Мы вышли во двор, где нам тут же подвели лошадей. Кларенс помог мне сесть в седло, что в тяжелом придворном платье было сделать довольно затруднительно. Мы двинулись к воротам. Позади, как обычно, ехала вооруженная охрана. Вдруг к Кларенсу подбежал какой-то юноша.
— Ваша светлость… прошу вас, подождите!
Мы остановились. Парень, тяжело дыша, тоже замер на месте. Затем он снял шляпу и низко поклонился. Я его не знала, но он был облачен в королевскую ливрею.
— Что случилось? — раздраженно поинтересовался Кларенс.
— Вас ожидает его величество. Новости из Бургундии. Его величество просит вас задержаться.
Кларенс спешился. Вид у него был крайне недовольный. Язвительно улыбаясь, я наблюдала, как он стаскивает перчатки. Он стремился использовать любую возможность, чтобы приблизиться к Эдуарду.
— Передай его величеству, что я сейчас буду.
Обернувшись к сержанту, Кларенс уже хотел было распустить стражу.
— Мне что, тоже остаться? — удивилась я, не видя в этом ни малейшего смысла.
— Да, так будет лучше.
— Неужели этой охраны недостаточно, чтобы без всяких происшествий добраться до дома?
— Я думаю…
— Я думаю, что было бы просто нелепо распускать весь отряд, в то время как я уже через полчаса могу быть дома. — Я решила продемонстрировать недовольство. — Мне что, придется ожидать вас в одной из приемных? Кто знает, как долго вас продержит король. — Я увидела, что мои слова заставили Кларенса задуматься, и еще выше вздернула подбородок, давая ему понять, что у него будут проблемы. — Я сейчас же еду домой.
Это поколебало его уверенность. Красивое лицо Кларенса нахмурилось, но ему явно не хотелось обсуждать наши разногласия при всех. Он бросил несколько лаконичных распоряжений сержанту, и мы тронулись в путь, а он остался.
— Будьте осторожны и нигде не останавливайтесь!
Таковы были последние слова Кларенса.
Ночную тишину нарушал лишь стук копыт наших лошадей по мощенной булыжником мостовой узких лондонских улиц. Наш небольшой отряд выглядел довольно внушительно. Несколько человек везли факелы, освещая дорогу и темные закоулки, где могли притаиться воры. Остальные держали мечи наготове. Я не видела сколько-нибудь реальной опасности и ехала, погрузившись в мысли о том, как я потребую у сестры объяснений. Вдруг из открытых дверей расположенного в конце улицы «Золотого льва» вывалилась шумная компания, огласив спящий город хриплыми криками и грубым хохотом. Вот они уже, пошатываясь, бредут нам навстречу, как будто не замечая скачущего прямо на них вооруженного отряда. Сержант предостерегающе их окликнул, но они так громко горланили какую-то песню, что ничего не услышали. Стражник выругался и приказал своим людям остановиться, не желая, чтобы эти пьяницы попали под копыта лошадей. Вытащив из ножен меч, он распорядился, чтобы нарушителей порядка убрали с дороги.
— Без крайней необходимости постарайтесь их не убивать, — добавил он.
— Прочь с дороги, ребята, — начали теснить гуляк солдаты.
Ответом им был новый взрыв хохота.
— Пошли с нами, друзья! — крикнул кто-то из пропойц, пошатываясь и поднимая над головой небольшой бочонок. — У нас тут на всех хватит.
И вдруг все преобразилось. Отбросив притворство, гуляки превратились в отряд отлично обученных вооруженных солдат. К ним присоединились всадники, выехавшие из темных переулков справа и слева от нас. Блеснули готовые к сражению мечи. Со всех сторон нас окружали явно превосходящие силы. Моя охрана оказала вялое сопротивление, но ее мгновенно разоружили. Кто-то схватил мою лошадь под уздцы и стащил меня с седла. Все это произошло так быстро, что я даже испугаться не успела. На меня стремительно набросили большой тяжелый плащ с капюшоном, так плотно завернув в это одеяние, что я не только ничего не видела, но даже шелохнуться не могла. Я почувствовала, как меня поднимают вверх сильные руки. И вот я уже на спине скачущей резвой рысью лошади. Я принялась яростно брыкаться, пытаясь освободиться, но чей-то мягкий голос, явно принадлежащий не разбойнику, прошептал мне в самое ухо:
— Сиди спокойно. Тебе не причинят вреда.
Я затихла, но мои мысли, напротив, завертелись вихрем. Что это? Месть? Выкуп? Зачем кому-то понадобилось меня похищать? Разве что кто-то хочет отомстить Ланкастерам. Но почему просто не убить меня на месте? Или я имею дело с грабителями? Если им нужны украшения, они могли просто снять их с меня. Я опять начала извиваться.
— Сидите тихо, леди.
Опять этот голос. Мне почудилось, что похититель хорошо меня знает. Это не случайное похищение. Нет, я не собиралась ему подчиняться. Я резко наклонила голову и сквозь складки капюшона укусила удерживающую меня в седле руку.
Похититель, тихо вскрикнув, отдернул руку и выругался.
— Черт тебя дери! Ты всегда была чертовкой.
Но даже в ругательстве прозвучал еле сдерживаемый смех.
Он меня определенно знал. Мы скакали все быстрее, а мой загадочный спутник прижимал меня к себе все крепче. Звонкий стук копыт стал приглушенным, из чего я сделала вывод, что мы проехали под какой-то аркой. Затем лошади остановились. Но не успели меня опустить на землю, как тут же подхватили, занесли в какое-то здание, пронесли по коридору, подняли по лестнице. Кругом царила глубокая тишина. Каменные плиты под ногами неизвестных сменились деревянным полом. Открылась и закрылась, пропустив нас, какая-то дверь. До моего слуха донеслось приглушенное бормотание, но я не разобрала ни слова из того, что было сказано. И вот меня поставили на ноги и освободили. Плащ упал к моим ногам, и я наконец-то смогла оглядеться, поправляя измятое платье и растрепанные волосы и испытывая смешанное чувство испуга и возмущения.
— Пресвятая Дева! — сорвав повисшую на одной нитке вуаль, досадливо воскликнула я.
Стены комнаты, в которой я очутилась, скрывали дорогие гобелены, сейчас озаренные мерцающим светом свечей в изящных канделябрах. Я увидела стол и стулья, буфет с серебряными кубками и графином. В камине уютно потрескивали дрова. Это не походило на жилище бедного человека.
— Где я?! — воскликнула я, резко оборачиваясь к своему похитителю. — Как вы смеете!..
Открыв от изумления рот, я осеклась и замерла, уставившись на Фрэнсиса, Фрэнсиса Ловелла!
— Что это значит? — только и смогла выговорить я.
Из-под шапки рыжеватых волос мне весело улыбалось знакомое с детства лицо. В последний раз я видела его год назад, в замке Уорик, когда он сопровождал приехавшего попрощаться Ричарда. Тогда глаза Фрэнсиса сверкали таким же заговорщическим блеском. Разумеется, это помогло мне справиться с тревогой, но в моих мыслях царил прежний хаос.
