— один из самых основных, фундаментальных вопросов. Но прежде чем мы сможем углубиться в него, необходимо правильно понять несколько выражений. Так называемые религии проституировали язык настолько, насколько могли. Действительно, они ответственны за все виды проституции в мире — они не оставили в стороне даже язык.
Слово «ответственность» как таковое — это прекрасное слово, очень изящное и имеющее огромное значение, но, проходя через руки религиозных людей, оно стало почти безобразным, отвратительным. Во-первых, рассмотрим естественное значение этого слова: оно происходит от слова «ответ», «отклик». Для того, чтобы понять слово «отклик», необходимо понять слово «реакция».
Некто оскорбляет вас; это его действие. Вы становитесь раздраженными, обеспокоенными, рассерженными; это ваша реакция. Вы не действуете по своему усмотрению — другой человек нажал на вашу кнопку. Он — хозяин, а вы ведете себя как раб.
Позвольте мне рассказать вам одну историю, но не позволяйте мне лавировать… истории бывают опасными, интригующими. И когда я начинаю рассказывать историю, я держу что-то в уме, а к тому времени, когда я заканчиваю ее, я уже забываю, зачем я начал ее рассказывать. Поэтому я вынужден снова начать с чего-то, когда история заканчивается. Но эта история не похожа на другие.
В ней говорится о том, что Гаутама Будда проходил мимо деревни. Деревня была населена противниками буддистов; поэтому, хотя Будда проходил мимо них — он даже не зашел в эту деревню по той простой причине, что не хотел создавать там какой-нибудь нежелательный скандал — те идиоты не оставили бы его в покое.
Они выскочили из деревни, окружили его и начали по-всякому оскорблять его, используя такие выражения, которые невозможно употреблять против любого человека, не говоря уж о таком человеке, как Гаутама Будда. Последователи Будды рассердились по-настоящему. Они уже были готовы к ответному удару, но в присутствии Гаутамы Будды было невозможно что-либо предпринять до того, пока он сам ничего не сказал. А то, что он сказал, привело в замешательство всех, шокировало всех.
Он повернулся к своим ученикам и сказал: «Вы разочаровали меня. Эти люди делают свое дело. Они разгневаны. Они думают, что я — враг их религии, их моральных ценностей, — естественно, они разгневаны. И я слушаю их; они оскорбляют меня, а не вас. Почему вы сердитесь? Хотя вы контролируете себя, но это не имеет значения. Вы позволили этим людям манипулировать вами. Разве вы их рабы?»
Люди из деревни были также озадачены. Они неожиданно замолчали. Будда сказал им: «Я спешу попасть в другую деревню, где меня ждут люди. Если вы закончили, то я могу идти. А если у вас еще что-то есть в мыслях, то я сообщу вам заранее о том, когда я вернусь. И вы сможете закончить свое дело со мной. Итак, можно мне идти?»
Те люди сказали: «Мы оскорбляли тебя, говоря тебе различные гадости; многое из этого — ложь, мы знаем, но в любви и на войне — все правильно. Но ты такой хладнокровный и спокойный, как если бы мы радушно принимали тебя, приветствовали тебя; и ты еще спрашиваешь у нас разрешения, можно ли тебе двигаться дальше».
Будда сказал: «Все то, что вы сделали, — это ваша проблема. Я не реагирую, я действую. Никто не может заставить меня что-либо делать, никто не может повлиять на меня, чтобы я что-либо сделал. Если я хочу что-либо сделать, никто не может мне помешать в этом. Мои действия — это мои действия, они — не реакция».
Когда вы действуете, это — отклик; когда вы реагируете, это — не отклик. Но для того, чтобы действовать, вы должны быть очень сознательны, чтобы никто не мог нажать на ваши кнопки, чтобы никто не мог манипулировать вами, заставляя вас совершить определенное действие.
Манипулируют всеми.
Все наше общество основано на манипулировании.
Родители манипулируют своими детьми, политики манипулируют массами, священники манипулируют своими прихожанами.
Даже дети начинают манипулировать своими отцами, своими матерями… даже очень маленькие дети. Даже шестимесячный ребенок начинает учиться тому, как надо манипулировать. Он знает, что если он улыбается, то он получит игрушки, сладости, объятия, поцелуи. У него не было желания улыбаться, но он вынужден научиться определенным движениям губ. Все это на губах, целое упражнение — он лишь раскрывает губы. Похоже на то, что он улыбается, но если вы заглянете в глаза ребенка, вы будете удивлены — это политик.
Шестимесячный ребенок вынужден стать политиком: какое же общество мы создали?
Он манипулирует, а вы продолжаете вознаграждать усилия его манипуляции. Мало-помалу он может забыть, что его первая улыбка была фальшивой, а все остальные улыбки — лишь продолжение первой. Возможно, что его последняя улыбка в тот момент, когда он умирает, будет также продолжением первой улыбки.
Он может никогда не узнать, что такое настоящая улыбка, улыбка, которая исходит от вас без всякой причины, не ради какой-то просьбы, не ради какого-то вознаграждения. Она — не деловая сделка. Вы так рады внутренне, что улыбка разливается по всему вашему телу.
Когда имеет место настоящая улыбка, то она — во всем теле. Вы можете определить ее только по губам, возможно, по глазам, но она — во всем теле. Каждая черточка вашего бытия радуется. Поэтому нет и вопроса о вознаграждении. Нет вопроса о том, чтобы пожелать что-то, подкупить кого-то… Но не только улыбка; ребенок учится манипулировать и всем остальным.
Будда сказал своим ученикам: «Вы ведете себя по отношению к этим людям как рабы». А деревенским людям он сказал: «Вы появились несколько поздно. Вам следовало бы появиться на десять лет раньше — тогда я отрубил бы ваши головы и вы узнали бы, что значит оскорблять. Сейчас слишком поздно! Я не могу действовать как раб. Сейчас я — Учитель; вы не можете манипулировать мною».
«Я хотел бы задать вопрос, касающийся вас. В предыдущей деревне люди приносили сладости, фрукты, цветы лишь для того, чтобы поприветствовать меня. Я сказал им: “Мы уже позавтракали в другой деревне: заберите эти фрукты и эти сладости с моим благословением. Мы не можем нести их с собой. Мы не носим пищу, мы не носим что-либо впрок. Мы увидим то, что произойдет позднее: кто-нибудь сможет нам что-нибудь предложить. И так всегда происходит, поэтому с
