И еще… Снорри Вещий был уже на подходе вместе со своими хирдманами. Совсем уж к ночи прискакал вестник от него с интересным сообщением. Оказывается, этот жрец-ярл, прежде чем выдвигаться сюда, подавил сторонников Владимира Святославовича в своем родном Чернигове. Ну а лишь потом двинулся к нам на подмогу. Отмазка оказалась роскошная, хотя и в духе времени. Дескать, Сварог, небесный покровитель, знак подал. И не придерешься к заразе! Ну да ничего, он свою порцию и плюшек, и розог непременно получит. Точнее он сам себя высек, не успев в активной фазе происходящего. Впрочем, как и Ставр Осторожный с Богумилом Соловьем, но у тех более весомое оправдание — расстояние от Новгорода до Киева ой какое немалое.
Но Киев хорош! Величественный город, просто мегаполис по меркам этого времени. Архитектура опять же сильно радует, да и атмосфера. Переяславль по сравнению с ним — не глухая провинция, конечно, но напрашивается сравнение столицы и губернского города средней руки. А еще…
— Ярл Хальфдан, с добрым утром, — раздался знакомый мурлыкающий голос. Нет голоса, просто очень похожие.
— И вам того же, сестрички. Как спалось?
— Крепко и без плохих сновидений…
— И даже не в одиночестве…
Ну кто бы сомневался! Две роковые красотки в принципе не желали засыпать без теплой грелки противоположного полу под боком. А еще любили менять кавалеров просто с феерической частотой. Ну да у каждого свои особенности, я в их постельные дела, абсолютно естественного характера. Лезть точно не намеревался. Чай взрослые люди. Сами разберутся.
Вот они, бодренькие и радостные, хотя и уже облаченные в легкую кожаную броню. Понимают, что тут им не полностью безопасная местность, а обстановка, приближенная к линии боевых действий. Это если привычными мне терминами выражаться. Они то о них представления не имеют. Хотя что это меняет? А ровным счетом ничего.
— А может мы вас вкусненьким угостим, ярл? — захлопала глазищами Софья. — Мы девушки запасливые…
— Да. И моя сестра не успела подъесть все запасы.
Видеть немного разговорившуюся Елену мне было не совсем привычно, но от этого не менее приятно. Кажется, можно даже догадаться насчет причины ее воодушевления. Киев вот-вот выйдет из-под власти Владимира, объявившего себя союзником ромеев, столь сильно ненавидимых обеими сестрами. Ну и их задумки относительно мести приблизятся по времени. Вот и радуются, прекрасные и опасные.
Отказываться от угощения, да в приятной компании? Да ни в жизнь! Пусть по утрам аппетит практически на нуле, но выпить чего-нибудь вкусненького и горячего точно не помешает.
На сей раз перепал настой на каких-то ароматных травах, да весьма редкие здесь вяленые финики. Проза в будущем, заморский деликатес тут. Да уж, вот они, особенности бытия в разных временах. Но меня они ничуть не расстраивали.
— Есть особая прелесть в том, что бы вот так сидеть ранним утром и смотреть на город. Тот самый, ворота которого откроются, открывая тебе путь к победе… очередной, да к тому же бескровной, а оттого еще более ценной.
— Ты никогда не боялся и не испугаешься любого моря крови… конунг Хальфдан.
— Хорошо, что нас никто не слышит, Софья, — подмигнул я наглой девице. — А то отшлепал бы тебя, да по упругой попке, которая так притягивает взгляды многих и многих моих хирдманов.
— Сочту за дар и знак внимания… — смеется этот демоненок в людском обличье, но потом слегка успокаивается и меняет тему. — Ты выбрал очень удачное время, Хальфдан Мрачный, пока еще ярл… Ромеи даже не пискнут, у них хватает неприятностей с болгарами, нашими заплутавшими в иномировых путях родичами.
— Но долго это не продлится. Византия слишком могуча, она быстро оправится от поражения при Траяновых Вратах, — вторит сестре Елена. — У тебя не будет слишком много времени.
Улыбаюсь в ответ, не тратя лишних слов. Все мы понимаем, что удачное стечение обстоятельств — штука полезная, радующая, но она никогда не бывает бесконечной. И лучше не обольщаться насчет этого, быть в любой момент готовым к резким поворотам, далеким от приятности.
— Ты понимаешь.
— Да, сестра, он понимает…
— Гуннару бы вас сдать, на огранку талантов, — облекаю в слова давно уже родившуюся мысль. — Он вас поучит, вы его. Обмен знаниями.
— Не получится, — притворно опечалилась Софья. — Он человек хороший, мужчина интересный, но вот этим вот… не богат. Нету у него того, что нам боги дают!
Сказала так сказала. Естественно, особенностей девичьей анатомии у старины Бешеного нет и, слава асам, не предвидится. Я аж закашлялся, с трудом подавляя хохот, что непременно привлек бы к себе внимание все вокруг. Повеселили, чего уж тут.
— Софья, как обычно, забавляется. А так нам есть чему друг у друга поучиться. Но еще другое. Про Рогнеду. У сестры задумка… пусть она сама скажет.
— Слушаю со всем вниманием.
— Душой она терзается из-за своих детей, — отбросив в сторону маску веселой красотки, на полном серьезе высказалась Софья. — Перегореть может, а это для всех плохо будет. Есть травки… Мягкие, но сильные. Успокоят, расслабят, дух исцелят. Но без дозволения мы это делать не станем. Рогнеда под твоим покровительством, Хальфдан.
— Пусть так. Что нужно, то дай, но только чтобы разум ничуть не притупился. Слишком важное для нее событие.
Немного посидели в полном молчании, потом разговор перешел на менее значимые темы вроде последних вестей насчет настроения жрецов, а особенно находящихся внутри киевских стен. Там все было… неоднозначно, люди до конца не представляли себе сложность происходящего. Следовательно, споры среди них были буквально обо всем, но четкое мнение сложилось не у всех. И вот с этим нам предстояло возиться в ближайшее время. Муторно, но необходимо.
— Они открывают ворота… — радостно выдохнула Елена, — указывая рукой в сторону центральных врат Киева, Градских. — И воины на стенах, они исчезают. Похоже. спускаются вниз!
— Посмотрим, красавица. Но если это не уловка, а смысла в ней я не вижу, не то у них положение — это знак нашей победы. Окончательный знак.
— Окончательный — это головы Владимира и Добрыни на копьях, — сверкнула своими большими, выразительными глазищами Софья. — Жаль, что придется обождать.
— Месть, как говаривал кто-то из древних греков, лучше всего подавать к столу холодной. Да и вино, выдержанное в кувшинах долгие годы. становится более изысканным. Подождет месть, сначала нам надо крепко в Киеве сесть. А уж затем…
Я не стал проговаривать то. что и без слов было очевидно. Лучше уж посмотрю, как из Градских ворот выходит первый отряд сторонников Владимира. Не просто выходит, а направляется в сторону не столь далекого, пусть и невидимого отсюда Днепра. Именно там, ближе к реке, будет их временный стан. Совсем временный. Не более отведенных изначально десяти дней.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
