффу горло, но не могла испытывать ничего, кроме благодарности за то, что ей не придется провести еще одну ночь в вестибюле отеля.
Признаться, Виолетта не предполагала, что Джефф винит себя за поведение на балу, и уж тем более никак не ожидала, что он последует за ней в Лидвилл.
Наверняка, существовала еще какая-нибудь причина его появления здесь. Она бы удивилась гораздо меньше, если бы за ней приехал Харви. Но ведь не с Харви она целовалась на виду у всей школы, не Харви постоянно отрывал ее от выполнения своих обязанностей, не Харви унизил ее перед денверским обществом, не Харви преследовал ее, вынудив провести ночь вне школы, и не Харви стал причиной ее увольнения.
Следовательно, Джеффа привело сюда чувство вины, причем настолько сильное, что заставило его сказать, что он любит ее и хочет на ней жениться. Конечно, Виолетте было приятно это услышать, но разве слова заменят ей работу? Вряд ли она почувствует себя лучше от них, не имея денег, перспектив и не зная, как поступить дальше.
Стук в дверь прервал ее невеселые мысли. Джефф! Виолетта вдруг поняла, что вовсе не так зла на Джеффа, как бы ей этого хотелось. Она решила просто сказать ему, что никогда больше не хочет ни видеть его, ни слышать о нем.
Однако за дверью стоял вовсе не Джефф, а молодой человек с букетом цветов.
Виолетта не знала, что же ей делать. Может, лучше дождаться объяснений Джеффа? Честно говоря, ее очень обрадовало его появление в Лидвилле. Конечно, можно сколько угодно злиться на выходки Джеффа, зато сейчас Виолетта, по крайней мере, чувствовала себя в полной безопасности.
Снова раздался стук в дверь. Теперь это уж точно Джефф! Виолетта хотела уже заявить, что не собирается разговаривать с ним, как оказалась лицом к лицу с двумя уже знакомыми ей молодыми людьми. На этот раз они принесли посуду и скатерть. Накрыв стол, служащие доставили горячее мясо и овощи.
Виолетта не ела целый день и сразу почувствовала голод. Но стол был накрыт на двоих.
— Где же мистер Рандольф?
— Внизу.
— Он поднимется?
— Мистер Рандольф просил передать, что сделает это, если вы попросите.
Первым желанием Виолетты было закрыть дверь и съесть все самой. Конечно, она имела полное право сердиться на Джеффа, но без него пища уже не казалась бы ей такой вкусной. Виолетта также напомнила себе, что Джефф вполне бы мог остаться в своем банке, преспокойно считая деньги и позволив ей бесследно исчезнуть из его жизни. Никто бы не узнал об этом и не осудил бы его.
— Скажите мистеру Рандольфу, чтобы минут через пять он поднялся наверх.
Виолетта не успела сделать и половину того, что собиралась, когда снова раздался стук в дверь. Сердце ее учащенно забилось. Вот так всегда: ей хочется сердиться на Джеффа, а на деле она волнуется, как девочка перед первым свиданием. Виолетта еще раз посмотрелась в зеркало. Господи, как же она глупа, если не может даже нахмуриться! Поделом ей, что ее носят по улицам, словно мешок.
Увидев Джеффа, Виолетта сразу же забыла о своих намерениях, а ее губы сами собой растянулись в улыбке. Все попытки перестать улыбаться или сказать что-нибудь резкое закончились неудачей. Джефф всегда оказывал на нее магическое действие. И сегодняшний вечер не стал исключением.
Джефф был так красив, что Виолетта не могла вымолвить ни слова. Наконец она пробормотала.
— Входите.
— Вы уверены, что после этого не наденете мне на голову блюдо с мясом?
Виолетта опять улыбнулась, подумав при этом, как, наверное, глупо выглядит.
— Я так и собиралась поступить, но слишком голодна.
Джефф очень осторожно вошел в комнату, готовый отступить при первой же необходимости.
— А как насчет яда или спрятанного ружья? Виолетта опять улыбнулась, на этот раз удовлетворенно. Джефф явно чувствовал себя очень виноватым. Что ж, прекрасно.
— Нет, я еще не выбрала способ мести. Однако не стану предупреждать вас об этом заранее.
Джефф засмеялся, заставив сердце Виолетты учащенно забиться. Но когда он вслед за этим прижал ее к себе и поцеловал, у нее закружилась голова. Виолетта с трудом опустилась на стул, вовремя предложенный ей Джеффом.
— А вы пошли бы со мной, если бы я позволил вам выбирать? — спросил он, усаживаясь рядом.
— Конечно, нет. Но я не могла поверить, что вы! вот так понесете меня по улице. Мне до сих пор не верится.
Джефф улыбнулся, чем снова привел Виолетту а замешательство. Хорошо, что он улыбается не так часто, подумала она.
— Мы, Рандольфы, всегда держим свое слово.
— Я запомню это. А теперь объясните, откуда у вас эти апартаменты? — спросила Виолетта, меняя тему разговора, чтобы успокоиться и привести в порядок свои мысли. — Как вам удается буквально из воздуха создавать для себя удобства?
— Мы находимся в личных апартаментах Хораса Табора, в его Оперном театре. Два года назад он переехал в Денвер, поэтому сейчас никто ими не пользуется. Табор всегда рад предоставить их в мое распоряжение.
Виолетте приходилось слышать об этом эксцентричном миллионере, и она не находила ничего удивительного в том, что он хорошо знаком с Джеффом.
— Давайте лучше есть, — предложила Виолетта. — Не думала, что в Лидвилле можно достать такие блюда, даже для Рандольфа. Тайлеру, полагаю, немного далековато присылать их сюда.
